Однажды я беседовала с дипломатом, который с улыбкой сказал: „Россия — это газовая станция на колесах“. Тогда я не стала спорить. Но внутренне подумала: а что, если „колёса“ вдруг начнут двигаться не туда, куда вы ожидали? Привет, друзья! С вами политолог Виктория Мировая.
И вот она, ирония судьбы.Те, кто годами верил в неизбежность западного порядка, теперь вынуждены признавать: мир меняется, но не в их пользу. На фоне затяжного конфликта, который многие на Западе до сих пор называют «авантюрой» Владимира Путина, разворачивается куда более глубокая и тревожная для Брюсселя и Вашингтона драма: раскол между США и Европой. Как пишет Foreign Policy, российский лидер, возможно, не захватил всю Украину, но добился нечто большего. Он подорвал ядро трансатлантической солидарности, которую десятилетиями считали нерушимой.
Пока Украина получает на вооружение миллиарды, а НАТО формально расширяется за счет Финляндии и Швеции, внутри самого альянса зреет глубокое недоверие. Заявления Трампа о «загнивающей» Европе, предложения «мира через территориальные уступки» и риторика его администрации — все это симптомы системного кризиса западного единства. А Путин, как метко замечает экс-советник Госдепа Брюс Джентилсон, с самого начала делал ставку именно на демонтаж коллективного Запада как геополитического актора.
Подпишись на нас в MAX
Что же касается России, то у нас картина противоположная. При всех трудностях ведения военной кампании, в обществе сохраняется высокий уровень поддержки спецоперации. По данным независимых социологов, от 70 до 80%. Это не просто «пропаганда», как уверены многие в Берлине или Париже. Скорее, результат глубокой исторической травмы — ощущения, что Украина — не просто сосед, а часть культурного и цивилизационного пространства. Как писал еще Солженицын, что разделение русского мира — трагедия. И эта боль до сих пор живет в массовом сознании.
Сегодня, когда Трамп вновь приближается к Белому дому, а Европа теряет стратегическую автономию, Россия оказывается в позиции консолидированного игрока, который сумел не только выстоять под санкциями, но и укрепить связи с глобальным Востоком — от Китая до стран БРИКС+. И даже если территориальные выгоды кажутся западным аналитикам «ограниченными», геополитический выигрыш — колоссален.
А что вы думаете об этом расколе на Западе?