Мы значительно отклонились от пути к волшебнице, пока удирали от молний. Алкею становилось хуже, он весь покрылся ледяным потом, стал как юноша бледный со взором горящим. Но это, конечно, мне уже мерещилось.
- Оникс, сколько нам лететь до планеты Аль-Тассар? – Взволнованно спросила я.
- Не все так просто. Нас выследили, и лететь прямиком к Зарумис сейчас опасно.
- Но Алкею нехорошо.
Оникс зафыркал, очевидно, выражая свое возмущение.
- Магдалина, знаю, знаю. Давай так, ты спрячешь Алкея в кокон, чтобы он стал невидим для Тьмы. Постарайся. Кокон должен быть абсолютно непроницаем. Алкей, ты там как?
- Пока держусь, - прошептал богатырь.
- Ты еще за сердце схватись и в обморок грохнись, - проворчала я про себя и уже громко добавила: – Вы там что себе напридумывали? Какой кокон? Я не умею плести коконы. Опять петь? И вообще, у меня деликатная проблема.
- Какая – спросили в голос Конь и рыцарь.
Я покраснела.
- Какая-какая? Кофе пили. Пили. Время прошло? Пошло. Ну вот. – я развела руками.
Оникс посмотрел на Алкея.
Алкей поднял руку вверх и щелкнул пальцами.
Мы остановились.
Юноша спрыгнул с Коня и помог сойти мне.
- Позвольте, я провожу Вас.
Я подала ему руку, огляделась по сторонам. Темно, вдали светится млечный путь.
Вокруг ничего. Мы прошли несколько шагов по пустоте, как нас обогнал звездный вихрь, он пролетел вперед и распавшись, образовал маленький домик без окон. Алкей рукой показал мне на домик. Я вошла внутрь. За дверью располагалась туалетная комната с самыми навороченными технологиями. Предусмотрено было все. И с большим комфортом.
Я вернулась повеселевшая. Спросила:
- Ну, ребята, как мне вить кокон?
Оникс сказала:
- Бери свет звезд, тяни его на себя и завивай вокруг своей оси.
Домик к тому времени уже исчез. Я задумчиво посмотрела на то место, где он только что стоял. Оникс сказал:
- Аннигиляция.
Я осмотрелась, рядом звезд не было, но до нас доносился отсвет Млечного Пути. Я наклонилась и дотронулась до светлого марева, ощутила тонкое полотно, словно паутина, нащупала ниточку, потянула. Ничего себе! Под моими пальцами заструилась сверкающая нить. Я крутанула ее против часовой стрелки, и она послушно завертелась, как волчок, образуя кокон, наматываясь, словно сахарная вата на палочку. Вскоре передо мной громоздилось нечто, напоминающее сугроб. Сверкающий, красивый, большой, пушистый сугроб.
Конь удовлетворительно качнул головой. Алкей подошел к сугробу, просунул туда руку, потом вторую, раздвинул складки и протиснулся внутрь. Я загладила створки, не оставив ни единой щели.
- И что теперь? - спросила у Коня.
- Теперь кидай его на меня и садись.
Я расположила кокон поперек седла, подпрыгнула и мягко села в седле.
- Ну, вперед, к Зарумис!
- Иго-го, - заржал Оникс, взбивая копытами.
Мы помчались.
В сугроб было занятно тыкать пальцами. Он был упругий и сухой на ощупь, как желеобразная детская игрушка. Но при этом хрустел, словно чипсы. Вокруг разливался запах мороза и мандаринов. И вдруг пошел снег.
Вокруг нас, над нами, - всюду закружились снежинки. Белые, голубые, изумрудные, сиреневые, самых разных оттенков. Под ногами протянулась снежная дорожка. По бокам возникли елки, украшенные новогодними игрушками, обвитые гирляндами, увенчанные звездами. Покатились оранжевые мандарины, завился серпантин, посыпались конфетти. Забили куранты. Да ладно! С Новым Годом? А не рано ли?
- Ты так ждешь Нового года? – спросил Конь. – Это такой же праздник, как Рождество?
- Да, просто у нас Рождество наступает после Нового Года, поэтому именно этот день мы отмечаем с размахом. Тазик Оливье, селедка под шубой, шампанское, подарки. Красота! – Я посерьезнела. – Оникс, а мы вернемся домой к Новому Году?
- Время здесь течет столько, сколько захочешь. Домой вернешься в тот же момент, в который ушла.
- Ну, по всем законам фэнтези, - улыбнулась я.
- Нам долго лететь, ты поспи. - Посоветовал Оникс.
- Да я не хочу, - возразила я. И тут же веки налились свинцом, я подумала, что падаю куда-то вверх, и уснула.
Когда я открыла глаза, мы спускались на зеленую лужайку перед высоким строением, похожим на большую, с человеческий рост, ракушку с ажурными воротами. Из ракушки вверх росли сводчатые арки, на которых располагались балконы, венчающиеся крышей-орхидеей.
Ворота распахнулись и перед нами появилась русалка. Не та, диснеевская, с хвостом. А правильнее будет сказать Ундина или Лорелея или русалка из русских сказок, та, которая без хвоста, с бледной прозрачной кожей, струящимися до земли светло-зелеными волосами и алыми губами. Одета она была в белый хитон, подпоясанный серебряной лентой, ноги ее были босы, и я обратила внимание, какие тонкие и изящные у нее лодыжки, хрупкая маленькая ступня, нежные пальцы. Невольно я обрадовалась, что Алкей завернут в кокон и не видит эту чаровницу.
Русалка поклонилась и поманила за собой. Ажурные ворота распахнулись с мелодичным звоном. Мы вошли внутрь.