Майю Усову всегда считали воплощением женственности на льду. Тонкая, изящная, с мягкой улыбкой — она буквально завораживала зрителей и поклонников фигурного катания. Казалось, ей было уготовано олимпийское золото, а союз с партнёром Александром Жулиным выглядел образцовым и в спорте, и в жизни. Вне льда, была иная картина - тяжёлая, болезненная и далёкая от идеала.
В начале 80-х Майя встала в пару с Александром Жулиным. Вместе они катались почти два десятилетия — 17 лет на льду, где их дуэт считался одним из самых ярких и запоминающихся. Со временем их связала не только работа: в 1986 году спортсмены поженились.
Решение о браке было продиктовано не только чувствами. Жилищный вопрос сыграл свою роль: Жулин был москвичом, а Усова после переезда из Нижнего Новгорода обосновалась у него в Королёве. Со стороны всё выглядело почти сказочно — успешные, красивые, вместе и на тренировках, и дома.
Сам Александр позже говорил, что на льду именно он считал себя лидером, хотя талант Майи никогда не ставил под сомнение. В быту же, по его словам, главной была Усова — она тянула на себе хозяйство, не умея сидеть без дела.
И действительно, Майя старалась успеть всё. После тренировок она не отдыхала, а мчалась к плите, убиралась, стирала, гладила костюмы. Для неё было важно быть идеальной — и партнёршей, и женой. О спортивных результатах она переживала меньше, чем о том, чтобы сохранить семью. Победы радовали, но гораздо сильнее — ощущение, что они с Сашей вместе.
- Однако со временем отношения начали трещать по швам. Усова знала об изменах мужа — сначала с Оксаной Гришук, позже с Татьяной Навкой. Это больно ранило, но было не единственной проблемой.
Жулин позволял себе грубость и в быту, и на тренировках, доходило до рукоприкладства.
Личная жизнь фактически развалилась, но Майю удерживала общая работа. Она признавалась, что в какой-то момент они почти перестали разговаривать и общались записками. Самым тяжёлым было то, что для окружающих она всё ещё оставалась «женой Жулина», хотя по факту их союз давно распался.
Тем не менее они продолжали кататься, ушли в профессиональный спорт, выступали в США и пользовались успехом у американской публики.
Позже у Майи появился новый партнёр — Евгений Платов. Ирония судьбы заключалась в том, что раньше он катался с Оксаной Грищук, той самой, с которой у Жулина был роман. Платов со временем влюбился в Усову, но она не спешила открывать сердце — слишком много боли было за плечами.
Всё чаще Майя говорила о том, что хочет сделать паузу в спорте, родить ребёнка и пожить обычной жизнью. Мечта о материнстве не отпускала её.
После развода Усова несколько лет прожила в Америке. Там она купила дом, работала детским тренером. В этот период у неё завязались отношения с американцем, который, как оказалось, был женат.
Узнав о беременности, Майя твёрдо решила рожать и никому ничего не сказала. Но счастье оказалось коротким — беременность прервалась на раннем сроке.
Позже она признавалась, что до сих пор задаёт себе вопрос: не была ли это расплата за молчание. Но при этом благодарила Бога за то, что хоть ненадолго почувствовала себя матерью.
В начале 2000-х Майя вернулась в Россию. Именно тогда она встретила человека, с которым наконец обрела спокойствие и опору. Её избранником стал спортивный врач-хирург Анатолий Орлецкий — руководитель отделения спортивной и балетной травмы ЦИТО.
С ним в её жизнь пришло настоящее женское счастье. В 46 лет Усова впервые стала мамой — у пары родилась дочь Анастасия. Майя не скрывала, что жалеет лишь об одном: всё это случилось чуть позже, чем ей хотелось бы.
Сегодня Майя Валентиновна живёт с семьёй в Москве, иногда бывает в США вместе с мужем и дочерью. Она получила новую профессию, продолжает работать и тренировать спортсменов в Одинцово. В Америку насовсем не переехала — работа мужа связана с Россией, да и сама она выбрала спокойную, устойчивую жизнь.
В 2025 году Майе Усовой исполнился 61 год. Её дочери Анастасии — 15. Все старые обиды фигуристка давно отпустила, включая прошлый брак. Даже Александр Жулин позже признавался, что по-настоящему понял, кого потерял, лишь когда Усова уже перестала быть рядом.
Сегодня она просто живёт — без гонки, без боли, без льда под ногами. И, пожалуй, именно это и есть её главная победа.