Вообще-то, демонстрации были два раза в год: ещё на 7-е ноября, но мне больше запомнились первомайские. И больше - в детстве, нежели в молодости.
Даже просыпаться 1-го мая было радостно. На улице играла оркестровая музыка, из окон доносились песни, и сразу приходило понимание, что сегодня - праздник.
Так ещё ведь и запахи! Мама уже пекла пироги, хотя их время настанет во второй половине дня, когда все соседи вернутся с демонстрации и начнут накрывать во дворе праздничный стол.
Сейчас в Сети немало негативных отзывов о демонстрациях, но лично мне они всегда нравились. Нет демонстрации - и это уже как бы и не праздник, а какое-то рядовое застолье.
А на демонстрации подзаряжаешься от людей отличным настроением и энергией. Невозможно оставаться хмурым, когда улыбается, смеётся, поёт и танцует весь город!
Колонны часто останавливались на перекрёстках, где специальные люди решали, какой колонне идти раньше, но я не помню, чтобы кто-то возмущался, что надо ждать. Тут же, в колонне начинались песни и танцы (всегда у кого-то была гармошка или гитара).
И женщины тоже очень были довольны: наконец-то можно спокойно, без спешки описать, в каком пальто Верка вчера пришла в кино и до чего же оно ей не идёт: ну, никакого вкуса у женщины!
А уж как мужчины-то были рады их разговору! Они быстренько соединялись и, воровато оглядываясь на жён, наливали и выпивали.
Мама работала в больнице, и я в детстве всегда ходил с их колонной. Дети там были уже мне знакомые, и мы собирались в свою компанию. Обменивались сладостями, что-то друг другу рассказывали, смеялись - нам было весело и хорошо!
Особенно нравилось проходить перед трибуной. Стоявшие на ней руководители города выкрикивали какие-то лозунги, мы кричали "Ура!", стараясь переорать всех.
Возвращаться было тоже интересно. По случаю праздника автомобильное движение в городе было до определённого часа перекрыто, и можно было идти прямо по проезжей части, а не жаться по тротуарам. Наверное, мне это нравилось тем, что в такие минуты я ощущал себя настоящим хозяином города: где хочу - там и иду!
По пути прощались, в зависимости от того, где жила та или другая компания. Женщины уже поспешно стремились дообсуждать пальто Верки, мужчины их торопили. Причина понятна: наливать было уже нечего, но дома-то наверняка было - и немало!
Папа, скорее всего, уже представлял дворовое застолье, так что тоже маму поторапливал.
К самому началу мы никогда не поспевали, нас опережали другие соседи. Стол был уже наполовину накрыт, мама с извинениями бросалась в нашу квартиру и прямо сразу начинала выносить и ставить.
Наконец, все усаживались, и начиналось второе действие праздника.
К этому времени ко мне приходил мой друг Колька, мама угощала нас очень вкусным пирогом с малиной. В честь праздника нам разрешалось выпить ма-аленькую, граммов на 30, рюмочку вина. Вспоминая через годы тот вкус, пришёл к выводу, что это был кагор.
Потом мы с Колькой здесь же, у нас во дворе играли в футбол, но когда за столом начинали петь песни, я бросал и прибегал сюда: я очень любил их слушать.
Женщины чаще всего пели "Огней так много золотых". Песня мне очень нравилась, к тому же, они пели её на два голоса, звучало очень красиво.
Мужчины такие песни не пели. У них были свои, мужские, боевые, энергичные! Но тоже мне хорошо знакомые: у нас все эти пластинки были. Так что и мы с Колькой подпевали "Три танкиста", "Путь далёк у нас с тобою" или медленные и грустные "За фабричной заставой", "Если б гармошка умела" и пр.
Но на такие песни мужчин надолго не хватало да и праздник к тому обязывал - начинали петь песни весёлые.
Из них мне больше всего нравилась "Хвастать, милая, не стану". Опять же, была такая пластинка, и я точно знал, что эта песня - из фильма "Свадьба с приданым" и пел её артист Виталий Доронин.
Когда начинало темнеть, я шёл провожать Кольку. Он мне всегда говорил: "Да я сам дойду!" - не понимал, что мне уже хотелось бросить эту шумную компанию и просто пройтись по улице.
Мама давала нам в дорогу по куску пирога, мы шли и ели (куда в нас столько влезало?)
А во дворе к этому времени и правда было уже неинтересно. Жёны говорили мужьям, что пора и честь знать, те, разумеется, очень удивлялись и говорили: "А чего дома-то делать!"
Но женщины всегда побеждали. Причём, так: стоило только одной суметь утащить мужа, как другие начинали делать это уже с применением силы.
Но песни на этом не заканчивались. Правда, теперь пели только мужчины, и каждый - из своей квартиры.
А женщины выходили и уносили всё со стола. а потом звали кого-то из мужей, и те утаскивали стол.
И вот на этом праздник действительно заканчивался.
Зачем я написал обо всём этом?
Ну, просто мне захотелось напомнить вам про это время. И было бы просто
здо́рово, если бы вы в комментариях тоже рассказали, а как это было у вас.
Всего вам самого доброго!