Осенью в редакцию газеты «Белгородские известия» обратился житель этого села – так началось журналистское расследование
Николай Мазнев рассказал о непростой ситуации, которая сложилась в его селе из‑за моста. Наши корреспонденты несколько раз выезжали в Ивнянский округ, чтобы разобраться в проблеме и пообщаться с обеими сторонами конфликта.
ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ
Николай Мазнев – островитянин. Он родился и вырос в доме своего деда Иосифа, которого в 1916 году по жребию перевезли на край села у реки Псёл вместе с хатой. Спустя годы песчаный бугор окружила вода, и старый дом оказался отрезан от цивилизации.
Сейчас Николаю Терентьевичу 78 лет. В его доме нет ни газа, ни воды. До колонки в селе – больше 2 км. Зимой – по глубокому снегу, летом – по узенькой, заросшей травой тропе. Вот уже четвёртый год пенсионер просит местные власти отремонтировать мост рядом с его домом. Тогда ему легче будет носить от колонки пятилитровые бутылки с водой. Вместо этого на сельском сходе решили установить понтонный мост в другом месте.
Только начало пути
Наша редакционная машина тормозит на краю села Хомутцы на улице Заречка у понтонного моста. Выбираюсь из тёплого автомобиля и кричу старушке, которая выглядывает из ворот углового дома.
— Как найти Николая Терентьевича?— О! – восклицает бабушка и машет рукой. – Это вам ещё далече. Через мост и по тропинке. Вон там его дом, – указывает старушка куда‑то за реку и ряды высоких старых деревьев.
Присматриваюсь, но не различаю на том краю даже очертаний жилья.
— А на машине мы туда не подъедем?— Нет, милые мои, только пешими.
Под крики разволновавшихся гусей пересекаем шаткий мостик и по влажной после дождя тропинке идём искать дом Николая Терентьевича. Шагать здесь и правда прилично. Через 10 минут на узкой кривой тропе встречаем и самого хозяина.
«Это только начало», – смеётся он, и мы вместе продолжаем путь.
По дороге дедушка рассказывает о своей нехитрой жизни. Родился он здесь, в Хомутцах. Окончил местную школу, почти 4 года служил в армии, а после жил в городе и работал на цемзаводе. На пенсию уходил с профессиональным заболеванием – хроническим бронхитом. И до сих пор удивляется, как так вышло, что, тяжело работая всю жизнь, теперь он получает такую крошечную пенсию – 24 тысячи рублей. Однако в настоящее время это не самая главная его проблема.
На остров по жребию
Минут через 20 подходим к простому деревенскому домику. Неподалёку пасётся на холме стадо барашков.
Николай Терентьевич пытается как‑то выживать. Держит не только скот, но и кур и индоуток. Есть у дедушки и небольшая пасека, и ухоженный фруктовый садик. У ворот – большая поленница дров. Это только часть, остальное аккуратно сложено в сарае.
«Газа у нас нет и никогда не было, – делится пенсионер. – Зато есть русская печка. Вот всё лето дрова запасаю, чтобы зимой не замёрзнуть».
На пороге нас встречает Лидия Ивановна – жена Николая Терентьевича. И ведёт в тёплый дом отогреваться после долгой прогулки.
«Я как‑то спрашивал отца, – рассказывает хозяин дома, – как наша семья тут на острове оказалась. Он говорил, что в селе негде было жить – дом на доме стоял. И вот, чтобы пожара не случилось, тянули жребий из шапки, кому переезжать. Вытянул мой дед Иосиф, и сюда перевезли его хату. Это было в 1916 году».
Тогда, по рассказам Николая Терентьевича, на бугре стояло 12 домов. Здесь он и родился в 1946 году. Мать его умерла от туберкулёза костей, когда парнишке было всего 8 лет.
А вот отец – Терентий Иосифович – прожил долгую жизнь. Прошёл всю Великую Отечественную, дошёл до Берлина, получил заслуженные награды, потом до пенсии трудился в местном колхозе. А жизнь свою окончил в этом маленьком домике без газа и воды 91-летним стариком.
Спирт вместо воды
Пока мы разговариваем, Лидия Ивановна кипятит чайник. Потом наливает нам в ладони немного спирта для дезинфекции.
«Воды‑то нет, чтобы руки вымыть», – смущённо замечает она.
А Николай Терентьевич продолжает:
«У нас был колодец тут когда‑то. Но теперь в нём вода сильно загрязнилась, пить её нельзя. Вот я и вынужден ходить к колонке за 2 км. Мы уже подсчитали: на месяц нам примерно нужно 24 пятилитровые бутылки».
Николай Терентьевич вернулся в родное село в 2002 году. В то время один из местных рыболовов сколотил простенький мостик, ведущий на островок. Сейчас эта переправа сильно обветшала, доски сгнили и провалились, ходить по ним стало опасно.
«В 2022 году я написал главе нашего сельского поселения письмо, – говорит пенсионер. – Попросил починить мостик. Сначала мне ответили, что денег на это нет. А потом начались чудеса».
Николай Терентьевич достаёт из комода увесистую синюю папку с документами. В этих мятых официальных бумажках вся история его борьбы: письма главе поселения, главе округа, в прокуратору Ивнянского округа и даже губернатору. И приличная стопка ответов.
«Сначала глава округа обещал мне помочь, – показывает Мазнев очередное письмо. – Он хотел отдать часть понтонного моста, который заменили несколько лет назад в Ивне. Но потом в селе собрали сход граждан и решили, что этот мост установят на улице Заречка. А это 2 км от моего дома».
И действительно, 31 августа 2023 года администрация Хомутчанского поселения сообщила Мазневу:
«В результате голосования большинство жителей проголосовало за то, чтобы установить понтонный мост по улице Заречка».
«Мы ведь не многого просим»
В ходе многолетней бесплодной переписки с властями единственное, чего вроде бы добился Николай Мазнев, так это старых досок для ремонта своего мостика. Их действительно привезли и сложили возле сельской администрации. Так они и лежат там который год. А Николаю Терентьевичу сообщают: нет рабочих.
«Пойдёмте, я покажу вам мостик», – говорит дедушка и выкатывает из сарая свой старенький велосипед.
Медленно выходим на широкую расчищенную дорогу, и Николай Терентьевич объясняет:
«Вот это наш короткий путь. Я на своём тракторе его расчистил и могу здесь даже зимой спокойно доехать до старого мостика. Если б нашу переправу починили, нам было бы намного легче. А так к нам ведь даже почту не носят, потому что почтальоны не хотят по этим тропам ходить. А если случится что со мной или женой, никакой врач сюда не дойдёт».
Бредём по песчаной дорожке и через некоторое время упираемся в поросший камышом берег реки Псёл. На приколе болтается в воде лодка. Это лодка чужая, но иногда Николай Терентьевич использует её, чтобы переправить на свой берег тяжёлые грузы. Например, зерно для домашней птицы.
Старый мост производит впечатление очень ветхого. Доски то и дело проваливаются, перила держатся плохо. Идти по нему страшновато, особенно с тяжёлой ношей. В конце вместо брёвен уложены на болотистую землю большие резиновые покрышки. Когда речка сильно разливается, они выручают.
«Вот такой наш остров невезения, – улыбается нам на прощание Николай Терентьевич. – Уж и не верим, что кто‑то сможет помочь нам. Но вдруг. Мы ведь не многого просим».
ИСТОРИЯ ВТОРАЯ
Ольгу Переверзеву, бывшего школьного учителя, избрали главой администрации Хомутчанского сельского поселения 11 лет назад. По её собственному признанию, работа эта непростая, ответственная. Хочется помочь каждому жителю, но порой не получается угодить всем и сразу. Поэтому приходится искать компромиссы. Как в истории с островом невезения Николая Мазнева.
По двум берегам
«Когда‑то на бугре, как мы называем это место, у нас стояло 12 домов, – рассказывает Ольга Анатольевна. – Но воды вокруг не было. И, соответственно, не было никакой нужды строить там мост. Но сейчас ситуация другая: это место превратилось в остров, окружённый со всех сторон водой. А из жителей остался один Николай Терентьевич. Есть у него сосед, но он приезжает сюда как на дачу, не живёт здесь постоянно».
По словам главы поселения, и у самого Николая Терентьевича есть в Белгороде четырёхкомнатная квартира. На острове в Хомутцах он прописан временно. И даже его жена приезжает сюда лишь изредка. Она окончательно перебралась в город после одного случая.
Однажды на острове ей стало плохо, а врач скорой помощи к домику за 2 км идти отказался. Тогда Лидию Ивановну пришлось нести к машине на одеяле.
«Мы понимаем, что жить на этом острове одному Николаю Терентьевичу небезопасно, – замечает Ольга Анатольевна. – Но ничего поделать не можем. Уезжать отсюда он не хочет, у него большое хозяйство: барашки, птица. Однако мы стараемся по мере сил и возможностей не оставлять его одного. Даже предлагали ему социального работника, но он отказался».
Этим летом жители Хомутцов вместе с главой поселения помогли Мазневу потушить возникший на его острове пожар. Прибежали ночью, когда увидели, что загорелась трава. Тогда трагедии удалось избежать. Но даже те события не помогли сгладить конфликт между хомутчанами и одиноким жителем острова.
Один в поле не воин
«Все наши ссоры начались из‑за злополучного моста, – объясняет Ольга Переверзева. – Несколько лет назад устанавливали новый мост в Ивне. И часть секций старой понтонной переправы глава Ивнянского округа Игорь Щепин обещал передать нашему селу. Так вышло, что Николай Терентьевич попал на приём к главе первым и посчитал, что эти секции установят там, где он попросил. Но глава сказал, что решать такие вещи должен сход граждан».
Как рассказывает ещё один старожил села, Николай Селихов, на сходе было многолюдно, приехал и глава округа. Большинством голосов решили установить понтонный мост на улице Заречка.
Раньше там тоже была старая деревянная переправа, которую строили сами жители села много лет назад. Чтобы ходить купаться на Псёл и пасти скот.
«Мы тогда Мазневу объяснили, что даже если бы мы захотели, то не смогли бы установить мост там, где он указывал – на улице Дегтярня, – говорит Николай Селихов. – Потому что там нет никаких подъездов для техники, там чужие огороды, высокие деревья, заболоченное место. И даже если бы ему отдали этот мост, сам бы перевезти и установить его он не смог бы ни при каких обстоятельствах».
Всем миром
«Секции нам отдали, но с условием, что мы сами организуем их перевозку, – рассказывает Ольга Переверзева. – Вы знаете, это как слетать в космос и вернуться обратно. Без помощи руководителя местного крестьянско-фермерского хозяйства Валентины Самойловой мы бы с этой задачей не справились. Она на сходе встала и сказала: «Я помогу своим пайщикам».
В назначенный день в Ивню приехал трал и большегрузный кран, который предоставил ещё один уроженец села – Евгений Мазнев. Для того чтобы погрузить одну секцию моста, приходилось частично перекрывать движение. А весь процесс перевозки и установки моста занял у хомутчан почти две недели.
«Работали, как говорится, всем миром, – замечает Николай Селихов. – Чтобы подготовить место, вырывали вручную камыши, предоставили свои лодки, чтобы монтировать опоры. Принесли свои сварочные аппараты, генераторы, материалы. Потом сами этот мост красили. А когда всё это сделали, у людей было столько радости, что устроили праздник. Николай Терентьевич ни в установке, ни в праздновании не участвовал. Даже не вышел посмотреть. А меж тем мост этот ставили и для него».
Сейчас понтонный мост на Заречке не только стал важной переправой, по которой хомутчане водят пастись лошадей и скот на широкий луг у реки, но и невольно помог жителям соседней, курской деревни. Оттуда люди, переправляясь через Псёл на лодках, каждый день ходят по новому мосту на работу на одно из белгородских предприятий, расположенных неподалёку.
Робинзон Крузо
«Николай Терентьевич тоже пользуется новым мостом, – говорит глава поселения. – Но, конечно, он недоволен. Ему важно, чтобы мы починили другую переправу, которая ближе к его дому. И я даже раздобыла доски для этого и другие материалы. Но сейчас такое время, что у нас просто не хватает рабочих рук».
По словам Ольги Анатольевны, трудоспособных мужчин в Хомутцах осталось мало. 26 человек ушли на СВО и на службу в спецподразделение «БАРС».
Само село небольшое – чуть больше 500 жителей. Бесплатно делать что‑то для одного человека люди отказываются. А денег на оплату этой работы в бюджете нет. Да и мостик этот – самострой, на балансе нигде не числится.
«При этом я прекрасно понимаю, что это тоже наш житель, – подчёркивает глава поселения. – Чисто по‑человечески мне его очень жаль, он как Робинзон Крузо. И я должна как‑то ему помочь. Если бы приехали волонтёры, мы бы всё им здесь организовали. Но где же их найти? Эти доски, что мы подготовили для ремонта моста, мы бережём, никому не отдаём, хотя желающих много. Накрыли вот их от дождя и снега».
Пока не найдутся рабочие, Ольга Анатольевна организовала для Николая Терентьевича подвоз воды. Раз в месяц водитель помогает пенсионеру набирать 24 пятилитровые бутылки, отвозит их к старому мосту и переносит на остров. Дальше Мазнев грузит их на свой трактор и отвозит домой.
Так и живут поссорившиеся из‑за моста хомутчане: пытаются разобраться, кто в этой ситуации прав, кто виноват, ищут компромиссы и ждут помощи.
ОТВЕТ НА ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЗАПРОС ОТ АДМИНИСТРАЦИИ ИВНЯНСКОГО ОКРУГА: смета на ремонт моста не составлялась, так как данное сооружение не числится на балансе муниципальных учреждений и организаций. Оно возведено частными лицами кустарным способом без соблюдения обязательных норм проектирования, строительства и эксплуатации объектов капитального строительства, без учёта нормативных требований относительно прочности, долговечности и безопасности, в силу чего статус моста данному сооружению присвоить нельзя.
Принимая во внимание вышеизложенные факты, финансирование ремонтных работ возможно исключительно за счёт частных лиц либо добровольных пожертвований, адресованных непосредственно владельцу указанной постройки.
Анастасия Состина