Найти в Дзене
БФ «Мягкое Сердце»

Воспоминания Джорджа Харрисона о Шриле Прабхупаде.

Мне очень нравилось смирение Прабхупады. Мне всегда нравились его скромность и простота. Ведь на самом деле это и значит быть слугой слуги, понимаете? Никто из нас не Бог — мы лишь Его слуги. Он всегда вызывал у меня ощущение полного спокойствия и уюта. Я чувствовал себя с ним совершенно непринуждённо, он был больше чем другом. Он был близким другом. Хотя ему тогда было уже семьдесят девять лет, и он трудился почти без сна, день за днём, часто всю ночь напролёт, он никогда не производил впечатления высоко образованного интеллектуала — наоборот, в нём чувствовалась какая-то детская простота. И это было замечательно, просто удивительно! Несмотря на то что он был величайшим знатоком санскрита и святым, мне очень нравилось, что я никогда не чувствовал себя неловко в его присутствии. Напротив — он всегда старался сделать так, чтобы мне было комфортно. Я всегда воспринимал его как доброго, близкого друга… И сейчас, после его ухода, он остаётся для меня таким же замечательным другом. В этом-

Мне очень нравилось смирение Прабхупады. Мне всегда нравились его скромность и простота. Ведь на самом деле это и значит быть слугой слуги, понимаете?

Никто из нас не Бог — мы лишь Его слуги. Он всегда вызывал у меня ощущение полного спокойствия и уюта. Я чувствовал себя с ним совершенно непринуждённо, он был больше чем другом. Он был близким другом.

Хотя ему тогда было уже семьдесят девять лет, и он трудился почти без сна, день за днём, часто всю ночь напролёт, он никогда не производил впечатления высоко образованного интеллектуала — наоборот, в нём чувствовалась какая-то детская простота. И это было замечательно, просто удивительно! Несмотря на то что он был величайшим знатоком санскрита и святым, мне очень нравилось, что я никогда не чувствовал себя неловко в его присутствии.

Напротив — он всегда старался сделать так, чтобы мне было комфортно. Я всегда воспринимал его как доброго, близкого друга… И сейчас, после его ухода, он остаётся для меня таким же замечательным другом.

В этом-то и заключалась суть Прабхупады: он не просто говорил о любви к Кришне и освобождении из этого мира — он сам был воплощением всего, чему учил.

Я думаю, достижения Прабхупады поистине велики, они колоссальны. Даже по сравнению с таким гигантом, как Уильям Шекспир, объём литературы, которую создал Прабхупада, поражает воображение. Бывало, он работал несколько дней подряд, оставляя лишь нескольку часов на сон. И это в возрасте семидесяти девяти лет!

Даже молодой, здоровый, полный сил человек не выдержал бы такого ритма.

Шрила Прабхупада уже оказал невероятное влияние на весь мир — его невозможно даже измерить. Однажды я вдруг понял: «Боже, это невероятный человек!»

Прабхупада по-настоящему изменил мир — с абсолютной точки зрения. То, что он дал нам- высочайшая литература, высочайшее знание. Не существует ничего выше этого».

***

«Мне кажется, Джорджу не обязательно становиться моим официальным учеником, потому что он уже больше, чем мой ученик. Он сопереживает моему движению, и я даю ему все свои благословения».

(Письмо Шрилы Прабхупады, 12 апреля 1970 г.)