Перечитав статью про корейских зомби, я поняла, что нигде не опубликовала даже ссылки на эссе о героическом персонаже для «Российского колокола». Герой Сок У впервые упоминается именно там. Но ссылка на сайт журнала почему-то перестала открываться. Я смогла найти текст лишь на архивном сайте «Журнальный мир», скачала и решила опубликовать его на здесь. Приятного чтения!
«Герой — это живое воплощение всего, что есть лучшего в человеке, а лучшее — это борьба за мощь, за изобилие, за счастье страны и народа». Алексей Николаевич Толстой
Поневоле
Давайте поговорим о современных персонажах. Ведь они — квинт-эссенция именно наших стремлений и желаний, собирательный образ нашего понимания жизни и места в ней и олицетворение насущных проблем (даже если события в истории касаются прошлого, будущего или происходят в выдуманной вселенной). Всё это — последствия нашего мировоззрения.
О ком же нынче рассказывают истории? Чего хотят современные персонажи? О чём они думают? К чему стремятся? Моё мнение таково: современные персонажи — всего лишь жертвы случайных обстоятельств и в основной своей массе ничем не отличаются от обычных людей. Они тоже работают, учатся, готовят, спят, влюбляются и путешествуют. Даже в фэнтези персонажи ведут себя однотипно; поменяй их местами — и в большинстве случаев сюжет не изменится. Ведь персонажи эти списаны с одной модели — с большинства обычных людей.
Плывут себе наши персонажи по течению и порой сталкиваются с бытовыми и личными проблемами: с работы уволили, возлюбленный не обращает внимания, друг оставил в беде, родители не понимают, деньги кончились. Даже если персонаж недоволен миром, ему проще смириться с обстоятельствами или винить самого себя, нежели встать с дивана и попытаться что-то сделать, — то ли из-за страха, то ли из-за душевной слабости, то ли он действительно слеп. Ведь некоторые персонажи и не осознают, что жизнь идёт наперекосяк. Скажем, в кассовом южнокорейском зомби-хорроре «Поезд в Пусан» Сок У вплоть до расцвета апокалипсиса не видит, что работа стала для него важнее дочери. Или, например, в «Дне сурка» лицемерный хам Фил Коннорс вынужден раз за разом проживать события временно́й петли, чтобы в конце излечиться от эгоизма и цинизма и с помощью любви превратиться в замечательного человека.
Будто внешний мир, смекнув, что его подопечный ленится, боится или упрямства ради не желает сдвигаться с привычного места, насильно ставит того в новые, необычные обстоятельства. На голову персонажа «сваливается» ситуация, буквально открывающая глаза на реальность. Оказывается, что он мало времени уделяет ребёнку; что главное в жизни — любовь и близкие люди, а не деньги или власть; что важно прямо сейчас победить древнее зло. По воле случая или по необходимости, но именно внешние события: апокалипсис, увольнение, портал в иной мир, одержимость, выигрыш в лотерею — вынуждают персонажа пересмотреть свои взгляды и ценности. И за короткое время наш поневоле ведомый обычный персонаж превращается в героя.
Давайте посмотрим, как именно внешние обстоятельства вынуждают персонажа сделать ответственный и мудрый шаг. Это отнюдь не означает, что персонаж плохой. Нам важно ухватить эту его черту — отсутствие внутреннего стремления.
«Человек-паук» (2002, режиссёр — Сэм Рэйми)
Питер Паркер ведёт себя крайне безответственно, пытаясь впечатлить одноклассницу Мэри-Джейн, в которую с детства влюблён. Он живёт себе спокойно и о важном не задумывается до момента, пока мир не подбрасывает ему необычные внешние обстоятельства: его кусает радиоактивный паук, а самое главное — на руках у Питера умирает его названый отец, дядя Бен. Только тогда он осознаёт, что каждое решение имеет последствия, а раз тебе по воле случая досталась большая сила, до́лжно использовать её во благо, а не для развлечений.
«Аватар» (2009, режиссёр — Джеймс Кэмерон
Джейк Салли соглашается заменить своего погибшего брата-близнеца и отправиться на далёкую Пандору ради денег на лечение. Даже зная о планах колонизировать планету, он продолжает своё дело и встаёт на сторону На’ви уже после того, как пожил с ними, заслужил доверие дикарей и влюбился в Нейтири. То есть теперь война касается его лично. Изначально же свобода — не идеал для Джейка, а колонизация — всего лишь чужая проблема.
«Игра в кальмара» (2021, режиссёр — Хван Дон Хёк)
Четыреста пятьдесят шесть человек, каждый из которых оказался в безвыходной финансовой дыре, участвует в турнире на выживание. Главный герой Ки Хун тоже вынужден принять приглашение, ведь коллекторы просто-напросто отправят его на тот свет. И Ки Хуну проще играть в смертельные игры, чем взять на себя ответственность за собственную жизнь, не говоря уже о пожилой матери и маленькой дочери, которую давно воспитывает отчим. Судьба в итоге заставляет Ки Хуна действовать, ведь ему хочется одних удовольствий: делать ставки на скачках, вкусно кушать (видимо, за чужой счёт) и стремиться куда-то в перспективе, но не сейчас. Дело не в том, что у персонажа игровая зависимость, а в том, что сценарий изначально выстроен так, чтобы у Ки Хуна не осталось выбора, ведь он неспособен самостоятельно «подняться с дивана». К концу сериала персонаж не эволюционирует, не меняется, и даже ручки ему марать не приходится, дабы не потерять статус хорошего парня в глазах зрителей. Хитро́ ! Правда, «неплохой парень» — пока что не профессия.
«Мальчик в девочке» (2006, режиссёр — Дэвид Ферниш)
Упрямые, взбалмошные подростки Вуди и Нелл постоянно устраивают друг другу подлянки и мириться не собираются. Некий бог их насильно обменивает телами, чтобы ребята научились смотреть на мир глазами друг друга. В конце концов они понимают, что другой человек — тоже личность, чьи чувства и слабости нужно принимать и уважать.
«Сумерки: сага» (2008–2012)
Во всех пяти фильмах акцент делается на ничем не обоснованной избранности нашей любимицы Беллы Свон, хотя подноготная «Сумерек» — не что иное, как романтизация смерти, а потому Белла и ставит во главу угла свои чувства как первостепенную ценность. Она ничего толком не хочет и проживает каждый день, ни о чём не мечтая. Родители Беллу не понимают: отец не знает, о чём говорить с дочерью, а матери девочка сама не доверяет и не открывается. Малочисленные друзья Беллы интересуются другими темами и не разделяют её депрессивного мировосприятия. Она чувствует себя ненужной и нелюбимой. Хотя Беллу можно понять, ведь развод родителей, переезд, новая школа, первая влюбленность — это серьёзные перемены, которые даются непросто даже взрослым. Однако суть не меняется: Белла адаптируется к миру, который ей не нравится, и ничего не делает, чтобы это исправить.
И вдруг по воле обстоятельств ей открывается волшебный новый мир. Не воля Беллы проявляется — всё происходит случайно. Теперь Эдвард Каллен — единственный посредник между обычным и скучным миром людей и загадочным, красивым миром вампиров. У Беллы появляется шанс оставить жизнь, в которой она никому не нужна, и начать новую, в которой она будет особенной, красивой, сильной, уверенной в себе, нужной и любимой. Из серой мышки Белла превращается в лидера и желанную спутницу такого же бессмертного вампира, как и она сама. Минимальными усилиями она получает свои «хотелки» без какой-либо душевной работы. «Хотелки», которые так удачно компенсируют психологические травмы Беллы: одиночество и чувство ненужности.
Таков путь любого обычного персонажа, ведомого внешними обстоятельствами. Вернее, персонаж вынужден через силу тащиться по этому пути, который для него не предназначен. Но об этом — позже.
Иногда случается наоборот: самостоятельные, волевые, «не такие, как все» персонажи сглаживаются. Их характер выхолащивается, и вся их нестандартность (в нашем случае — самостоятельно проявленная воля, желание изменений, непримиримость с миром и неумение сливаться с толпой) приводится к единому бесцветному шаблону.
«Венздей» (2022, Netflix)
Появившиеся в 1940-х комиксы про «чокнутую семейку» Аддамс очень полюбились читателям «Нью-Йоркера». Никто не ожидал, что сатира на идеальную американскую семью станет по-настоящему культовой, самостоятельной вселенной. Именно в этой истории (одной из первых) поднималась тема подлинной толерантности: Аддамсы никогда не вписывались в общество, и чаще их соседи выглядели более дикими. Аддамсы же следовали собственному пониманию красоты и справедливости, и, если человек был к ним добр, они всегда отвечали добротой, несмотря на жуткий загробный антураж.
В этот раз создатели решили вновь противопоставить Аддамсов (а именно — их дочь Венздей) и мир бессмысленного потребления, возведённый в культ современным обществом. Но, по-моему, Венздей, наоборот, растеряла по пути свою «нетаковость». В начале сериала она до тошноты правдива, честна и называет вещи своими именами, без утайки и не задумываясь о чувствах окружающих: обидятся ли они, расстроятся, вдохновятся, растрогаются. У неё нет телефона и социальных сетей. Она не играет в психологические игры, не притворяется. Хотя уже возникает парочка вопросов. Например, Венздей мстит обычным людям, причём жестоко и мерзко, чего Аддамсы, обычно замкнутые друг на друге, себе не позволяли. Зачем? Но с каждой серией Венздей всё больше теряет свой шарм, волю, искреннее и наивное, но честное понимание реальности, а в конце получает в подарок телефон и принимает все правила игры, окончательно став одной из «них». В погоне за мнимой толерантностью создатели лишили по-настоящему особенную девочку исключительности. Теперь у неё те же проблемы и те же интересы, не говоря уже о том, что от Тима Бёртона в сериале осталось чуть больше, чем ничего.
Особенно сильно меня цепляет, когда подобное случается не с выдуманными образами, а с персонажами, чьими прототипами стали общепризнанные таланты — те, кого называют символами, иконами (музыки, кино и так далее). Психология гениальных, избранных и просто талантливых людей деградирует, намеренно делается плоской, серой, а высшее стремление к красоте и гармонии смазывается — вместо него на первый план выходит и смакуется грязь. Откровенно говоря, оба фильма я терпеть не могу и потому обойдусь общими словами.
«Богемская рапсодия» (2018, режиссёры — Брайан Сингер, Декстер Флетчер) и «Высоцкий. Спасибо, что живой» (2011, режиссёр — Пётр Буслов)
«Неужели такой я вам нужен после смерти?» В. Высоцкий, «Памятник»
Жизнь по-настоящему гениальных личностей часто заканчивается трагично. Они отдают себя служению искусству и тем из нас, чьи души достаточно выросли и созрели, чтобы внимать их творчеству. Простым людям, увязшим в ежедневных бытовых проблемах, не дано понять, что дар свыше — это не только богатство, слава и почёт, но и проклятье для творца и его близких. И в этих фильмах (как и во многих подобных) нет трагедии человека, избравшего путь саморазрушения, не справившегося с испытаниями жизнью и своим даром. Есть лишь грязь. Потому что создатели таких лент — сами, по сути, «обычные персонажи», неспособные даже по верхам ощутить глубину чужой трагедии. Они опускают великие личности до своего уровня, на котором трагедии случатся из-за природных потребностей и простейшей психологии: нехватки денег, проблем с ориентацией, неразделённой любви, детских травм, запрещённых пристрастий и т. д., но не высших стремлений и ценностей.
Почему же на первый план чаще выходят природные желания обычного персонажа? Он ведь даже неспособен самостоятельно подняться с уютного дивана. Почему те, кто, наоборот, избирает собственный путь, кто не солидарен с миром и следует внутреннему стремлению, душевному порыву, а не идёт на поводу у обстоятельств и толпы, упрощаются, дегероизируются и сводятся к стандарту?
Давайте подойдём к вопросу издалека, ведь именно ответ на него разложит наконец по полочкам структуру обычного персонажа и его отличия от настоящего героя.
Идеальный механизм
Природа человека держится на трёх базовых потребностях (инстинктах):
1. Добыть побольше еды.
2. Найти лучшего партнёра, чтобы усыпать землю своими потомками (речь не о любви, а только о продолжении рода).
3. Доминантность (часто эта потребность компенсирует в том или ином виде две первые).
Этот механизм не хорош и не плох. Он заложен в каждом из нас, иначе бы человеческий род давно вымер. Благодаря инстинктам мы выживаем, живём и даже иногда получаем удовольствие от процесса.
Следовать природным потребностям — единственный ли это смысл вообще жить? Для самой природы — единственный: главное — сохранность вида. Но человек — это всё-таки не только инстинкты. Это ещё и высшие ценности: совесть, сострадание, прощение, сочувствие, милосердие, смирение, щедрость, терпеливость. Именно в этих нюансах и кроется основное отличие обычных персонажей от героев: герой не просто без продыху педалирует изменения в обществе и мире, но и делает это (внимание: не ради себя и своего выживания!) ради высших ценностей.
Внезапный вопрос: зачем Белле Эдвард? Ведь его присутствие важно ей, как воздух для дыхания. Пойдём по пунктам. Всеми брошенная, неуверенная в себе и депрессивная Белла случайно (и незаслуженно) сталкивается с тем, кто взращивает в ней чувство собственной важности; подпитывает уверенность, что теперь она желанная, значимая и прекрасная. Именно благодаря Эдварду и силе вампира Белла воплощает в конце концов свою доминантность: она самая сильная в вампирском клане; она красива и будет такой вечно. Белла настолько особенная, что её способности (защита силой мысли) проявлялись, даже когда она была смертной. Ей не составит труда найти себе пищу, а единственную слабость всех новообращённых — желание людской крови — Белла смогла обуздать всего за несколько часов. И конечно же, у неё есть дочь — ну просто три из трёх!
Кто-то скажет: «Но ведь есть же романы и фильмы, в которых обычные персонажи спасают возлюбленного, семью или целый мир — очевидный поступок во имя высших ценностей!» Да, персонаж, безусловно, совершает героический поступок: жертвует своим временем, здоровьем и даже жизнью, но не будь «злодейских обстоятельств», он бы никого не спасал и ничего не понял. Потому что обычный персонаж не сопротивляется настолько, чтобы менять мир своей волей. Персонаж адаптируется, ломая себя, и самостоятельного внутреннего стремления (более сильного, чем страх стать изгоем) у него нет.
Чаще всего предлагаются такие сценарии:
1. Персонаж спасает других персонажей и одновременно решает личные проблемы. Возьмём тот же «Поезд в Пусан». Если бы не зомби-апокалипсис, Сок У и не подумал бы стать хорошим отцом. Дочь он обижает и даже не замечает этого. Его фонд финансирует компанию, в которой случается утечка зомби-вируса, а он ни сном ни духом об этом не знает. Сок У не живёт ценностями. Он играет по правилам своей реальности, адаптируясь к ней. Только внешние обстоятельства вынуждают его посмотреть на себя со стороны, поразмышлять, учат высшим ценностям.
Сценаристы насильно пихают обычного персонажа в подходящую безвыходную ситуацию, чтобы тот совершил героический поступок, но по сути Сок У — не герой.
2. Если у персонажа хорошие отношения с семьёй и друзьями, то, спасая других, он всё равно будет пересматривать свои ценности.
Например, раньше он никого никогда не спасал или, наоборот, последует установке: выживают сильнейшие, а не добрейшие. В общем, если бы не навязанные внешние обстоятельства, обычному персонажу были бы до фонаря все эти вопросы мироздания.
Конечно, героев много не бывает — как в жизни, так и в литературе. Это определённый склад ума, души и мировосприятия. Не каждая история нуждается в герое. Но в наше равнодушное время героев, ставящих всеобщее счастье превыше личного, вообще нет, а героические поступки (даже редкие) вынужденно совершают обычные персонажи. Хотя те просто хотят жить долго и счастливо, без сильных душевных терзаний, без сложных выборов и глубоких размышлений. И тогда неумолимым авторам приходится брать любимое непослушное творение за руку и тащить по сюжету, подкладывая в каждые кусты по спасительному роялю.
А в другое время было по-другому? Да вряд ли. В каждой эпохе живут свои обычные персонажи, списанные с обычных людей. Они нужны литературе так же, как и героические.
Однако вместо массового движения вверх, к высшим ценностям, к высшим проявлениям души (пусть под влиянием обстоятельств), абсолютно все персонажи начинают препарировать свою реальность и копаться в мелочах, игнорируя главное. Считаю эту тему требующей отдельного диалога и достаточно важной для нашего разговора о герое в целом.
Единый рецепт счастья
В своё время Фрейд включил всех людей в теорию о том, что мы движимы исключительно инстинктами: хотим жить с комфортом, получая удовольствия, размножаясь, богатея и сражаясь друг с другом за статус лидера (доминирование), а все наши желания растут или из детских травм, или из желания выжить — из тех же трёх природных потребностей.
«50 оттенков серого» (2015, режиссёр — Сэм-Тейлор Джонс)
Кристиан Грей боится любви из-за детской психологической травмы: он хочет, но якобы не может полюбить по-настоящему. Случайное внешнее обстоятельство — встреча с «совершенно не особенной серой мышью» Анастейшей — компенсирует его травму, как бы излечивая Грея. Неважно, что в жизни так не бывает, сам пример очень яркий. Опять же, Грей — богатый, властный, симпатичный, но Анастейша — единственная, кто им управляет. Перед нами снова игры, построенные на желании доминировать и потребности стать лучшим партнёром. Игра на низменных эмоциях, без затрагивания высоких материй. Этот аттракцион препарирования сознания и бесконечного копания в травмах прост и понятен. Под него подгоняется любая ситуация — речь не о трагических событиях, оставивших неизгладимый след в жизни человека, а о рядовых ситуациях, которые случаются с каждым и ныне воспринимаются как триггерные, некомфортные для психики, нездоровые и калечащие.
Как славно, что теперь ко всему есть рецепт и профессиональное объяснение! Теперь у нас персонаж ищет Бога, потому что его в детстве недолюбили. Героиня у нас хочет чистой и искренней любви, потому что первый возлюбленный ей отказал — разбитое сердце. А ещё один персонаж спасает другого исключительно из-за чувства вины. Дёрнул за нужную ниточку — клубок распутался. И так можно разрулить все проблемы, правда?
Нет! «Психология для чайников», маркетинг и вся массовая культура нашли для нас идеальный рецепт счастья — препарирование и обмусоливание травм. Все душевные порывы они объясняют природой: нереализованными страстями и подавленными страхами. Один рецепт на всех. Разбираться в себе нужно, но нынешняя тенденция сводить высшие стремления героя к травмированной психике — просто верх несуразицы. И не дай бог что-то не то сказать или посмотреть не так.
Как итог — современные персонажи не ищут истинной любви: они выбирают партнёра (меня до глубины души поражает, что слова «любовники» и «возлюбленные» ушли из нашей речи, и теперь вместо слов с корнем «люб» мы используем безэмоциональное понятие «партнёр», будто у нас общий бизнес, а не чувства). Персонажи больше не ищут Бога и не творят искусство: их души этого не требуют. Они не хотят сделать мир лучше, потому что игра по правилам общества, увязшего в чрезмерном потреблении и саморазрушении, для них — дело в порядке вещей, а не дикость. Теперь персонажи борются с психологическими травмами, подбирая идеальный ключик к своему сознанию, как по инструкции, словно человек — стандартизированная машина. Персонажи преследуют свои природные потребности, будто это первостепенная ценность человека. Обязательно завести зверушку… ой, извините, партнёра. Обязательно стать избранным без душевной и умственной работы. Обязательно быть уникальным и достойным чего угодно просто за то, что ты есть. Ведь каждый сейчас уникален, да? Современные персонажи не творят новый мир ради высшего идеала, потому что идеала у них нет. Они полностью лояльны к миру или же пытаются к нему адаптироваться и живут в крошечном мирке личной маленькой трагедии — некомпенсированной травмы. Быть хорошим родителем для них — не ценность, а задумываются они об этом, только когда происходит катастрофа. Они не пытаются изменить мир потому, что он им не нравится, а спасают его, только когда злодей хочет этот мир захватить. Но этот путь предназначен не для простых персонажей, и поэтому писатель или сценарист вынужден помогать своим подопечным. В каждом углу романа спрятаны целые сады кустарных роялей!
А вот если истинный герой стремится к высшим ценностям или решает философскую проблему: хочет влюбиться по-настоящему («Формула любви»), собирается спасти как можно больше раненых солдат — и ему неважно, враги ли это или друзья («По соображениям совести»), стремится создать новый счастливый мир, чтобы родная страна развивалась и процветала (как королева Елизавета I), то это потому, что компенсировать что-то хочет. То есть он якобы хочет любви, потому что его недолюбили; хочет спасти людей, потому что в детстве брата ударил; она хочет сделать свою страну великой, потому что у неё не сложилось с мужчинами. Про Высоцкого я вообще молчу.
Не в наше время
Подведём итоги: в чём же разница между настоящим героем и обычным персонажем, которого обстоятельства вынудили стать героем?
У героев другие ценности и другая суть. Они создатели, а не потребители. У героя тоже есть потребности и желания, как и у любого человека, но природное начало в нём без остановки борется с душой.
Герой не может смириться с реальностью: ему некомфортно, даже если он живёт во дворце. Он всегда ведёт себя иначе. Возможно, у него сложный и непонятный (для остальных персонажей) характер или он слишком хорошо всех понимает и чувствует; ведёт себя чересчур эмоционально или, наоборот, уходит в себя, но самое главное — всегда ищет ответы на вопросы, до которых остальным просто нет дела. Что такое высшее знание? Действительно ли Бог существует? Могу ли я испытать истинную любовь и что это вообще такое? Как организовать мир, в котором все будут счастливы? Герой задумывается, мучается, и покоя ему не будет никогда. Он хочет счастья не для себя; он помогает не для выгоды, не для компенсации травмы, а просто не может иначе. Ему нет покоя в безвестности. Жизнь для героя — хаос, а не выверенная схема, где всё разложено по полочкам ради собственного комфорта.
«Собор Парижской Богоматери» (1831, автор — Виктор Гюго)
Клод Фролло — монах, архидьякон главного собора Парижа. Казалось бы, он человек праведный и точно следует предписаниям и законам, но на самом деле Фролло не понимает ни своей религии, ни своей паствы. С одной стороны, он чтит каноны, с другой — совершенно импротиворечит. До конца неясно, верит ли он в Бога на самом деле или нет. Архидьякон он лишь внешне и формально.
А ещё Фролло — отец двух мальчиков: своего младшего брата Жеана и подкидыша Квазимодо. Он любит их, как умеет, но не знает, как правильно воспитывать, и относится к воспитани подопечных с большой долей безалаберности, скажем прямо. Чем же занимается Фролло, вместо того чтобы быть отцом для прихожан и примерным покровителем для своих воспитанников? Чего он хочет?
Ещё до встречи с Эсмеральдой Фролло ищет высшее знание. Не земное, а вечное, недоступное обывателю. Как устроен мир? Как устроен человек? Это вопросы из «земных» наук, и Фролло оканчивает четыре возможных факультета, но всё известное и понятное становится ему неинтересно. Что такое судьба? Как превратить предмет в золото? И Фролло обращается к «бесовской» науке алхимии, к астрологии и герменевтике (науке о толковании текстов). Народ зовёт его чернокнижником, орден подозревает в страшном. Но Фролло хочет сделать то, ради чего многие до него отдали свои жизни, однако так и не нашли формулу превращения вещей в золото. Он хочет, чтобы его имя осталось в веках. Он хочет познать суть вещей, суть материального и духовного мира. Сам король приходил советоваться с Клодом.
После встречи с Эсмеральдой высшим знанием для него становятся отношения между мужчиной и женщиной, которых он не знал. «Как эта цыганка меня околдовала? Почему я не могу себя контролировать?» И отчаянная страсть постепенно стирает его гениальную личность.
Но Фролло всегда действует сам, а не адаптируется к миру — в итоге всё случившееся в романе происходит по его вине. Фролло не нужны внешние события: апокалипсис, увольнения, ссоры, магические способности, — потому что его внутреннего стремления достаточно, чтобы начать действовать и изменять реальность.
«Гарри Поттер» (1997–2007, автор — Джоан Роулинг)
Казалось бы, Гарри — обычный мальчик. Он ленивый, не любит учиться, толком не знает, чего хочет. Он только формируется и взрослеет, но всё же отличается от обычных персонажей. Скажем, Гарри никогда не вёл себя тщеславно, несмотря на своё богатство, никогда не сбегал и не опускал рук, хотя многие взрослые в ужасе убегали, лгали, прятались, сдавались и предавали, спасая собственные жизни. Гарри всех старался понять, даже профессора Снейпа и директора Дамблдора, которые обманывали его и, по сути, годами использовали. Он даже жалел Волан-де-Морта.
В конце концов семнадцатилетний Гарри берёт на себя ответственность за всех волшебников на земле, идёт в Запретный лес и жертвует собой, чтобы попытаться создать новый мир, в котором его любимые люди будут свободны и счастливы. Даже без него.
«Горе от ума» (1822–1824, автор — Александр Сергеевич Грибоедов)
Чацкий мечтает создать справедливый, прогрессивный мир, в котором нет подхалимства, где царствуют человечность и открытость. Он настолько экспрессивно высказывается, так ярко проявляет эмоции, его настолько грызёт эта идея изнутри, что он (ещё и в силу возраста) не может себя сдержать. Для высшего общества его позиция выглядит странно, дико, неприемлемо. Оно не готово её принять. Чацкий, не выдержав давления, уезжает.
«Титаник» (1997, режиссёр — Джеймс Кэмерон)
Роза не готова стать игрушкой в руках богатого и заносчивого Кэледона, и она бунтует, как умеет: спрашивает, капризничает, грубит, убегает. У неё нет власти и возможностей, знаний и денег, чтобы избежать замужества, но она не мирится со своей участью и решает броситься в океан. Это её способ побороть судьбу. Джек лишь показывает Розе, что на самом деле она поступала правильно: не нужно адаптироваться к миру, убивающему тебя. Джек только подтолкнул её начать жизнь с чистого листа, но Роза изначально слушала собственное сердце.
«Мулан» (1998, режиссёры — Бэрри Кук, Тони Бэнкрофт)
Мулан честно пытается вписаться в общество, но, как бы она ни старалась, у неё не получается. От женщины в Древнем Китае и не ждут ничего особенного. Её единственное предназначение — стать достойной женой. Однако Мулан жертвует собой и своим будущим ради отца, а затем и ради страны — то есть высшего идеала. Ситуация выбора действительно сложилась сама по себе, но характер Мулан не сформировался благодаря этому, а раскрылся. В «Поезде в Пусан» Сок У переосмыслил свои ценности уже после начала апокалипсиса. Если бы не зомби, он бы не изменился и остался мёртвым изнутри до конца своих дней. Мулан же не пересматривает свои ценности, а, как прирождённый лидер, ведёт за собой обычных персонажей и заставляет их переосмыслить стереотипы о женщинах.
«Людвиг Баварский» (или «Людвиг II», 2012, режиссёры — Мари Ноэль, Петер Зер)
Людвиг родился наследным принцем, и это стало трагедией и для него, и для всего Королевства Бавария. Увы, он оказался не в своём времени и не на своём месте. Людвиг мечтал строить университеты и библиотеки, музеи и театры, художественные галереи. Ведь если все будут любить искусство, слушать прекрасную классическую музыку и ходить на спектакли, разве останется время для войн? Настанет прекрасная эпоха, когда люди будут любить друг друга и заниматься творчеством, — чего ещё надо для счастья?
Только Баварию постоянно втягивали в войны с Пруссией, а Людвиг, против воли подписывая приказы, воспринимал это как личную трагедию, которая разрушила фактически его жизнь и душу. О нём говорили, что он слишком хорош для нашего мира.
Большинству обывателей и непонятно, как это — мечтать о лучшем мире, слушая совесть и душу, а не лелея детскую травму или потакая инстинктам. В целом авторы чувствуют, что за героическим стремлением кроется нечто глубокое. Только обычные персонажи не предназначены для этого пути, а героев создавать не хочется (или не можется), и авторы, пытаясь ухватить двух зайцев сразу, «опускают» высокие порывы души до примитивной психологии. И вот уже Высоцкий пишет стихи не потому, что чувствует людей, а потому что у него случались «выходы по ту сторону сознания». Елизавета Первая устроила золотой век Англии не из любви к народу, а потому что с мужчинами у неё не складывалось.
Персонажи нужны разные: и обычные, и героические. Одни хотят сделать мир лучше из-за чувства одиночества, а другие умеют видеть красоту и хотят делиться ею с другими. Одни ищут любовь потому, что иметь партнёра статусного, а другим хочется истинной любви (если таковая есть). Обычные персонажи ищут Бога, чтобы избавиться от боли, ведь родители их в детстве ненавидели, а другим нужна внутренняя опора, чтобы попытаться сделать наш несправедливый и жестокий мир капельку лучше. Есть потребители, а есть созидатели. Есть эгоисты, есть альтруисты. Это не плохо и не хорошо — так устроена жизнь!
Но современная культура навешала на героев ярлыки, упростив их порывы души до примитивной психологии. А потребителей возвела в ранг любимчиков судьбы, словно смысл человеческой жизни заключён лишь в следовании инстинктам. Природа и душа слепляются в единую серую массу, не несущую ни чётких целей, ни причин, ни смыслов. Поэтому в наше жестокое и равнодушное время важно не терять в себе человека, а для этого нужны герои-лидеры, которые бы жаждали лучшего мира: справедливого, доброго, терпимого, открытого, прогрессивного (неважно, получится или нет) — и думали о большем, нежели о бесконечном потреблении и собственных слабостях.
Возможно, нам самим стоит примерить роль «Героя нашего времени», прежде чем пытаться тронуть души читателей?
Оригинал эссе опубликован в журнале «Российский колокол» №1(45)/2024