Где-то в глубине Азии, на краю безжизненной пустыни Гоби, в землю ударила молния. Или не молния. Средневековые хронисты путаются в показаниях: одни пишут про огненный столб, другие про дождь из ядовитых змей и лягушек. Третьи клянутся, что видели, как от раскалённых камней поднимался заразный дым, и купцы умирали, едва вдохнув его.
Что там произошло на самом деле, мы никогда не узнаем.
Но в середине XIV века из монгольских степей выползло нечто, что за несколько лет убьёт каждого третьего европейца.
Подарок от хана Джанибека
1346 год. Крым. Хан Золотой Орды Джанибек уже несколько месяцев осаждает Каффу - богатую генуэзскую колонию. Итальянцы за толстыми стенами чувствуют себя уверенно. Отбивают штурм за штурмом. Ждут, когда степнякам надоест.
И тут в лагере ордынцев начинается странное. Воины задыхаются. На телах вздуваются чёрные бубоны. Те, кто пытается помочь больным, через пару дней лежат рядом с ними.
«Это дыхание небесных змей», — шепчутся в войске.
Джанибек понял, что город ему не взять. Но уходить просто так не захотел. Он приказал зарядить катапульты не камнями, а трупами своих солдат. С дьявольским свистом за генуэзские стены полетели тела тех, кто ещё вчера мечтал о награбленном золоте.
Орда ушла. Каффа ликовала. Недолго.
Через несколько дней из домов понеслись вопли. Трупы стали выносить вперёд ногами - сначала по одному, потом десятками. Огонь из пустыни Гоби добрался до цветущего города.
Константинополь задыхается
Генуэзские купцы - люди практичные. Чума чумой, а торговля по расписанию. Корабли из Каффы отправились привычным маршрутом в Перу - генуэзский квартал Константинополя.
К началу 1347 года столица Византии уже корчилась от боли.
Историк Никифор Григора оставил страшное свидетельство: целые дома вымирали за сутки. Болезнь не разбирала ни возраста, ни богатства. Умирали дети и старики, нищие и вельможи. Умирали собаки, лошади, домашняя птица. Умирали даже мыши в стенах.
Среди жертв оказался царевич Андроник, младший сын императора. Хронисты писали, что погибло восемь девятых населения города. Скорее всего, преувеличивали. Но в какой-то момент хоронить перестали. Тела просто сбрасывали в канавы. Потому что назавтра умирали те, кто сегодня сбрасывал.
Италия: рождение карантина
Осенью 1347-го "Король Чума" высадился на Сицилии. Мессина вымерла почти полностью. Хронист Микеле ди Пьяцца описывает жуткую картину: трупы лежали в домах, и никто не решался войти - ни родственники, ни священники. Могильщикам предлагали огромные деньги, но желающих находилось мало. Двери стояли нараспашку, сокровища никто не охранял. Некому было.
Генуя и Венеция понимали, что происходит. Пытались не пускать корабли с юга. Но разве остановишь генуэзского капитана, который с боем прорывается в родной порт, даже если его трюм полон умирающих?
Венецианцы первыми попытались организовать сопротивление. Создали антикризисный комитет из богатых граждан. Ввели жёсткую изоляцию - без нужды на улицу ни шагу. Все суда досматривали, и если находили больного - весь экипаж отправляли прочь, а груз сжигали. Мёртвых свозили на дальний остров в лагуне, в братские могилы.
Именно здесь родилось слово «карантин». Эти меры помогли, но не спасли. Венеция потеряла треть населения.
Земля разверзается
Словно чумы было мало, в январе 1348-го Альпы содрогнулись от страшного землетрясения. Флорентиец Джованни Виллани был очевидцем: толчки длились несколько часов. Рушились замки, города обращались в руины.
В городе Филлах уцелел только один дом - его хозяина хронист назвал «добрым человеком, праведным и милосердным». Все остальные погибли под обломками, в том числе те, кто собрался в церкви на молитву. На главной площади разверзлась трещина в форме креста, и из неё хлынула сначала кровь, потом вода.
Люди решили: это конец света.
Козлы отпущения
Когда мир рушится, человеку нужен виноватый. Кто-то решил, что беды - это кара за грехи. По дорогам Европы потянулись процессии флагеллантов, которые хлестали себя бичами до крови, надеясь отвести божий гнев.
Но большинство искало виновных среди живых.
Началось в Тулоне: сорок убитых евреев, сожжённый квартал. Потом Барселона. С осени 1348-го волна погромов прокатилась по Швейцарии, Франции, Германии. Кёльн, Трир, Вормс, Майнц - целые общины перестали существовать.
Самое страшное случилось в Страсбурге 14 февраля 1349 года. В День святого Валентина обезумевшая толпа убила несколько сотен человек. Чума, разумеется, никуда не делась. Зато горожанам стало некому платить по долгам - почти все ростовщики были евреями.
А что Русь?
Удивительно, но русские земли чума обошла стороной. Сначала..
Болезнь шла торговыми путями: из Монголии в Китай, оттуда в Индию и, потом на Волгу. Дальше - на Кавказ и в Крым, где её подхватили генуэзцы. А вот на запад, в московские земли, зараза не пошла. Историки считают, что спасло отсутствие активной торговли: контакты с Ордой были чисто политическими - дань отвезти, ярлык получить.
Чёрная смерть добралась до Руси только в начале 1350-х, причём с запада, из Польши. Совершила крюк длиной в восемь лет.
Пострадали Псков, Новгород, Москва. Умер тридцатишестилетний великий князь Симеон Гордый и оба его сына. Но страшнее всего пришлось маленькому Глухову под Черниговом. Там, если верить летописи, не выжил никто.
За несколько лет пандемия унесла двадцать три миллиона европейцев. Больше трети континента.
А началось всё с огненного столба. Или с дождя из змей. Или просто с заражённой блохи на спине степной крысы...