Посвящается A.S., люблю тебя, детка, очень.
Люди как сломанные куклы: и играть нельзя, и выкинуть рука не поднимается.
Вообще, свою работу я не очень люблю, мне не нравится, что она со временем отбирает у меня мою же жизнь. Вот так работаешь, хочешь закрыть дверь своей организации и забыть о ней до понедельника. Но нет. В рабочих чатах пишут 24 на 7, тебя постоянно дергают и все должен срочно и немедленно. Это перешли, здесь заполни, тут ответь. И даже, когда хочешь отвлечься, все равно у тебя не получается, потому что из головы не можешь выкинуть то одну ситуацию, то другую. Вот и думаешь о совершенно чужих и неинтересных тебе людях, проживаешь по новой уже прожитые ситуации, ища новые решения, которых априори нет. И так день за днем. А жизнь, твоя собственная жизнь, проходит мимо. Мне это не нравится. Поэтому я стараюсь сделать все возможное, чтобы эту ситуацию переломить. Загружаю свой мозг другим, более приятным контентом. И в поисках дешевого и не очень дофамина в один из дней я открыла для себя контент авторских рассказов на просторах Интернета.
Для меня это было просто спасением. Рассказы все были разные, сначала я читала юмористические, ржала до слез каждый вечер в тиши своей квартиры, а потом счастливая, засыпала сном младенца. Утром, толкаясь в переполненной маршрутке, я с улыбкой вспоминала приколы из рассказов, и на время меня оставляли рабочие проблемы и нервотрепка, в душе поселилось спокойствие, умиротворение, и я на все смотрела философски, типа все проходит, пройдет и это. Потом перешла на рассказы о волшебниках, магах и придуманных мирах. Меня поражала глубина фантазии людей, которые до мельчайших деталей прописывали придуманное мироустройство. Я восхищалась тем, как им удается писать так интересно, что сюжет захватывал меня, довольно искушенного читателя, вкус которого воспитанн на шедеврах Э. Золя, О. Бальзака и П. Зюскинда. Сама не поняла, как круг моего чтения изменился, и я как- то залипла на рассказах, содержащих сцены насилия, убийства, где герои имеют психические расстройства, присутствую сцены бандитских разборок, драк. Так я оказалась на странице одной авторки, в рассказы которой влюбилась сразу. В душе поселилось щемящее чувство "узнавания" ее внутреннего мира, ее отношения к жизни. Мне показалось, что она человек, умеющий глубоко видеть жизнь, в чем- то похожий на меня, умеет размышлять над проблемами бытия, анализировать поведение людей, и слог ее мне очень понравился. Я добавилась в ее тг канал. В комментариях с удовольствием обсуждала сюжетную линию, конфликт, поведение героев, их мотивацию, искала с другими подписчиками скрытые линии, смеялась над ее отсылками к известным мемам, придуманным шуткам, новым словечкам. На полгода моя жизнь была раскрашена яркими красками жизни героев и обсуждений в чате. Утро за завтраком у меня начиналось с ее канала, там она подкармливала нас мемами из своих рассказов, у меня поднималось настроение, и все производственные трудности на время переставали иметь значение.
Все шло очень здорово, я понимала по комментариям, что люди собрались молодые, смысл некоторых фраз мне, конечно, не суждено было понять, но я радовалась тому, что меня приняли в это комьюнити, относились как к равной, к моему мнению прислушивались, признавая мою экспертность в некоторых вопросах. Меня называли адвокатом, потому что я защищала самого нелюбимого всеми героя, жесткого наглого малолетнего манипулятора, а мне он нравился, напоминал моих детей с работы.
С авторкой отношения складывались тоже хорошо. Почему- то она решила, что я ее возраста, а ей, на минуточку, 27 лет, и мы в этой тусовке с ней самые взрослые. Называла она меня ласково "дюша", а я помогала ей с редактурой текстов, делала озвучку к некоторым отрывкам. Моя озвучка всем зашла, это только подогревало интерес к ее творчеству. В общем, я была счастлива.
Пока в один из дней она не сообщила, что приостанавливает работу над произведением. «На таблах плохо соображаю», - написала она,-"новая глава сегодня не выйдет".
Я напряглась. " На таблах? Это что ж такое надо пить, чтобы на голове отразилось? От простуды- вряд ли, обезболивающие- не дают такого эффекты, антидепрессанты? Непонятно"
Все начали задавать вопросы, что случилось, чем заболела. Я решила, что это некорректно и ограничилась:
- Детка, лечись, буду ждать проду, сколько скажешь, люблю тебя...
В ответ прилетело:
- Пасибки, Дюш. И я тебя.
Остальные не унимались:
- Не, а че с тобой?
- Только не это, я не вынесу неизвестности...
- Че там с ними дальше? Ты остановилась на самой вкуснятине.
И тут в чат прилетела фотка. Она лежит на кровати с деревянными спинками, сфотографированы ее ноги в зеленых носках с желтыми утятами, довольно мрачные грязно- голубые стены, старый линолеум, унылая обстановка палаты на 4 кровати, медсестра со спины. " Ясно, очевидно госпитализировали, ну, бывает". Следом сообщение:
- Я в больничке, лол...
В чат полетели вопросики: где, че, почему, как получилось. Отдельный комплимент, конечно же, заслужили носочки.
Следующая фотка прилетела в общий чат быстро: вход в отделение, и я застыла над телефоном, психиатрическое...
В голове опустело, в груди стало как- то сразу тесно, палец завис над экраном. Я не знала, что написать: " спросить почему- глупо, посочувствовать- банально, поинтересоваться диагнозом- просто мерзко"
Чат взорвался, сообщениями, я не успевала читать. Все активно стали сочувствовать, выяснять диагноз. Я подумала, что она не скажет. Я бы не сказала. Зачем вываливать на абсолютно чужих, незнакомых тебе левых людей твое сокровенное, твое горе что ли. Я ошиблась, она написала:
- параноидная шизофрения.
Я запаниковала. Я знаю, что это за диагноз, его просто так не ставят. На него пациенту недостаточно просто "наговорить" врачу, этот диагноз подтверждается результатами МРТ головного мозга. А также характеризуется нарушениями речи, путаным сознанием. Я не верю, что текст, который я читала мог написать шизофреник. По письменной речи человека очень многое можно о нем сказать. И я давно сформировала свое мнение. Текст писала точно девушка, ей больше 25 , она имеет высшее образование, имеет опыт коммуникации с людьми, очень наблюдательна, организована, умеет планировать свою работу и следовать дедлайнам. Ничего общего моя характеристика не имеет с таким диагнозом.
Я почувствовала ее надломленность, потерянность в этом мире, одиночество что ли , и мне было очень некомфортно это осознавать. Как будто я стала
свидетелем чего-то очень личного, явно нездорового и неестественного. Я убрала телефон. Сказать мне было нечего, читать глупости, что писали остальные, не хотелось. Моя авторка мне врала, и я не понимала зачем.
Потом как-то поздно ночью она разместила сообщение:
- я сильно обидела одного мена, теперь не знаю, что делать.
Я поинтересовалась:
-человек был живой или придуманный?
Ну, не могла удержаться.
Оказалось, ее подруга долго встречалась с парнем-абьюзером (по словам авторки), который той подарил машину, телефон и тд, а теперь, когда они расстались, стал требовать свои подарки обратно. Авторка, руководствуясь благими намерениями (даже не могу предположить какими именно), вступила с ним в доверительную беседу. Градус доверия, очевидно, был настолько высок, что парень признался, что желает всех зол ее подруге и даже смерти. И в скором времени именно смерть подругу и ждет, тк он что-то ужасное сделал
в подаренной ранее ей машиной, что она разобьется, обязательно. Моя авторка не растерялась, выведав эту тайну у парня,она срочно полетела к подруге передавать информацию.
Та обратилась в мастерскую и неполадки были устранены. Подтвердили, что проблемы реальны и были созданы
кем-то специально.
Мне стало страшно. История выглядела придуманной, преследовал вайб дешевых российских детективных сериалов с дрянным сюжетом и смешными уликами. Я осторожно спросила:
-В чем тогда твоя проблема?
Оказалось, она боится мести с его стороны, да и вообще, как теперь смотреть ему в глаза, ведь она его предала. Я подумала и написала: «Представь, что все было иначе. И он не придурок и отморозок,
а реально переживал за девушку и рассказал тебе эту ситуацию, потому что сам не мог напрямую ей признаться. Он знал, что ты предотвратишь опасность и ей все расскажешь. Что случилось, то и цель».
Она рассыпалась в благодарностях, стала говорить, как ей сразу полегчало,
а все остальные стали осуждать парня, говорить, какой он козел и что ему так
и надо.
А я подумала, что не хочу больше быть массовкой в чужом дешевом спектакле. Авторке нужна поддержка и сочувствие? Или она хочет управлять аудиторией, влиять на нее, моделировать реакцию. Или она хочет погрузить всех в переживания своей собственной деструктивной фантазии? Я не знаю ответов.
Я буду скучать...но больше нам не по пути. Люблю тебя, детка.
Надежда Петрова