*статья содержит спойлеры
Трейлеры к дораме «Песня водяного дракона» завораживают не только визуальной составляющей, но и глубоким смыслом, заложенным в каждом кадре.
Название сериала отсылает к древним ритуалам, где музыка ассоциировалась с водой и драконами — символами власти и трансформации.
Прекрасные сцены с музыкальными инструментами – это не просто украшение, а ключ к пониманию сюжета, берущего свои корни в романе «Море невзгод» Тэн Пин.
Сюжет книги разворачивается вокруг персонажей, которые не по своей воле попадают в древний мир Цзянху. Главный герой романа, Тан Лицы, связан с музыкальным инструментом «Медная флейта».
Участники группы и их инструменты:
- Тан Лицы - Неугасающая флейта лиса-дракона, также известная как «Медная флейта».
- Лю Янь - Пипа «Громоподобный звук и внезапный ритм».
- Фу Чжумэй - Барабан "Девять мелодий".
- Фан Чжоу - Бесструнная цитра "Небесный свет".
Использование музыки, как оружия — это нечто необычное и запоминающееся.
Звуковое оружие и акустические методы являются важными элементами сюжета, особенно необходимыми в этом жанре, где музыкальные инструменты часто становятся метафорой внутренней силы персонажа и выступают не только как элемент культуры, но и как мощное оружие, связанное с магией и духовной энергией (ци).
Вот ключевые моменты использования звука:
- Музыка, как инструмент иллюзий.
В некоторых эпизодах загадочные мелодии создают иллюзии или запутывают восприятие персонажей. Это не прямое оружие, а элемент мистификации, усиливающий напряжённость сюжета.
«…Тан Лицы медленно лег обратно. Ха… не страшны никакие яды… Раньше сама мысль об этом приводила его в отчаяние, а теперь странным образом утешала. Он почти забыл это ненавистное чувство, когда все считают тебя чудовищем (монстром). Вдруг в памяти вспыхнула череда ярких воспоминаний, и его словно подкинуло на кровати.
На стене висела пипа, заботливо припасенная Шао Яньпином на случай, если придется отражать атаку черной пипы Лю Яня. Тан Лицы взял ее в руки и провел по струнам. Низкая звучная мелодия ожила и стала нарастать как прибой, проникая в каждый уголок замка Шаньфэн…
…Замок Шаньфэн затих, словно по мановению руки. Все погрузились в раздумья, слушая голос пипы.
Чем проще слова — тем короче поэма.
Чем голос честнее — тем тоньше броня.
Кто скажет, насколько безжалостно время?
Как сильно оно изменило меня?
Ожог от обмана однажды остынет,
Но правда острее, чем тысяча бритв.
Не стоит молиться фальшивым святыням —
Они не способны исполнить молитв.
Я мог бы сказать, что я принц Гаутама —
И души соблазном влеку за собой,
Я мог бы сказать, что я проклят судьбой,
Но лотос не цвел под моею стопой.
Но с каждым рассветом мечтаешь о лете,
Ты скромный цветок, ты не даришь плодов,
И время расцвета своих лепестков,
И срок увядания держишь в секрете.
О чем говорить? Жизнь и так коротка.
Слова — это капля, молчанье — река.
Сокрыты загадки у всех на виду,
Вращаются звезды, источники света.
Великие Планы ведя в поводу,
Молчит небосвод, не давая ответа.
…А я задыхаюсь в роскошном саду,
И слов не найду,
Чтоб поведать об этом.
Не быть мне спасителем с чистой рукой,
ни Буддой, что людям приносит покой,
ни демоном, в плен забирающим души,
пусть так называется кто-то другой.
А-Шэй слушала песню в полном молчании. Слов было не разобрать, но запоминающаяся мелодия, которая то превращалась в тихий речитатив, то начинала звучать взволнованно и страстно, полностью завладела ее вниманием. Ясные и отчетливые музыкальные фразы внезапно сменялись хаотическим нагромождением звуков. А-Шэй представляла себе, как ветер гуляет по пустынной равнине, как кто-то тихо плачет, прислонившись к стене, как сумасшедший танцует под дождем, как разбивается чаша с вином, и чьи-то горькие слезы капают на осколки… А-Шэй задыхалась, сердце бешено колотилось в ее груди. Как она ни старалась, она не могла оформить это чувство в слова. Зажав рот ладонью, она разрыдалась, хотя за много лет не пролила ни слезинки… и даже не могла понять, почему плачет.
Песня называлась «Сердце демона». Это был первый и единственный сингл, много лет назад выпущенный группой «Бронзовая флейта».
Неужели из-за одной только песни, которую играл на пипе Тан Лицы?...»
2. Психологическое манипулирование через звуковые сигналы.
В романе герои используют ритмичные крики, удары или мелодии, чтобы контролировать сознание людей. Это характерно для традиционных техник, где звук становится инструментом подавления воли.
«…Чэн Юньпао смотрел на открытую дверь. Ваньюй Юэдань спокойно сидел рядом.
— Что за ловушку вы приготовили? — медленно сняв руку с рукояти меча, спросил Чэн Юньпао. — Почему противник не может войти в ворота?
Он имел в виду деревянные ворота в тридцати чжанах от внутреннего двора Ваньюй Юэданя, которые соединяли цветочную галерею, расположенную на горе, где начинались его владения, с задним двором.
— Ворота запечатаны, — ответил Ваньюй Юэдань, и морщинка между его изящных бровей слегка разгладилась. — В коридоре, который к ним ведет, стоит формация, а гору я укрыл туманом. Враги не знают, куда ведет коридор. Если они туда войдут, то не смогут найти ворота.
Чэн Юньпао медленно обернулся.
— Только и всего?
— Да, только и всего.
— А откуда эти грозные боевые кличи?
— Ассасины почти ничего не видят в тумане, а из-за масок не могут различать друг друга. Я послал своих людей, чтобы они перемешались с врагами и громкими криками вызвали ссоры и панику. Разобщенных и загнанных в угол людей нетрудно переловить по одному.
— Просто переловить и все? — с отстраненным спокойствием спросил Чэн Юньпао.
Ваньюй Юэдань едва заметно улыбнулся и вздохнул…»
3. Голосовые техники боя.
Мастера боевых искусств применяют техники, усиленные внутренней энергией (ци), где крик или определённые звуки усиливают атаки. Например, резкий звук может оглушить противника или разрушить защитные барьеры.
4. Связь звука с ядами
В романе упоминаются методы, где звуковые вибрации активируют действие ядов, вдыхаемых или находящихся в теле жертвы. Например, определённая мелодия вызывает ускоренное распространение токсинов, приводящее к смерти.
«…Запоминающаяся мелодия доносилась из гостевого крыла. Выйдя из покоев целителя, Ваньюй Юэдань кивнул своим собственным мыслям. Хмурые Тэ Цзин и Хэ Янь-эр уже стояли под дверью пленников. В такт тихому пению из комнаты доносилось мерное постукивание: это госпожа Хун аккомпанировала себе, похлопывая по столу. Высоким голосом она выпевала короткие и четкие музыкальные фразы. Однако под бойкие звуки этой песни до сих пор молчаливые Мэйхуа Ишу и Куанлань Усин начали дрожать и стонать.
«Эта женщина и вправду умна… — подумал Ваньюй Юэдань. — Значит, она все-таки решила снять действие струн»… Склонив голову набок, он с улыбкой слушал затихающую мелодию. Когда песня закончилась, Мэйхуа Ишу и Куанлань Усин рухнули на пол и с криками забились в агонии. Их руки и ноги не гнулись, и конвульсии агонизирующих тел представляли собой жуткое зрелище…
Два часа спустя из тела Мэйхуа Ишу были извлечены все тридцать семь шипов. К середине процедуры Тэ Цзин взмок от усилий, и на его место встал Хэ Янь-эр. Стражи до того вымотались, что, завершив дело, упали без сил. Однако помочь Куанлань Усину они уже не могли — в теле второго воина было сто семь ядовитых шипов — слишком много для двух стражей дворца Било. Тут требовалась помощь мастера с куда большими запасами духовной силы.
Все это время госпожа Хун, не отрываясь, смотрела на их неустанный труд. Зрелище настолько ее поглотило, что она забыла про отдых и еду. Она очнулась от транса, лишь когда последний шип покинул тело пленника…»
5. Музыкальные инструменты, как оружие.
Флейта «ди» традиционно связана с «драконьими» мелодиями. В поэзии Ли Бо и Ду Фу её звучание описывается как «龙吟» (рык дракона), что напрямую отражено в названии дорамы «水龙吟». В сериале флейта может использоваться для передачи сигналов, управления толпой, активации акустических ловушек, отражения атак.
«…Грациозно повернувшись, Тан Лицы показал сжатую в руке бронзовую флейту. Ее звук пронизал воздух и сломал сокрушительный полет клинков. Простого дуновения флейты оказалось достаточно, чтобы заглушить вопли стали…
Видя, как мастерски Тан Лицы орудует бронзовой флейтой, Юй Фужэнь вспомнил рассказы о его способностях. Тан Лицы умел противостоять смертоносным звуковым атакам главы салона Фэнлю. Его манера игры на флейте так походила на технику Лю Яня, что любому было понятно — оба принадлежат к одной школе боевых искусств.
Юй Фужэнь, сам опытный мастер меча, надеялся, что Тан Лицы быстро завершит бой. Но мастерство его противника завораживало. Лишь после того, как Тан Лицы отразил стремительный натиск двух мечей, Юй Фужэнь отрезвел. Он больше не видел хаоса движений, только стройную и ясную симфонию боя — какими бы быстрыми или обманчивыми ни были маневры…
Тан Лицы сыграл несколько тихих нот, подобных тем, что звучали прежде. На удивление, его мелодия сейчас казалась мягкой и сдержанной. Но, лаская слух, она незаметно душила, будто вытягивая воздух из легких.
У Юй Фужэня закружилась голова, а ци забурлила в груди. В глазах потемнело, и он с трудом удержался на ногах. Основной удар принял на себя Линь Шуаншуан — постоянно сплевывая кровь, он с упрямой яростью бросался на противника. Однако по мере того, как звуки флейты Тан Лицы затихали, ощущение давления лишь усиливалось.»
«Воспользовавшись заминкой, Тан Лицы поднес флейту к губам — как раз в то мгновение, когда Юй Цифэн взмахнул своим огромным мечом, чтобы перерубить его запястье, а человек в черном смазанной тенью метнулся вперед, выставив ладонь. Юй Фужэнь зарычал и метнул заряженный духовной силой кинжал, пытаясь приемом «Летящий меч» отразить объединенную атаку.
Чистый пронзительный голос флейты прорезал шум схватки. Вэй Бэйинь тут же отпрыгнул, зажимая уши и создавая щит из энергии ци. Человек в черном быстро отступил, исчезнув в мгновение ока. Юй Цифэн с воинственной усмешкой зажал одно ухо и сделал еще один выпад. Линь Шуаншуан, неуязвимый к звуковой атаке благодаря запечатанной энергии ци, провел быструю серию ударов.
Два из них Юй Фужэнь успел парировать кинжалом, но дурманящая флейта Тан Лицы лишала его сил и дыхания, и он перестал различать, где друг, а где враг. Перед глазами все замелькало, и он рухнул навзничь, теряя сознание. Последнее, что он слышал — это нескончаемый звон стали и причудливые трели флейты…
А потом наступила темнота».
6. Музыка, как оружие, влияющее на эмоции и создающее иллюзии.
Музыка, как инструмент Цинь, или семиструнный гуцинь, — символ духовной мудрости и гармонии. В дорамах он часто играет важную роль, влияя на эмоции персонажей. Звуки циня могут создавать иллюзии или активировать скрытые механизмы, становясь мощным инструментом воздействия на человека.
«..Тан Лицы прижал ладонью струны гуциня…
— Единственная моя ошибка в том, что вы оказались мастером Крадущих Жизнь Струн, — чуть слышно пробомотала госпожа Хун.
— Спасибо, что оценили, госпожа Хун, — мягко ответил Тан Лицы. — Когда я достиг в этом искусстве высот мастерства, вы, скорее всего, еще только знакомились с ним.
Лицо женщины в белом на мгновение исказилось от гнева, но она быстро взяла себя в руки и спокойно произнесла:
— Сегодня я не стала приводить своих лучших бойцов, чтобы перерезать вам всем горло. Я пожалела вас, молодой господин Тан. Я не жду от вас благодарности, но вы не смеете меня оскорблять!
Тан Лицы вновь коснулся пальцами струн, извлекая переливчатый аккорд, и двусмысленно улыбнулся:
— Вы только скажите, как мне выразить свою благодарность, и я покорно исполню ваше желание.
— Ах вы!.. — побагровела от ярости госпожа Хун. — Наглец!
Пальцы Тан Лицы еще раз пробежались по струнам, и у женщины в белом внезапно резко заныло сердце, а кровь запульсировала в венах. Едва не вскочив, она в панике выхватила из рукава кинжал и одним махом перерезала металлически скрипнувшие струны гуциня. С ужасом схватившись за грудь, она выдавила:
— Как вы смогли?!..
Натянув левой рукой оборванные концы струн, Тан Лицы сыграл в определенной последовательности еще несколько нот. Приятная мелодия зловещим эхом отдавалась в ушах госпожи Хун. Женщина в белом поднялась на ноги и, бледная как смерть, с залитым кровью подбородком, стала шаг за шагом пятиться назад.
— Вы… вы… Крадущие Жизнь… Струны…
Прикрыв от наслаждения глаза, Тан Лицы еще увереннее заиграл на гуцине. Звонкие и мелодичные звуки срывались со струн, словно жемчужные и нефритовые бусины, изящно осыпающиеся в траву. Госпожа Хун споткнулась, вскрикнула и бросилась бежать. Рядом мгновенно появились Мэйхуа Ишу и Куанлань Усин и, подхватив хозяйку, быстро унесли ее прочь.
Когда они исчезли, гуцинь замолчал, и мелодия затихла…»
7. Музыка, как оружие ударной силы.
Барабаны также могут использовать как музыкальное оружие. Ритмичные удары барабанов могут усиливать боевой дух союзников, вызывать землетрясения или создавать мощные ударные волны.
«…Лю Янь усмехнулся.
— «Убийство звуком» не всякому дано. Если твоя единственная цель — убивать людей, ты ничему не научишься…
Лю Янь медленно развернул кресло.
— Чтобы освоить «Убийство звуком», надо для начала уметь на чем-нибудь играть. Ты умеешь?
— Играть? — Фан Пинчжай задумчиво возвел глаза к потолку. — Конечно… хотя нет, погоди… Не умею. …Лю Янь рассмеялся: — Ха-ха-ха, если я обучу тебя «Убийству звуком», вполне возможно, что когда-нибудь ты убьешь для меня одного человека. — Его глаза неожиданно сверкнули. — Даю тебе шесть месяцев на то, чтобы освоить какой-нибудь инструмент. Если не успеешь, пеняй на себя.
— Всего шесть месяцев? — рассмеялся Фан Пинчжай. — Это не шутки. Только за что мне лучше взяться? Сказать по правде, когда я играю на гуцине — в окрестностях воют призраки, когда берусь за флейту — вешаются сами боги, а от звуков моей пипы тонут рыбы и падают с неба птицы. Честное слово, таким способом я погубил немало мелкого зверья.
— Когда инструмент не подходит, он будет плохо звучать, а без нормального звука нет мелодии, — невозмутимо заметил Лю Янь. — С твоими способностями стоит попробовать барабаны.
— Барабаны? — притворно схватился за грудь Фан Пинчжай.
Лю Янь кивнул и закрыл глаза.
— Барабан — это тоже инструмент, и освоить его будет непросто.
Довольный Фан Пинчжай залихватски покрутил веером.
— Ты и в самом деле научишь меня играть на барабанах?
— Если ты готов работать, то научу.
Фан Пинчжай кивнул…».
Использование традиционных музыкальных инструментов добавляет аутентичности и глубины миру сянься, связывая его с богатым культурным наследием Китая.
Романы Тэн Пин известны своим мастерским использованием музыкальных инструментов в качестве метафор и боевых техник. Поэтому можно с уверенностью сказать, что в «Песне водяного дракона» инструменты Тан Лицы раскроют свой потенциал не только в звуковом плане, но и в более глубоких сюжетных перипетиях.
Премьера дорамы обещает стать настоящим событием для поклонников жанра. Визуальные эффекты, глубокий сюжет и завораживающая музыка сольются в единое целое, подарив зрителям незабываемое эстетическое удовольствие. С нетерпением ждем возможности погрузиться в этот волшебный мир.
Благодарим группу «Море Невзгод» https://vk.com/club225303222 за прекрасный перевод и предоставленный материал.
Фан-клуб Ло Юньси
https://vk.com/fanclubluoyunxi
Ло Юньси | Luo YunXi |罗云熙 | Лео Ло | Leo Lo
#фанклубЛоЮньси
#ЛоЮньси #LuoYunxi #罗云熙
#LeoLuo #LuoLeo #ЛеоЛо #ЛоЛео
#ПесняВодяногоДракона #WaterDragonsChan #ТанЛицы #唐俪辞 #TangLici
Песня водяного дракона | Water Dragon's Chant | Shui Long Yin
水龙吟 | Тан Лицы | 唐俪辞 | TangLici | Дорама | Dorama