В 54 году нашей эры Агриппина Младшая, жена императора Клавдия, столкнулась с политическим кризисом. Хотя её сын Нерон был объявлен наследником, настоящий сын Клавдия, Британник, представлял серьёзную угрозу её власти. Для решения проблемы Агриппина обратилась к специалисту особого рода. Как пишет историк Тацит, она «разыскивает понаторевшую в этих делах искусницу по имени Локуста, недавно осужденную за отравления».
Эта женщина, Локуста, была не вымышленной злодейкой, а реальным и востребованным «техническим специалистом» эпохи принципата. Её услугами уже пользовались при дворе для тихого устранения неугодных, а в свободное от государственных заказов время она вела частную практику, что периодически и приводило её на скамью подсудимых.
Первое дело: император Клавдий
Задача от Агриппины была сложной: нужен был яд, который не убивал бы мгновенно, а вызывал постепенное угасание, похожее на болезнь. Локуста, только что вызволенная из тюрьмы, блестяще справилась. Согласно распространённой версии, она подменила съедобные грибы-говорушки на их ядовитых двойников, содержащих мускарин. Симптомы отравления этим алкалоидом — спутанность сознания и медленное угасание — идеально совпали с пожеланиями заказчицы. Риск был велик: Агриппине пришлось есть те же грибы, демонстрируя их безопасность. План сработал — Клавдий умер, а Нерон взошёл на престол.
Второе дело: Британник
Услуги Локусты при новом дворе стали ещё более востребованными. Нерон, опасавшийся популярности сводного брата Британника, поручил ей его устранение. Однако первая попытка провалилась — яд оказался слишком слабым. Разгневанный император лично избил Локусту, после чего заставил её прямо в своих покоях изготовить более действенный состав. Яд испытывали на животных, пока он не стал мгновенным. Поданный Британнику под предлогом, что вода в его кубке слишком тепла, напиток убил юношу за считанные минуты. Эта история, подробно описанная Светонием, демонстрирует, что Локуста работала не по шаблону, а как настоящий экспериментальный химик, методом проб и ошибок создавая нужные «препараты».
После устранения Британника Нерон решил, что мать стала для него слишком опасной. Он задумал её убить, инсценировав несчастный случай. План был сложным и многоэтапным:
Неудачная попытка на воде: Нерон пригласил Агриппину на праздник в Байях и для возвращения предоставил ей специально сконструированный корабль, который должен был развалиться в море. Однако Агриппина, будуя опытной пловчихой, выжила и добралась до берега.
Прямая расправа: Увидев, что мать чудом спаслась и теперь понимает всё, Нерон решил действовать открыто. Он послал к ней на виллу отряд моряков и вольноотпущенника Аникета (бывшего её сообщника в убийстве Клавдия). Застав её в спальне, они зарубили её мечами.
Легенда о последних словах
Согласно легенде, передаваемой Тацитом, когда убийцы занесли над ней меч, Агриппина, понимая, от чьей руки она погибает, крикнула: «Бейте в живот, который породил такого монстра!» (Ventrem feri! — «Бей в утробу!»).
Последствия и память
Нерон объявил, что его мать покончила с собой из-за разоблачённого заговора. Сенат, запуганный императором, раболепно одобрил эту версию.
Конец карьеры и опровержение мифамифа
Благополучие Локусты целиком зависело от милости покровителей. Когда в 68 году Нерон был свергнут, её судьба была предрешена. Новые власти казнили печально известную отравительницу.
Что касается легенды о её казни через изнасилование дрессированным жирафом — это именно что легенда, мрачная фантазия более поздних времён. Ни один античный источник (Тацит, Светоний, Дион Кассий) не упоминает подобного. Это жутковатый вымысел, вероятно, возникший из-за сочетания экзотичности жирафа для римлян (их действительно привозили на игры) и желания придумать для злодейки особо изощрённую казнь. Однако историческая правда такова: Локуста была государственной преступницей, и её казнь, скорее всего, была обычной и публичной — либо мечом палача, либо в ходе расправы толпы. Её реальная история — не цепь гротескных ужасов, а трезвый рассказ о том, как холодный расчёт и профессиональные навыки использовались в борьбе за высшую власть в Древнем Риме.