Снег шёл весь день.
Не красиво, не празднично — а упрямо.
Мелкий, бесконечный, как мысли, которые невозможно остановить.
Город укутывался в белое молчание, и даже шум машин становился тише, будто кто-то сверху попросил:
«Сегодня осторожнее. Сегодня — конец года».
Я шла без цели.
Так ходят только люди, которым некуда спешить и не от кого убегать — или те, кто делает вид, что это так.
До Нового года оставалось шесть часов.
У меня — ни планов, ни желания что-то загадывать. Последние годы показали: желания имеют дурную привычку сбываться криво.
Я остановилась на мосту.
Снег ложился на перила, на мои варежки, на ресницы.
Я закрыла глаза и вдруг ясно подумала:
«Пусть хотя бы сегодня ничего не случится».
— Эй.
Я вздрогнула.
Никогда не оборачивайся на «эй» в большом городе. Это правило. Но я обернулась.
— Простите, — сказал он, — вы не подскажете, который час?
Глупый вопрос.
У всех есть телефоны.
Но я всё равно посмотрела на часы.
— Семнадцать сорок восемь.
— Значит, ещё есть время, — кивнул он так, будто это было очень важно.
Он был обычным.
Из тех людей, мимо которых проходишь сотни раз и не запоминаешь. Куртка, шарф, немного усталые глаза.
И почему-то ощущение, что мы уже встречались. Когда-то. Не здесь. Не сейчас.
— До чего? — спросила я, сама не понимая зачем.
Он улыбнулся — не мне, а будто какой-то мысли.
— До чуда.
Я рассмеялась.
— Вы опоздали лет на двадцать.
— Нет, — сказал он спокойно. — Чудеса всегда случаются вовремя. Просто не все в них верят.
Мы стояли на мосту, снег шёл, город темнел.
Я собиралась уйти. Честно.
Но он сказал:
— Вы когда-нибудь замечали, что снег не везде одинаковый?
— В смысле?
— Он идёт ровно до определённого момента. А потом — будто останавливается.
Я посмотрела.
И правда.
Прямо перед нами снег будто редел, становился прозрачнее.
— Это ветер, — сказала я.
— Нет, — покачал он головой. — Это имена.
Я посмотрела на него внимательнее.
— Когда люди уходят, — продолжил он, — снег идёт до их имени. А дальше — пусто.
— Вы странный.
— Мне так часто говорят, — он улыбнулся. — Особенно в конце декабря.
Мы пошли вместе. Просто так.
Я не спрашивала куда. Он не предлагал.
Иногда это и есть совпадение — когда никто не настаивает.
Мы говорили о пустяках.
О том, как город меняется зимой.
О детстве.
О том, как странно взрослеть и всё время ждать чего-то большого, а потом понимать, что жизнь состоит из маленьких, почти незаметных моментов.
— А вы кого ждёте? — спросил он вдруг.
Я остановилась.
— Никого.
— Все кого-то ждут, — мягко сказал он. — Даже если думают, что нет.
Я пожала плечами.
— Я ждала раньше. Теперь — нет.
Он кивнул, будто это было знакомо.
Мы зашли в маленькую кофейню. Тесную, с запотевшими окнами. Там пахло корицей и мандаринами.
Бариста поздравил нас с наступающим, будто мы были парой.
Мне стало неловко.
Но почему-то приятно.
— Загадай желание, — сказал он, когда нам принесли кофе.
— Не люблю.
— Тогда просто подумай о человеке, которому ты бы хотела сказать что-то важное.
Я подумала.
И сразу захотела передумать.
Снег за окном усилился.
Я смотрела, как он падает, и вдруг заметила странное: на стекле, где обычно оставались капли, появилось чёткое, почти невидимое слово.
Имя.
Я моргнула.
Слово исчезло.
— Вам холодно? — спросил он.
— Немного.
Он снял шарф и протянул мне.
Жест простой, почти банальный.
Но в этот момент я поняла: мы перешли какую-то невидимую границу.
— А вы?
— Я привык.
Мы вышли обратно на улицу.
Снег стал густым, плотным, настоящим новогодним.
Фонари светились мягко, будто город наконец согласился быть добрым.
— Скоро полночь, — сказала я.
— Я знаю.
— И что потом?
Он посмотрел на небо.
— Потом каждый пойдёт туда, куда должен.
— А если я не знаю, куда должна?
Он посмотрел на меня.
По-настоящему.
И в этот момент всё внутри стало очень тихо.
— Тогда смотри на снег, — сказал он. — Он всегда подсказывает.
Мы снова остановились.
Прямо посреди улицы.
— Скажи своё имя, — попросил он.
— Зачем?
— Просто.
Я сказала.
И в тот же миг снег вокруг нас изменился.
Он перестал падать хаотично. Он шёл ровно, спокойно, будто кто-то выровнял пространство.
— Теперь моё, — сказал он.
Я ждала.
Но он не сказал.
— Почему?
— Потому что тогда я останусь, — ответил он. — А иногда людям нужно исчезнуть, чтобы другие нашли путь.
— Это нечестно.
— Это жизнь.
Часы пробили двенадцать.
Где-то закричали, засмеялись, зажглись фейерверки.
Я моргнула.
Он стоял напротив.
А потом — его не стало.
Просто — пусто.
Снег шёл.
Но ровно до того места, где он был.
Я стояла долго.
Очень долго.
Потом пошла домой.
Прошёл год.
Я многое изменила.
Ушла с работы.
Переехала.
Научилась не бояться тишины.
И вот снова — снег.
Тот же мост.
Тот же вечер.
Я уже не ждала.
Но иногда жизнь смеётся над нашими обещаниями.
— Который час? — услышала я за спиной.
Я обернулась.
— Семнадцать сорок восемь, — сказала я.
Он улыбнулся.
И снег снова пошёл ровно.
Ровно.
До моего имени.
И дальше — уже не остановился.