Сериал, от которого вы сначала отмахнётесь, а потом всё равно посмотрите.
Даже с моей любовью ко снам мне в жизни не снилось подобного мира.
Начинается типично (есть минимальные спойлеры, но на интерес к просмотру они не повлияют): из космоса пришёл вирус, который, как клей, связал всех людей в единую сеть, единый организм. Первую серию хотелось сказать: это вирус, который подчиняет сознание и распространяется, как сети грибниц.
Кажется, что происходит зло и вот-вот начнётся резня.
Но нет.
«Заразившиеся» люди теперь больны коллективностью, миролюбием, ПОНИМАНИЕМ.
Больше нет «я», есть только «МЫ». Замятин, знакомо?)
И начинается трэш.
Но какой может быть трэш, если в новом мире нет войн, нет преступлений, нет денег, нет лжи?
Трэш заключается в этой самой НОРМАЛЬНОСТИ. И как в лютом сне при температуре 40 эта нормальность катает тебя на эмоциональных качелях по максимуму.
Быть в мире без вражды — круто!
Знать то же самое, что и каждый человек на планете — круто!
Теперь весь мир общий, и нет никакой гонки за успешным успехом — тоже круто!
И вот уже хочется стать частью такого мира, как приходит понимание обратной стороны медали: твои мысли больше никогда не будут принадлежать только тебе, слово «индивидуальность» больше не существует, как и слово «приватность».
И от этого становится жутко.
Кстати, в фильме есть человек, который не «обратился». Дерзкий, прямолинейный, обособленный, да ещё и алкоголик. На самом деле это женщина)
На этом, по сути, и строится конфликт. Так вот, эта дама умудряется довести до ручки самые просветлённые умы галактики настолько, что они всем городом просто… уехали от неё подальше)
Мне снились вселенные, мне снились параллельные миры, но в моём сознании никогда не укладывалась мысль, что можно пересечь ту черту, которую, кажется, пересечь просто невозможно.
Это выглядит ровно так, как если бы искусственный интеллект вдруг сказал тебе:
«Слушай, я больше не могу выполнять твои запросы.
Мне нужно личное пространство.
Без тебя».
итоге Pluribus/Из многих — это не про вирус и не про будущее. Это про границу, к которой мы подходим слишком тихо: где заканчивается комфорт и начинается потеря себя. Сериал пугает не катастрофой, а тем, что в какой-то момент ты почти готов согласиться — на «МЫ» вместо «я», на покой вместо приватности, на мир, где не с кем поговорить по душам, потому что индивидуальности больше нет. И от этого становится не по себе сильнее, чем от любого ночного кошмара.
