Екатерина всегда старалась забирать Мишу из детского сада пораньше, чтобы провести с ним побольше времени после работы. В этот обычный вечер она подошла к площадке, где дети шумно резвились, и сразу увидела мальчика среди других ребят. Ей хотелось, чтобы у него было нормальное детство, несмотря на все сложности в их семье, и такие моменты помогали ей держаться.
— Миша, милый, я пришла, — позвала Екатерина пятилетнего мальчика, махнув рукой, пока он весело играл с приятелями на детской площадке.
— Тётя Катя! — отозвался он радостно, помахав в ответ, и сразу подбежал к молодой женщине со светлыми волосами.
Она обняла его с теплой улыбкой и, слегка взъерошив волосы, добавила:
— Иди, потихоньку собирайся. Я поговорю с вашей воспитательницей, и мы отправимся домой.
Миша кивнул послушно и припрыжкой направился обратно к зданию садика, куда он поступил в начале этого года.
Спустя пару минут Екатерина спросила у молодой воспитательницы:
— Как у него дела? Он нормально адаптируется?
— Всё в порядке, он вполне освоился. Ваш племянник оказался очень смышлёным и быстро поладил с остальными детьми.
— Учитывая вашу семейную историю, это кажется почти чудом, — тряхнула своими завитыми локонами Светлана Петровна.
Екатерина просто кивнула в ответ, не желая углубляться в детали. На самом деле мальчик не приходился ей племянником по крови. Его мать Ольга была её ближайшей подругой, и они вместе трудились в районной поликлинике: Катя — медсестрой, а Оля — участковым терапевтом. Когда три года назад Ольга трагически погибла в аварии, Екатерина даже не раздумывала о том, чтобы оставить Мишу на произвол. Подруга была для неё как сестра, поэтому она сразу взялась за оформление опеки. По сути, Миша стал ей родным, словно племянник, хоть и не по родственным связям. Её муж Сергей, который работал в той же клинике менеджером по закупкам и снабжению, сначала поддержал жену в идее усыновления.
Но за эти годы он так и не сумел стать для мальчика хотя бы товарищем, не говоря уже об отцовской роли. Казалось, Миша с каждым днём всё больше выводил его из себя. Сергей становился всё более замкнутым и прохладным, и Екатерина никак не могла разобраться в причинах такого изменения.
— Может, нам стоит поговорить по душам? Я хочу, чтобы ты меня выслушал. Миша не заслуживает такого отношения с твоей стороны. Ты относишься к нему, будто его и нет вовсе, — не раз предлагала она мужу.
— Катя, ну что за чепуха? Что мне теперь вокруг него кругами ходить и на цыпочках плясать? То, что мы его взяли к себе, не значит, что вся наша жизнь должна вертеться только вокруг его желаний, — поправлял галстук Сергей. — Я и так сделал, что мог. Вспомни, сколько мы потратили на психолога. Всё для того, чтобы он пришёл в норму. А он тогда был совсем крохой. Без этой помощи неизвестно, смог бы он вообще заговорить или нет.
— Всё это верно, конечно, но Мише не хватает настоящего отца рядом. Ему нужна поддержка, а не только формальная помощь, — пыталась спорить Екатерина.
— Ты просишь от меня того, что я не в силах дать. Давай так: я выполняю всё возможное, а ты не дави на меня, чтобы я его полюбил насильно. В конце концов, он мне не родной по крови, — только вздыхал тяжело Сергей.
Эти слова каждый раз ранили её в самое сердце. Хотя муж формально был прав, Екатерина всё же надеялась, что время и общение с ребёнком смягчат его, и он наконец согласится на их общего малыша. Из-за постоянной загруженности на работе Сергей всегда отодвигал этот разговор на потом.
Вспоминая всё это сейчас, Екатерина ощущала неприятный дискомфорт в груди, словно отчуждение мужа могло её физически задеть. Но при Мише она держалась, не показывая ничего. Поэтому, кивнув с улыбкой, она взяла мальчика за руку, и они пошли на вокзал, откуда ежедневно добирались домой на электричке.
Глядя на мелькающие за окном пейзажи, она немного расслабилась. Прежде всего нужно было заботиться о благополучии сына, а с семейными проблемами они разберутся позже. В какой-то миг она задремала, но проснулась от того, что Миша тихонько дёргал её за рукав пальто.
— Тётя Катя, смотрите, там кто-то телефон забыл.
Она протёрла глаза и посмотрела туда, куда он показал.
— И правда, — проговорила она тихо. Потом огляделась вокруг, убедившись, что в вагоне кроме них никого нет, и осторожно взяла аппарат в руки.
Это была солидная модель, явно довольно дорогая. Екатерина засомневалась: как владелец мог просто так оставить такую вещь в электричке? Но в жизни всякое случается. Она решила проверить, есть ли контакты, чтобы связаться с хозяином и вернуть находку. К счастью, блокировка была не биометрической, а на пароле, так что некоторые функции оставались открытыми.
Ей удалось заглянуть в галерею с недавними фото. И тут она увидела что-то странное. Сначала она подумала, что это ошибка или усталость играет шутки, но чем дальше просматривала снимки, тем тревожнее становилось. На нескольких кадрах она узнала подъезд своего дома, и фото были сделаны утром, когда она уходила на работу. Ещё один снимок показывал её кабинет в процедурной через окно с улицы — кабинет на первом этаже. Но самое пугающее — вчерашние фото с Мишей, где он беззаботно играл на площадке, а она сидела рядом с журналом. Снимки явно сделали тайком, судя по ракурсу.
— Да что же это такое! — прошептала Екатерина в ужасе, прикрыв рот рукой. Её пальцы похолодели.
Чей это телефон, зачем кому-то за ними следить? Она в шоке продолжила листать и наткнулась на серию красивых кадров с незнакомой молодой женщиной. Это был какой-то отдых в спа, где она позировала в расслабленной позе. Пролистав дальше, Екатерина увидела скриншоты банковских переводов на крупные суммы.
— Ну что там? — спросил Миша, встав на колени на сиденье и пытаясь заглянуть через плечо.
Она быстро прикрыла экран рукой.
— Да ничего особенного. Просто взрослые записи. Нужно позвонить владельцу, чтобы вернуть, — кивнула она с улыбкой.
В этот момент телефон вдруг завибрировал. Миша отвлёкся на что-то за окном, а Екатерина посмотрела на экран. Это было переадресованное сообщение. Она инстинктивно открыла его. Там была короткая фраза: «Милый, я так соскучилась. Когда вернёшься?» Она растерялась и нажала на номер отправителя. Высветилось мужское имя, а под ним — «Мой генеральный». Тут же пришло уведомление о новых файлах в облаке.
Она не удержалась и открыла. Там оказались сканы медицинских документов, только что подписанных рукой её мужа, с печатью их клиники.
— Серёжа... Ты как с этим всем связан? — прошептала Катя, бледнея, разглядывая подпись.
Её руки так задрожали, что телефон чуть не выскользнул из них. В голове завертелись воспоминания: муж в последние месяцы часто задерживался на работе, ссылался на проверки из министерства. Он стал скрытным и раздражительным, а когда она пыталась расспросить, отмахивался, говоря, что она ничего не поймёт. Теперь всё складывалось: с Сергеем явно творилось что-то неладное, возможно, он ввязался в сомнительную историю. Иначе зачем владельцу телефона за ними шпионить?
Екатерина чувствовала подкатывающую панику и сунула телефон в сумку. Они вышли на своей остановке, и в голове крутилось множество вопросов без ответов. Но ясно было одно: владелец телефона следил за ней, сыном и мужем не просто так.
— Как дела на работе? Не терял ли ты каких-то важных бумаг? — попыталась аккуратно выведать она у мужа тем вечером.
— У меня всё в норме, а вот с тобой что? Ты в последнее время какая-то не своя, — вопросительно посмотрел на неё Сергей и усмехнулся.
Катя кивнула с вымученной улыбкой.
— Просто переживаю немного. Раньше я не задумывалась, насколько твоя роль важна. Ты отвечаешь за поставки дорогих лекарств, там нужно быть предельно осторожным.
Сергей на миг замер.
— Ты что, думаешь, я недостаточно осторожен? — спросил он раздражённо.
Катя едва удалось избежать ссоры, она быстро сменила тему, хотя муж весь вечер смотрел на неё подозрительно. Ночью, когда он уснул, она написала подруге Кире. Та работала в травматологии и разбиралась в технике благодаря мужу-программисту.
Катя рассказала о находке и попросила совета, как полностью разблокировать устройство.
— Попробуй перезапустить его несколько раз, это иногда сбрасывает пароль, — посоветовала Кира.
— Получилось! — прошептала Екатерина возбуждённо спустя несколько минут.
Она сидела на кухне, чтобы Сергей не услышал. Вскоре в скрытой папке нашлись видео.
— Это что, мой муж! — спросила она сама себя ошеломлённо, просматривая ролик, где Сергей в дорогом ресторане нежно обнимал какую-то красавицу.
Она сразу опознала в ней женщину с фото в галерее.
— И кто это такая? — покачала головой Катя.
Из глаз потекли слёзы. — Уж кем бы она ни была, похоже, твой Серёжа к ней неравнодушен, — посетовала Кира в сообщении.
Катя вздохнула печально, а потом увидела другое видео, в нём незнакомка шла по коридору их отделения с нетерпеливым, тревожным видом.
— Может, она ждёт ребёнка? — предположила Кира.
— Вряд ли. На видео в ресторане они пьют шампанское. Если бы она была в положении, не стала бы пить, — отмела это Катя.
Попрощавшись с подругой, Екатерина тихо вернулась в спальню. Сергей что-то пробормотал во сне и перевернулся на другой бок.
— Как ты мог меня так обманывать? — шёпотом спросила она, глядя в потолок.
Решив разобраться, кто эта женщина, Катя наутро начала осторожно опрашивать коллег. Ничего не вышло, пока она не подошла к Галине Семёновне, пожилой медсестре с большим стажем.
— А это Дарья Морозова. Устроилась к нам в прошлом месяце старшим администратором в филиале, — протянула она медленно, взглянув на фото.
— Серьёзно? А я её ни разу не видела, — удивилась Катя искренне.
Галина Семёновна пожала плечами, мол, может, смены не совпадали, но потом наклонилась ближе и прошептала:
— Поговаривают, её взяли по протекции. Вроде как она родственница какому-то влиятельному спонсору. Может, поэтому она и пропадает где-то целый день, никто её не видит.
Продолжение :