Все началось с крошечного комочка, замотанного в пакет и выброшенного в мусорку. Я, услышав писк, бросилась к мусорке прямо в монашеской одежде. Один выживший щенок: крохотный, грязный, жалобно попискивающий, с закрытыми глазами. Щенка с тех пор я постоянно носила с собой, а каждый час или два раздавался писк, сигнализирующий о том, что пора кормить питомца – чем не Тамагочи? Она помещалась у меня в ладошке, спала в маленькой переноске, сворачивалась калачиком у меня на коленях во время вечернего чтения. Однажды вечером меня вдруг осенила безумная мысль. Я села на кровати и уставилась на крохотную Тамагочи, которая тогда еще была размером не больше чашки. «Господи, — прошептала я, — да это же алабай. Среднеазиатская овчарка». Бросилась искать, как выглядят щенки алабаев, а они выглядели точь в точь, как Тамагочи: тот же нос, те же ушки, только расцветка другая. В голове мгновенно нарисовалась картина: я, в темном монашеском одеянии, иду по улицам маленького города с гигантской, как ме