К 30 годам я понял, что все люди разные. Кому-то больше нравится обзываться и курить за школой, а кому-то вот, как мне, например, нравится читать книжки. Вот такой вот я — считаю, что книжки это интересно.
В детстве я читал много разных книг. Художка мне, конечно, очень нравилась: мушкетёры, индейцы и прочие графы Монте-Кристо с войнами и мирами. А однажды я нарвался на целый стеллаж специальной литературы. Там было всё: и прикладное планирование отопительных систем, и разбор двигателя, пособия по ремонту велосипедов, пособие для начинающих боксёров и прочие разные книги. В тот момент я это только чувствовал, осознал я это много позже — мне просто нравилось чтение как процесс. А ещё у меня была хорошая память.
*
Дело было летом. Моему другу купили новый велосипед, и я приехал к нему для того, чтобы совершить тестовую поездку. Вообще велик у него был крутой: яркая рама, надпись большими буквами, педали такие, с зубчиками, колёса с хитрым протектором. Честно скажу, я завидовал. Ехали мы ехали, доехали до другой школы, не нашей, решили проехать её насквозь, через стадион, но тут у моего друга слетает цепь, и ему приходится тормозить.
Мы останавливаемся, прислоняем велосипеды к турникам и начинаем думать, что и как тут чинить. Он ковырялся-ковырялся, ковырялся-ковырялся… ничего у него не вышло. Тогда я его подвинул, сел на корточки и начал вспоминать, что там было в пособии по ремонту велосипедов. В голове у меня всё лежало как на полочках, я доставал один абзац за другим, и через несколько движений цепь была на месте. Вот теперь и завидуй новым велосипедам.
Радость наша была недолгой. Стоило нам встать и только захотеть двинуться дальше, как к нам подбежали трое мальчишек. Они были из той школы, у которой мы остановились. Сначала они пару раз обозвали меня, я смолчал, потому что я вот как бы больше по книжкам… я же говорил, кому-то книжки, а кому-то вот — обзываться… От меня они отстали быстро и переключились на моего друга.
Дело в том, что он перешёл из этой школы в нашу год назад, и эти ребята начали его задирать на тему того, что он вот, мол, кинул школу и так далее. Мой друг говорил, что никого он не кидал, но забияки не отставали. В какой-то момент друг вскипел и грубо сказал им отвалить подальше. Мальчишкам грубость не понравилась, и они начали его толкать. Я думаю, они сами прикладывали все усилия для того, чтобы найти повод подраться.
А я стоял, опустив голову, и ничего не мог сделать, я ведь по книжкам… применить знания я как бы могу, но что я сделаю-то? Не скажу же я им: «Хотите, я ваш велосипед починю?» Нет, конечно.
Они же пешком пришли.
Но вот когда они ударили моего друга, во мне что-то прищёлкнуло. Когда они обижали меня, такого чувства не было, я мог долго терпеть обзывательства, но когда обижают моих друзей… Я такого не стерпел.
Я вспомнил пособие для начинающего боксёра, распределил вес, поджал руки к корпусу, пару раз крутанул носком, чтобы найти устойчивость, а потом кааааак приложил, как было написано, прямо в челюсть одному из них. С поворотом корпуса, выкинуть руку вперёд. Тот как стоял, так и тюкнул головой в песок. Все повернулись ко мне и вытаращили на меня огромные глаза.
— Ты чего? — сказал один из забияк.
Я молчал. Пособие по ораторскому мастерству на тот момент я ещё не прочёл. Прочёл я только пособие для начинающего боксёра, поэтому я снова поджал руки к корпусу и крутанул носком пару раз, чтобы найти равновесие. Я видел, как они перепугались, посмотрели друг на друга, хотели что-то делать, и вроде надо было хватать своего упавшего друга и убегать, а вроде бы и меня бояться тоже неправильно. Один из них сделал шаг ко мне навстречу.
Я не знаю зачем, не уточнял. Я просто не стал медлить. Поворот корпуса, удар… и вот второй повалился на первого. Руководство было хорошим, ещё при Союзе писали.
— Я больше не буду, не бей, — сказал третий.
Я коротко кивнул.
Мы быстро сели на велосипеды и поехали, а эти двое потихоньку поднимались, живые, ничего с ними не станет. А меня беспокоило в тот момент, чтобы они маме не нажаловались. Ведь я же не из этих, я не драчун, мне больше нравится книжки читать.
*
От автора.
Сюжет не новый, совершенно не оригинальный. Такое было в Лемони Сникает и 33 несчастья. Но мне просто захотелось написать простую, наивную историю, в которой добро побеждает зло, а слабые, все же, могут за себя постоять.