Варвара росла девочкой умной, но не от мира сего. Всегда витала в облаках, рисовала, писала стихи, которые мне, честно говоря, казались немного сумбурными. Ее отец, Георгий, человек более приземленный, часто вздыхал:
— Ну, Тоня, что из нее вырастет? Художница, что ли? А как жить-то будет?
Я же верила. Верила в ее талант, в ее душу. Но и практичность никуда не девалась.
Когда пришло время выбирать вуз, Варвара, к моему удивлению, выбрала не художественное училище, а экономический факультет.
— Мама, я хочу понимать, как все устроено, — сказала она с такой серьезностью, что я не могла не поверить. — Хочу быть независимой.
Это меня подкупило. Независимость — это то, чего я всегда желала для своей дочери.
И вот, она уехала на учебу в другой город. Мы с мужем, откладывая на всем, оплачивали ее проживание в соседнем городе, снимали студию, старались обеспечить всем необходимым. Бабушка Илона Викторовна, моя мудрая и любящая мама, тоже помогала, как могла. Мы были счастливы видеть, как Варвара старается, как она погружается в учебу. Казалось, наша мечта о ее независимости сбывается.
Но потом что-то начало меняться. Сначала это были мелкие просьбы:
— Мам, можешь перевести немного на карту? Закончились деньги на проезд.
Потом:
— Пап, срочно нужны деньги на учебники, а стипендии еще нет.
Георгий ворчал, но переводил. Я тоже, хоть и с легким сердцем, но отправляла. А потом начались суммы покрупнее.
— Мама, мы с подругами решили снять квартиру, так дешевле, чем в общежитии, но нужно внести залог.
Мы с Георгием переглянулись. Это было неожиданно. Но Варвара убедила нас, что это выгодное вложение.
И вот, когда суммы стали совсем уж внушительными, а Варвара все чаще звонила с просьбами о деньгах, я почувствовала, что что-то не так. Георгий тоже начал беспокоиться. Мы стали меньше спать, больше разговаривать.
— Тоня, — сказал Георгий однажды вечером, — это уже не просто на учебники. Она просит на жизнь, на какие-то непонятные расходы. А ведь мы ей столько денег отправляем.
— Я тоже об этом думаю, — призналась я. — Может, она там… гуляет слишком много?
Илона Викторовна, выслушав наши тревоги, покачала головой.
— Не бывает так, чтобы просто так деньги утекали. Надо выяснять.
Мы собрались втроем. Это было серьезное совещание. Мы решили, что пора действовать. Нельзя было позволить нашей Варе утонуть в долгах или, что еще хуже, попасть в какую-то неприятную ситуацию.
— Я поеду, — решительно сказал Георгий. — Посмотрю, как она там живет. Поговорю с ее однокурсниками, если понадобится.
Я не могла остаться в стороне.
— Я с тобой, Жора. Мы должны знать правду.
Илона Викторовна, хоть и была уже немолода, тоже настаивала:
— Я тоже поеду. Может, моя старая голова что-то поймет, что вы пропустите.
Так мы втроем отправились в город, где училась наша дочь. Варвара, конечно, была рада нас видеть, но была какая-то нервная. Она встретила нас на вокзале, но сразу повела в новую, незнакомую квартиру.
— Вот, эту квартиру мы сняли с девочками, — сказала она, открывая дверь и впуская нас внутрь.
Она стояла в передней и вид у нее был растерянный. Она собиралась еще что-то сказать. Мы с мужем переглянулись. Мама нахмурилась:
— Что-то не так, внученька?
— Все нормально. Просто теперь я живу с моим парнем. Мы недавно съехались, поэтому я не успела вас предупредить. Я вас скоро познакомлю. Сейчас его нет дома.
— Что же ты раньше не сказала? — сказала мама как ни в чем не бывало.
Мы с мужем промолчали от неожиданности.
— Тогда мы что? — посмотрела на нас мама, — поедем вечером в гостиницу?
— Конечно, — ответил муж, кивнув мне. — Сейчас найду, там остановимся на пару дней.
Варя прошла в комнату, объединенную с кухней. Квартира была просторная и светлая, с современным ремонтом. Цены на такие квартиры на сайтах объявлений вызывали у меня оторопь.
— А сколько стоит эта квартира, Варя? — спросила я.
— Не беспокойтесь, мой парень платит половину. Выходит, как и раньше.
Мы сели за стол, и я начала расспрашивать Варю о ее учебе, о жизни. Она отвечала уклончиво.
— Варвара, — наконец, сказал муж, — мы приехали не просто так. Мы видим, что у тебя проблемы с деньгами. Расскажи нам, что происходит?
— Пап, да все в порядке, — ответила Варя. — Не беспокойтесь так. Я уже взрослая, сама за себя отвечаю. — Кстати, бабушка, ты обещала показать мне как делаешь тесто для своего особого пирога.
— О, конечно, Варенька! Пойдем, сейчас же этим займемся.
***
Мне не понравилось поведение дочери. Складывалось ощущение что она что-то скрывает.
— А поехали-ка в Варин универ, Жора, — предложила я мужу на следующее утро.
— Думаешь, она забросила учебу?
— Все может быть…
Интуиция меня не подвела, в учебном отделе нам и правда сказали, что Варя пропускает занятия и имеет задолженности по нескольким дисциплинам.
— Не понимаю, что мешает ей учиться. Вроде бы мы создали все условия, — недоумевала я.
— Но почему она пропускает лекции? — задумался Жора. — Надо это выяснить. Сама она не скажет.
— И что ты предлагаешь?
— Помнишь, когда она только пошла в школу, мы поставили на ее куртку GPS-трекер?
— Предлагаешь следить? — засомневалась я.
— Больше ничего не остается.
Пришлось мне согласиться. На следующий день Варя вместо универа поехала совершенно в другое место — какой-то ресторан. Сначала мы решили, что она зашла на обед, но когда прошло уже пара часов, она все еще была там мы забеспокоились.
— Надо ехать, — решил Жора.
Когда мы вошли в заведение, нам сразу все стало ясно. Наша Варя стояла около столика с подносом в руках и принимала заказ у пожилой пары.
Она заметила нас не сразу. Лишь когда мы заняли соседний столик, она бросила на нас взгляд и растерялась.
— Мама, я сейчас работаю, — прошептала она.
— Хорошо, мы поговорим позже.
Разговор состоялся серьезный. После него мы наконец поняли, что происходит с дочерью. Надо было немедленно поговорить с ее молодым человеком Гордеем.
***
Мы пришли в тот же вечер к ним. Гордей сидел за письменным столом с ноутбуком и что-то озабоченно писал. Он выглядел лет на пять старше дочери.
Варвара представила его:
— Это Гордей, мой жених. А это мои родители — Антонина и Георгий.
Молодой человек рассеянно кивнул.
— Гордей, а мы пришли поговорить с вами, — обратилась я к нему. — Дочь рассказала нам, что вынуждена работать, оплачивая кредиты, которые взяла на ваши совместные нужды. Так дело не пойдет. Что вы можете на это ответить?
Варвара покраснела. Гордей же, наконец, оторвался от ноутбука.
— А при чем здесь я? — сказал он с легкой усмешкой. — Варя просто любит красиво жить. А вы, видимо, не можете ей это обеспечить.
Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.
— Мы все знаем. Варя нам все рассказала. И нам все предельно ясно. Вы заморочили девушке голову и отправили работать. Она забросила учебу, у нее несколько кредитов!
— Это ее выбор. А я студент — у меня в приоритете учеба, — ответил Гордей, не обращая внимания на мой гнев. — И я не собираюсь работать.
Он бросил на Варвару взгляд, который я не могла расшифровать — то ли насмешливый, то ли приказной.
В этот момент Илона Викторовна, которая до этого молча наблюдала, встала. Ее обычно мягкие глаза горели сталью.
— Значит теперь Варя должна работать на ваши потребности? — спросила она. — Потому что раньше у нее не было таких запросов.
Она подошла к Гордею и, положив руку ему на плечо, посмотрела ему прямо в глаза.
— Вы, молодой человек, видимо, из тех, кто привык жить за чужой счет. Но наша Варвара — не ваша кормушка. Она наша дочь, и мы ее любим.
Гордей попытался отстраниться, но бабушка не отпускала.
— Да нужна мне ваша Варвара. Сама навязалась.
Мы с Жорой перевели взгляд на дочь. Варвара стояла, бледная, с опущенными глазами. Слезы текли по ее щекам.
— У вас, видимо, родители, которые вас ничему не научили, — произнесла Илона Викторовна.
— Я научен всему, что нужно. Не беспокойтесь, бабуля! А что вам не нравится? Варю все устраивало, пока не явились вы. Мы живем нормально.
— Нормально — это самому себя обеспечивать, а не жить за счет девушки.
Мы провели в той квартире еще около часа. Гордей, поняв, что его игра провалилась, стал вести себя вызывающе, но уже без прежней уверенности. Он кричал, что мы ничего не понимаем, что он «просто помогает Варе раскрыться». Но его слова звучали пусто и жалко.
В конце концов, мы приняли решение.
— Варвара, — сказала я, подойдя к ней и обняв ее. — Ты едешь с нами домой. Учебу мы продолжим, но уже по-другому. Ты найдешь работу, будешь помогать нам. И мы будем рядом, чтобы поддержать тебя.
Гордей попытался возразить, но Георгий твердо сказал:
— Ее вещи мы заберем. А вам, молодой человек, я настоятельно рекомендую найти себе занятие по душе, которое не связано с вымогательством.
Варвара, рыдая, согласилась. Мы собрали ее вещи, оставив Гордея в пустой квартире. Когда мы вышли на улицу, он стоял у окна, провожая нас взглядом, в котором читалась злость и обида.
Дорога домой была тихой. Варвара плакала, я гладила ее по голове, Георгий молча смотрел на дорогу. Илона Викторовна сидела рядом, ее рука лежала на руке дочери.
— Ничего, — говорила она. — Главное, что мы ее вернули. А остальное — дело наживное. Она у нас умная девочка. Разберется.
Почитать еще: