ВС РФ оставил «аммиачное» дело для рассмотрения в Ульяновске, но освободил одного обвиняемого
«После выхода на пенсию, как правило, все связи обрываются. Я уже пенсионер и нигде не работаю, поэтому, какое воздействие я могу оказать на свидетелей, руководство республики и судью, затрудняюсь ответить», — заявил бывший гендиректор «Газпром межрегионгаз Казань» Ринат Ханбиков на заседании в Верховном суде России. На этой неделе обвиняемые и адвокаты пытались оспорить территориальную подсудность «аммиачного» дела, которое направили для рассмотрения в Ульяновск, а также смягчить меру пресечения. О том, кого ВС РФ освободил прямо в зале суда за истечением сроков давности, — в репортаже «БИЗНЕС Online».
«Я 14 лет выводил этот завод из кризиса, теперь 7 лет вывожу из кризиса себя»
«Аммиачное» дело бывшего гендиректора «Газпром межрегионгаз Казань» Рината Ханбикова все-таки будет рассматривать по существу Железнодорожный районный суд Ульяновска. На этой неделе Верховный суд РФ отказал в удовлетворении апелляционных жалоб обвиняемых и их адвокатов, которые пытались оспорить территориальную подсудность уголовного дела. Отметим, что еще в конце августа Шестой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в Самаре, постановил отправить дело на рассмотрение именно в Ульяновск, а не в Татарстан, как настаивали фигуранты дела.
В итоге на заседание в Верховном суде РФ лично явились только Ханбиков, Алла Куцакова и Зухра Зиятдинова. Остальные обвиняемые — Фирдис Абдрахманов, Гузель Салимгараева и Игорь Есин — участвовали по видеосвязи. Председательствовал на процессе судья Верховного суда РФ Николай Безуглый, компанию ему составили судьи Александр Червоткин и Екатерина Каминская.
Сторону обвинения представлял прокурор Генпрокуратуры РФ Игорь Ощепков. Он напомнил, что Ханбиков и Абдрахманов являлись депутатами выборных органов власти Татарстана, поэтому «имеют обширные связи в судебной системе». А также, как и Куцакова, обладают «значительными финансовыми ресурсами». Поэтому Ощепков просил суд продлить обвиняемым меру пресечения еще на 3 месяца: домашний арест Ханбикову, Куцаковой, Абдрахманову, запрет определенных действий Салимгараевой и Зиятдиновой. А также прокурор ходатайствовал о продлении срока наложения ареста на имущество обвиняемых. По эпизоду Есина сам прокурор указал, что срок давности привлечения к уголовной ответственности истек.
Что касается территориальной подсудности, то, по словам Ощепкова, по закону ее можно изменить при наличии определенных оснований.
В свою очередь Ханбиков просил изменить ему меру пресечения на запрет определенных действий. Он напомнил, что его обвиняют в мошенничестве, растрате и легализации средств при строительстве завода по производству минеральных удобрений. «Я 14 лет выводил этот завод [„Аммоний“] из кризиса и вот сейчас 7 лет вывожу себя из этого кризиса», — сказал Ханбиков. Он указал, что 15 октября истек срок давности по эпизоду легализации, а в день заседания в ВС РФ, 15 декабря, истек срок давности по эпизоду, связанному с мошенничеством.
Ханбиков подверг сомнению тезис прокуратуры о том, что он сможет повлиять на суд. «После выхода на пенсию, как правило, все связи обрываются. Я уже пенсионер и нигде не работаю, поэтому, какое воздействие я могу оказать на свидетелей, руководство республики и судью, затрудняюсь ответить», — подчеркнул обвиняемый.
Обвиняемый пожаловался, что за время нахождения в СИЗО и под домашним арестом у него обострились хронические заболевания, он перенес две операции. «Я не привык жаловаться, слава богу, все прошло нормально», — сказал он.
Также Ханбиков указал, что его трудовой стаж — 45 лет, за это время, по его словам, руководство Татарстана, как правило, привлекало его к решению крупных задач. «Я их выполнил успешно. Предприятие работает очень эффективно, дает стране доходы. Привлек иностранных инвестиций 1,5 миллиарда долларов. Это практически 0,5 процента ВВП Российской Федерации на тот момент», — перечислил обвиняемый. Он напомнил, что регулярно сдавал декларации и «претензий никогда не было».
Попросился под домашний арест к теще в Буинск
Адвокат Ханбикова Рафаэль Данельян тоже обратил внимание, что по двум эпизодам, инкриминируемым Ханбикову, сроки давности уже истекли. Поэтому при решении о продлении домашнего ареста стоит учитывать лишь тяжесть преступления, по которому не истек срок давности. Кроме того, во время нахождения Ханбикова под арестом следствие не удовлетворяло ходатайства защиты о предоставлении медицинской помощи. В результате у него обострились хронические заболевания и он был вынужден обращаться за резкой госпитализацией.
Отдельное внимание Данельян уделил вопросу территориальной подсудности уголовного дела. Адвокат указал, что Ханбиков никогда в Москве не проживал, тут у него нет никакой недвижимости, а под домашним арестом он находится в съемной квартире, на что требуются значительные финансовые ресурсы. При этом Данельян отметил, что в связи с возможным направлением дела на рассмотрение в Ульяновск стоило бы изменить адрес домашнего ареста. Например, у тещи Ханбикова есть в собственности дом в Буинске в Татарстане — в часе езды от Ульяновска. «Для эффективного участия в судебном заседании и реализации права на защиту имеются достаточные основания для изменения исполнения домашнего ареста или иной, более мягкой меры пресечения», — пояснил Данельян.
Также адвокат попросил приобщить справки 2-НДФЛ, декларации и справки о кадастровой стоимости имущества. Согласно документам, стоимость имущества, принадлежащего Ханбикову и его семье, составляет порядка 240 млн рублей, а совокупный задекларированный доход обвиняемого, его супруги и двух дочерей составляет более 280 млн рублей. «При таких обстоятельствах при исследовании документов становится очевидно, что стоимость имущества в данном случае и размер легальных доходов соотносятся. И при наложении ареста на имущество третьих лиц необходимо в каждом случае устанавливать наличие преступного происхождения арестованного имущества, — отметил он. — Однако суды ранее при продлении срока наложения ареста эти обстоятельства надлежащим образом не исследовали, а ограничивались лишь формальной отсылкой, что имущество получено в результате преступления». По мнению Данельяна, доход Ханбикова и его семьи вполне позволял приобрести это имущество легальным путем.
Кроме того, адвокат просил приобщить характеризующие документы на Ханбикова. Среди них, например, почетная грамота от президента России Владимира Путина, а также копии благодарственных писем и памятных медалей от раиса РТ Рустама Минниханова.
«Ничто не мешает назначить слушания в городе Казани…»
В основе апелляционных жалоб всех адвокатов лежали требования изменить территориальную подсудность по уголовному делу. Правда, аргументы звучали разные. Адвокат Абдрахманова Руслан Советников указывал на то, что несколько обвиняемых проживают в Татарстане, поэтому ездить оттуда в Ульяновск «не совсем удобно и затратно». Кроме того, он заявил, что опасения следствия о том, что Ханбиков и Абдрахманов имеют возможность оказывать давление на свидетелей и судей, ничем не подтверждены. «Родной брат Фирдиса Асхатовича является всего лишь рядовым сотрудником и свою деятельность осуществляет на территории Набережных Челнов. Ничто не мешает назначить рассмотрение уголовного дела в городе Казани. Никакого давления на суды оказано не будет. Кроме того, суды являются независимыми. Никакой целесообразности сомневаться в их беспристрастности нет», — подчеркнул защитник.
Он также обратил внимание, что его доверитель никаких нарушений под домашним арестом не допускал, а текущие ограничения мешают ему работать, чтобы зарабатывать на жизнь, лечиться и присматривать за 89-летним отцом, страдающим от целого ряда серьезных заболеваний.
Советников также оспаривал арест, наложенный на имущество Абдрахманова. По его словам, оно было приобретено задолго до событий, рассматриваемых в рамках уголовного дела. В заключение адвокат попросил рассмотрение уголовного дела по существу перенести в Татарстан, смягчить меру пресечения Абдрахманову на запрет определенных действий и снять арест с имущества.
Советников попросил приобщить к делу набор документов, которые были призваны подтвердить его позицию, — и коллективное письмо сотрудников предприятия, возглавляемого Абдрахмановым (без него, мол, компания не может работать), и письмо от ветеранов СВО, которые сообщали, что учрежденный Абдрахмановым фонд помогает снабжать бойцов в зоне спецоперации.
Сам Абдрахманов попросил для себя возможности работать по телефону и интернету, а также покидать днем место жительства, чтобы его компания могла функционировать.
Игоря Есина освободили
Далее адвокат Есина указывал на то, что «факт истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности констатирован надзорным органом». Поэтому он попросил освободить Есина из-под стражи. В зале суда находились родственники обвиняемого, которые с надеждой ждали его освобождения.
Сам же Есин напомнил, что находится в СИЗО уже больше года и никакого резона скрываться от следствия у него нет. В этой связи он попросил отпустить его домой, чтобы у него была возможность вернуться к научно-исследовательской и изобретательской деятельности.
Ходатайствовал о смягчении меры пресечения и адвокат Зиятдиновой. Он возмущенно отметил, что в случае с другими обвиняемыми суд попытался оправдать выбор меры пресечения, ссылаясь на их статус, обширные связи и финансовые ресурсы. «В случае с моей подзащитной каких-либо доводов судом вообще не приведено», — отметил он. Более того, следствие уже завершено, все свидетели допрошены, а их показания приобщены к уголовному делу. Запрет на определенные действия мешают Зиятдиновой работать. Также осуществлению трудовой деятельности, по словам адвоката, мешает и рассмотрения дела в Железнодорожном суде Ульяновска. Работодатель готов дать ей возможность работать удаленно, но без доступа к связи и интернету это просто невозможно.
«Совокупность двух факторов, а именно отсутствие на рабочем месте и невозможность работать удаленно без доступа к сети интернет и телефонной связи, неизбежно приведет к тому, что моя подзащитная лишится работы. А это ее единственный источник дохода», — укоризненно сказал адвокат.
Кроме того, он обратил внимание, что, учитывая установленные ограничения по периодам нахождения вне дома и график работы Железнодорожного суда Ульяновска, Зиятдинова просто не сможет не нарушать предписания и одновременно посещать слушания.
Адвокаты Кацаковой возмутились тем, что ей приписывают несуществующие значительные материальные активы. Тогда как в реальности у нее только небольшие денежные сбережения, скромная малогабаритная квартира в Москве и дача, ипотеку за которую предстоит платить еще почти 20 лет (договор ипотеки и график платежей были приобщены к делу). Единственным доходом остается работа по найму в качестве гендиректора. Правда, работать она сейчас не может, потому что не имеет возможности выходить из дома. Кроме того, обвиняемой необходимо выходить на свежий воздух по предписанию врачей, да и скрыться она не имеет никакой возможности.
В итоге Верховный суд РФ изменил постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции только в отношении Есина. «Меру пресечения в виде содержания под стражей отменить и освободить его из-под стражи немедленно», — заявил судья. В остальной части все осталось без изменений. Кроме того, обвиняемым продлили на три месяца меру пресечения и срок наложения ареста на имущество.