Листая страницы любимых томов, мы ищем стихи, от которых на нас вдруг повеяло бы студёным воздухом. Давно известные строки классиков покоятся в памяти золотым запасом, но иногда так хочется новизны: взгляда за тяжёлую портьеру метели, неожиданного поворота на лестнице зимнего замка, хроники жизни таинственной, мёрзлой, подлёдной..
Стихотворения русского поэта Евгения Ивановича Харланова (1942-1993) при всей прозрачности формы богаты на подобные открытия. Они всегда зовут нас на глубину. Если вы устали скользить по поверхности, вам непременно придутся по душе эти строки.
Вот эти, вьюжные, заставят вспомнить и "Поэму без героя" Ахматовой и "Раз в Крещенский вечерок..." Жуковского. От них вдруг повеет зимней магией зазеркалья, стекла, хрусталя:
У ОКНА
Свищет вьюга возле друга,
возле ворога — пурга...
С тихой искоркой испуга
ты мне больше дорога.
Отвернись от вьюжной пляски.
Вот рука уж холодна...
Ты не знаешь, как опасно
заглядеться в лёд окна.
Ты не знаешь, к вихрям близясь,
в неживой игривой мгле,
как хрупка любая близость
душ, рождённых на земле.
Чей призыв ты вьюжный ловишь,
погасив своё тепло?
И сама лучи обломишь,
как снежинка о стекло.
Тема любви как стихии органична у Харланова ощущению себя внутри пейзажа, себя - частью пейзажа.
А вот - до замиранья духа близкое - словно глава из "Доктора Живаго" - стихотворение "В метель":
В МЕТЕЛЬ
Крутая
высокая
кружит метель,
где черной свечою —
тобольская ель,
и чахнет и тает
во мгле воспаленной
средь этой смешавшейся с небом
земли.
Уже ей не вырваться снова
зеленой
из темной старинной гравюры зимы.
И в вихрях привычные кольца разлук и
свиданий
утратили прежнюю связь.
И в шорох, и в пыль
истолченные звуки...
И тени, как лошади,
в серую масть!
Любимая вышла.
Мы вместе глядели
на серую конницу ветра —
и вот
с лицом незнакомым,
со взглядом метели
она за окном в завихреньях плывет...
Гребет по стихии,
рожденной с творенья
умножить красу и богатство
Руси...
Всей грудью
до ребер
вдохни и осиль
колодезный холод стихотворенья,
витающий в воздухе,
смутном и беглом.
Да здравствуют шалые бесы тайги!
Все может случиться,
но сбудься любое,
с любимой могучую жизнь узнаю
в объятом метелью,
в объятом любовью,
в объятом поэзией
вьюжном краю.
Тема любви нарастает и ширится, сливаясь - сквозным объятьем - с миллионами так же чувствующих душ. Из завьюженной дали проступает иконный, почти блоковский облик родины:
МЕСЯЦ СВАДЕБ
Вокзалы засыпаны снегом
декабрьским,
таким шелестящим,
роскошным,
дикарским!
И смех в деревнях,
и таинственный шорох,
хрустящая ткань
подвенечных уборов...
И там, за дворами
у белых крылец
серебряным горлом
поет бубенец...
Но катится поезд,
в метелях уставший,
увозит меня понемногу все дальше.
И свадебный наш
колокольчик литой
все глуше звучит
за незримой чертой.
Средь лет и порош,
Вдохновенных и праздных
теперь наша тройка в сугробах увязла.
И кони, ступая с опаскою
в мглу,
тихонько седеют
в белесом снегу...
Но все на твоей
подвенечной одежде
алмазы России
сияют, как прежде.
И ты
зачарованной рощей
в окне
опять выбегаешь
навстречу ко мне...
Три истории о зиме и земле, о любви и связи человека с космосом - вот лишь маленькая часть "Зелёной Вселенной" Евгения Харланова.