Глава 7
Вечер благотворительного бала был для Марьяны не просто светским событием. Это был театр военных действий. И она намеревалась выйти на эту сцену, будучи не жертвой, а полководцем.
Платье — темно-синий бархат, строгое, почти закрытое, но облегающее фигуру так, что это говорило о вкусе и классе больше, чем любое декольте. Туфли на низком каблуке — дань практичности и символ того, что она не собирается «парить» в облаках, ее ноги твердо стоят на земле. Единственным украшением была та самая цепочка с обручальным кольцом. Ее доспехи.
Перед выходом она зашла в детскую. Полина, увидев ее, присвистнула.
— Вау, мам! Ты выглядишь… опасно.
— Надеюсь, что да, — улыбнулась Марьяна, поправляя одеяло Алисе, которая уже засыпала.
Сережа, не отрываясь от конструктора, пробурчал:
— Победи того злого дядю.
— Постараюсь, сынок.
Николай Петрович, который должен был составить ей компанию, ждал в гостиной.
— Готова к бою, атаман? — пошутил он, подавая ей букетик ландышей.
— Как никогда, Коля.
Зал престижного отеля был наполнен блеском и гомоном. Свет софитов, переливы хрусталя, ароматы дорогих духов и еды. Марьяна вошла, держась прямо, на лице — легкая, отстраненная улыбка. Она чувствовала на себе взгляды. Взгляды любопытные, сочувствующие, оценивающие. «Смотрите, вдова Орлова. Держится, бедняжка».
Она обо всех них моментально забыла, когда ее взгляд наткнулся на него.
Артем стоял у бара, беседуя с группой важного вида мужчин. Он был в идеальном смокинге, который сидел на нем так, будто был второй кожей. В руке он держал бокал с виски, жестикулируя другой. Он смеялся чьей-то шутке, но его глаза, холодные и наблюдающие, медленно бродили по залу. Они остановились на ней.
Марьяна не отвела взгляда. Она кивнула Николаю Петровичу и направилась к группе знакомых девелоперов, как раз в противоположную от Крылова сторону.
Она вела светские беседы, смеялась, кивала. Она была очаровательна. Но периферией зрения она видела, как Крылов, извинившись, отошел от своей компании и начал двигаться в ее сторону, плавно лавируя между гостями, как акула в теплой воде.
Он подошел, когда она осталась на мгновение одна, делая вид, что изучает программу вечера.
— Марьяна Ильинична, — его голос прозвучал прямо за ее плечом. — Вы великолепны. Бархат вам к лицу. Словно траур по несбывшимся надеждам приобрел столь изысканную форму.
Она медленно повернулась.
— Артем Юрьевич. Какая неожиданность. Я думала, вы предпочитаете более… доходчивые формы общения. Без аллегорий.
— О, в присутствии королевы и язык должен быть королевским, — он усмехнулся. — Поздравляю, кстати. С находчивостью. Использовать старые долги «Восточного» к «Граниту» — блестяще. Рискованно, но блестяще.
— Я не знаю, о чем вы, — Марьяна сделала глоток из бокала с минеральной водой. — Я просто провожу реструктуризацию бизнеса.
— Конечно, конечно, — он кивнул, его взгляд скользнул по ее цепочке, заметив кольцо. — Прекрасный аксессуар. Напоминание о прошлом, которое тянет на дно?
— Напоминание о том, ради чего я все это делаю, — парировала она. — В отличие от некоторых, я помню, что бизнес — это не только цифры. Это люди.
— Люди, — он произнес это слово с легкой насмешкой. — Именно люди со своими слабостями и сантиментами и становятся самым слабым звеном. Как, например, ваш новый старый союзник, Николай Петрович. Прекрасный человек. Но его здоровье, говорят, уже не то. А его связи… устарели, как и его моральные принципы.
Марьяна почувствовала, как сжимаются ее пальцы на бокале.
— Не стоит недооценивать старую гвардию, Артем Юрьевич. Она повидала на своем веку акул покруче вас.
Он наклонился чуть ближе, и его голос стал тише, интимнее, отчего стало только страшнее.
— Я ничего не недооцениваю, дорогая моя. Я лишь констатирую факты. Ваш танец на краю пропасти завораживает. Но я бы не хотел, чтобы вы упали. Мое предложение все еще в силе.
— И мой ответ — тоже, — она отступила на шаг, чувствуя, как горит щека от его близости.
В этот момент оркестр заиграл вальс.
Крылов выпрямился, и в его глазах вспыхнул новый огонек.
— Танец? В знак перемирия? Или чтобы продолжить дуэль в более изящной форме?
Это была ловушка. Отказаться — проявить слабость, испугаться. Согласиться — играть по его правилам.
Марьяна на секунду задумалась, затем поставила бокал на поднос проходящего официанта.
— Почему бы и нет? Только предупреждаю, я веду.
И прежде чем он успел что-то сказать, она сделала шаг вперед, и ее рука легла на его плечо, задавая направление. На мгновение он казался удивленным, но тут же взял себя в руки, обхватив ее талию.
Они закружились в вальсе. Два врага, движущиеся в идеальном ритме, но каждый на своей войне.
— Вы умеете удивлять, Цаца, — прошептал он, наклонясь к ее уху.
— Это только начало, Юрич, — так же тихо ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Только начало.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))