Мне было девятнадцать лет. Мы с подружками, веселые, глупые студентки, поехали в глухую деревню под Рязанью просто ради прикола. Кто-то рассказал, что там живет баба Нюра, которая видит будущее и лечит. Мы ехали туда смеясь, с пивом и чипсами, воспринимая это как аттракцион. Баба Нюра оказалась маленькой, сухонькой старушкой с пронзительными, выцветшими глазами. Она принимала нас по одной в своей темной избе, пахнущей сушеными травами и ладаном. Когда очередь дошла до меня, я зашла с ухмылкой, готовая услышать стандартный набор про «казенный дом» и «дальнюю дорогу». Но она не стала раскладывать карты. Она просто взяла меня за руку, посмотрела в глаза так, что мне стало холодно, и сказала глухим, тяжелым голосом: «Красивая ты, девка. Яркая. Мужики на тебя как мухи на мед липнуть будут. Да только не задержится ни один. Венец безбрачия на тебе. Черный, тяжелый. На роду написано одной век куковать. Пустоцвет ты».
Я выдернула руку, бросила на стол деньги и выбежала оттуда, глотая слезы обиды. «Старая ведьма!» — думала я. — «Завидует моей молодости и красоте! Какой венец? У меня от парней отбоя нет!». И это была правда. Я всегда была в центре внимания. Романы крутились бурные, страстные. Я забыла пророчество через неделю. Я жила полной жизнью, училась, строила карьеру, влюблялась. Я была уверена, что к тридцати годам у меня будет муж, двое детей и собака. Но время шло, а сценарий всегда был один и тот же.
Первый раз я собиралась замуж в 24 года. У нас была идеальная любовь, заявление в ЗАГСе, купленное платье. За неделю до свадьбы он просто исчез. Перестал отвечать на звонки, заблокировал везде. Потом я узнала, что он вернулся к бывшей жене. Я рыдала месяц, но списала на «не судьба». В 29 лет я встретила Егора. Мы жили вместе два года. Всё было прекрасно, пока он внезапно не сказал: «Я тебя люблю, но как сестру. Страсть ушла, прости». И ушел к моей коллеге. В 35 я, уже паникуя, начала искать мужчину целенаправленно. Я снизила планку. Я встречалась с разведенными, с теми, кто мне не очень нравился, лишь бы был «свой человек». Но результат был мистическим: как только дело доходило до серьезных шагов, до предложения или совместного быта, мужчину как будто ветром сдувало. Они находили причины, болезни, срочные командировки, других женщин, или просто испарялись в тумане.
Сейчас мне сорок. Я сижу на своей идеальной кухне в квартире, которую купила сама. Я выгляжу на тридцать, я ухожена, у меня хорошая зарплата. Но в этой квартире звенящая тишина. У меня нет ни мужа, ни детей, ни даже постоянного любовника. Все мои подруги, те самые, что ездили со мной к бабке, уже по второму кругу замужем, нянчат внуков или провожают детей в институты. Даже самые «серые мышки» нашли свое счастье. А я, королева бала, одна.
Я перепробовала всё. Я ходила к психологам. Мы прорабатывали «травмы привязанности», «страх близости», «детские обиды на отца». Я научилась любить себя, выстраивать границы. Психологи говорят: «Ты просто еще не встретила своего человека». Но сколько можно ждать? До пенсии? Я начинаю думать, что баба Нюра была права. Я чувствую этот венец физически. Это как стеклянный купол. Мужчины видят меня, восхищаются, подходят, но как только пытаются приблизиться по-настоящему — ударяются о невидимую стену и отскакивают.
Недавно я нашла в соцсетях женщину, которая называет себя «родологом». Она сказала, что такие вещи передаются по женской линии, если кто-то из предков согрешил или кого-то прокляли. Я вспомнила, что моя прабабушка тоже осталась вдовой в 25 лет и больше замуж не вышла, растила детей одна. Может, это действительно программа? Вирус в крови? Мне страшно. Страшно, что психология тут бессильна. Страшно, что я пропущу последний вагон, если не найду способ снять эту «черноту», о которой говорила деревенская знахарка. Но еще страшнее — поверить в магию и признать, что я не хозяйка своей судьбы.
Что это: самовнушение длиною в жизнь, психологические блоки или реальное проклятие? Стоит ли мне искать "бабку", чтобы снять венец, или продолжать копаться в голове с психологом?
