В 90-е годы в рамках «открытия России остальному миру» к нам пришли миссионеры всех мастей и вместе с ними доселе неизвестные церковные праздники. Представители Православной церкви возмущались и возмущаются тем, что «насаждают чуждые нам ценности». Однако до сих пор эти окрики ни к чему не приводили. Ну, весело же на Хэллоуин поставить свечку в тыкву и начать всех пугать! Я сам отношусь к «новым» праздникам спокойно. При этом некоторые вещи меня удивляют. Например, какое-то время назад в Москве регулярно отмечали годовщину Святого Патрика. Этот деятель имеет большое значение для Ирландии, где одноименный день всегда шумно празднуют 17 марта. Но при чем тут Россия, если только не относиться к этому как мы «за любой кипиш, кроме голодовки, лишь бы не работать[1]»?
Один из праздников, а именно День Святого Валентина, меня вообще возмущает. Есть «Женский день», есть «Мужской день», а этот-то с какой стати мы отмечать стали? Женщины ведь от своих «законных прав» на подарки 8 марта отказываться не собираются! Просто добавился еще один повод. Я могу быть исключением из правил, но я не люблю подарки ни дарить, ни получать. По одной простой причине. Мне очень редко дарят то, что мне нужно. Обычно это очередной хлам или бутылка алкоголя, который я не пью. В обратную сторону я всегда боюсь подарить такой же ненужный хлам что супруге, что кому бы то ни было. А это значит размышления, сомнения, трата времени… А тут мало дня рождения, дня свадьбы, Нового года и 8 марта — тебе еще добавили праздник какого-то там древнего деятеля с очередной обязаловкой. К тому же до сих пор неизвестно, кем он был. По легенде в 3-м веке при римском императоре Клавдии он тайком венчал военных, которым в брак вступать было запрещено, за что и поплатился головой. Проблема тут в том, что в 3-м веке браки были исключительно гражданским действием, а христианский обряд начал складываться только через сто лет. Но легенда красивая – нравится женщинам и детям, которые уже в средних классах вовсю обмениваются «валентинками»…
В среду 12 февраля 2020 на «Мамайке» шел сильный ливень, иногда сменявшийся градом. Ну а в Красной Поляне валил снег. Но утро пятницы 14 февраля было тихим и солнечным. Поэтому в День Святого Валентина в качестве подарка я выбрал для своей любимой супруги и мытье, и катанье[2].
Начали мы, конечно, со второго. Когда мы только познакомились с Анной, горные лыжи она видела только пару раз, и то по телевизору, и то в конце программы «Время» перед любимым сериалом. Но я-то знаю, какое это удовольствие. Поэтому в первый же год нашей совместной жизни я начал ставить тогда еще будущую жену на лыжи. Дело было в декабре 2004 года. В качестве полигона я выбрал подмосковный курорт Сорочаны. Бойкий паренек взялся за 2 часа сделать из Анны если не Боде Миллера[3], то по крайней мере просто нормальное лыжное боди[4]. И вроде всё получилось. Моя супруга медленно но верно спускалась и даже как-то поворачивала. Воодушевленный, на новогодние праздники я поехал с ней в Альпы. От верха «домашнего» подъемника вниз шла синяя трасса[5], и я решил, что это будет нормальная разминка после полученного ранее инструктажа. И ошибся. Увидев склон в 10 раз более длинный, чем то, что было в Сорочанах, Анна не то чтобы растерялась — она вошла в некий ступор. Так что она поехала вниз по прямой, не сворачивая, вплоть до ожидаемого красочного падения. Я бросился помогать, но оказать первую помощь не смог. В меня полетели лыжи, палки и такая красочная эмоциональная брань, которой я от милой вежливой девушки ни до, ни, пожалуй, после уже не слышал. Нет, всё же слышал, когда учил дайвингу. В общем, мне оставалось только собрать ее инвентарь и спуститься с ним вниз. Казалось, что горные лыжи не станут любимым совместным занятием в нашей будущей семье. Но нашелся французик-инструктор, который своими «вуаля» и «шарман» уже на следующий день смог вернуть моей супруге уверенность в своих силах.
Прошли годы, и сегодня Анна закладывает вполне серьезные виражи.
Итак, 14 февраля в Красной поляне была замечательная погода. Снега навалило не просто много, а очень много.
Сами же зимние виды в Красной Поляне имеют свою неповторимую красоту. Они очень отличаются от того, что мы видим в Альпах. Горы у нас пониже, но они более зеленые и дикие. Я бы сказал, более «природные».
Вообще если говорить о катании в Красной Поляне, то надо понимать, что есть три основные зоны, которые пока не связаны друг с другом (хотя речь о том, чтобы их связать, идет не первый год)[6]. Наиболее популярна «Роза Хутор». Это самая большая зона с самым большим количеством подъемников. Ее очень любят «лыжники-целинщики». Ну а мы не очень. Мы трассовики. А с трассами в «Розе» похуже из-за нескольких «родовых болячек». Самая главная из них — очень, ну очень много народа. Люди распробовали южный склон, на котором всего один подъемник[7]. К нему сходятся несколько трасс. И в самой нижней части там узко, скользко и очень много людей. Не меньший вызов представляет собой единственная трасса, чтобы вернуться с гор на курорт. Она «зеленая»[8] и сама по себе, конечно, несложная. Но по ней едут и бабушки с дедушками, и пятилетние дети, и лихачи-циркачи. Едут все, их много. Детей с бабушками нужно объезжать, пытаясь никого не задеть, а от лихачей нужно уворачиваться. Особенно нервно на ней становится в час пик с четырех до пяти вечера, когда возвращается основная масса людей. Другая проблема «Розы» в том, что, начиная с марта, когда становится тепло, толпы народа уже к обеду разбивают трассы в хлам. То есть, чтобы получить там удовольствие, нужно начинать с самого утра. А это противоречит тому, что мы живем более чем в часе езды от Красной Поляны и не любим вставать рано…
14 февраля мы впервые катались на «Горной Карусели». Почему этот курорт так назвали, я довольно быстро понял, хотя более точно было бы назвать его «Горная змея». С верхней точки идет трасса в меру крутая, в меру ледяная и не в меру узкая. В некоторых местах она буквально три-четыре метра шириной, а в среднем метров десять, что тоже мало, если перед тобой поперек склона движутся тихоходы и, того хуже, дети. Мы попробовали разные красные и синие трассы на «Карусели», и за исключением нескольких широких участков они все такие. Хорошо, что людей было мало.
В общем, из полянских курортов нам больше всего нравится третий – «Газпром». Он состоит из двух зон «Альпика» и «Лаура», которые соединяются идущим 20 минут подъемником. Кстати, это тот самый подъемник, который летом возит к маршруту на Бзерпинский карниз. Наша любимая зона – открывшаяся 2 года назад «Альпика». Там всего три красные трассы и одно черное ответвление. Но они широкие, ухоженные и длинные: перепад высоты больше километра. Людей в «Альпике» было относительно немного даже в новогодние праздники. И еще там самые новые, самые продвинутые подъемники. Проблема же «Альпики» — инструкторы. Точнее, их отсутствие. Поскольку трассы здесь считаются сложными, инструкторы кучкуются на «Лауре».
Мы поехали с детьми в «Лауру» во вторник 11 февраля. Это был замечательный солнечный день. Вещи мы оставили в камере хранения внизу курорта. Старший Григорий встал на лыжи в 3 года. Тимофей на год позже. Но видно, что в пять лет он уже вовсю изучал азы горнолыжного искусства в своем зеленом комбинезоне. А за ним дорога на «Бзерпинский Карниз» и седловина, за которой он находится.
Дневное катание заканчивается в 16:00. Год назад мы еще попробовали в «Лауре» вечернее катание, посмотрели закат в горах, «погорнопляжили»[9] и, довольные, отправились в горнолыжный центр, только чтобы обнаружить, что камера хранения безнадежно закрыта. Это была полудетективная история, как мы вычисляли работницу, вызывали ей такси из дома, чтобы она нас «спасла». В этом году я подготовился. Я уточнил, что камера хранения открыта до 18:00. Зная, что подъемник идет 20 минут, мы в 17:20 подошли к нему, только чтобы услышать, что он уже не работает. И хотя кабины еще двигались, и хотя я начал свою стандартную песню про уставших детей, мужик на входе только показывал сложенные крестом руки. Пришлось срочно спускаться в объезд со старшим, пока супруга с младшим в своем темпе добираются за нами.
По дороге я связался с камерой хранения, чтобы они не уходили и задержали людей в прокате. Мне показалось, что я с ними договорился. Но когда я в 17:59 подбежал, громыхая горнолыжными ботинками, вся честна́я компания уже закрывала двери, явно собираясь уходить. Поняв, что я успел, они снова открылись. Я, не торопясь, переобулся, переобул старшего, сдал наше оборудование. Время было уже 18:20, а Анны с Тимофеем до сих пор не было. Я дозвонился и услышал слезную мольбу ее забрать, потому что тут вообще драка, что их не хотят везти и жизнь вообще рушится. Успокоив супругу, я попросил ее заказать такси, а если не получится, то я приеду, хотя оставлять прокатчиков и камерщицу одних под честное слово — это как кота оставлять с блюдцем молока. В конце концов в 18:35 раздался стук ботинок и завалилась группа людей, включая Анну и Тимофея. Произошло следующее. Около объездного подъемника дежурили таксисты. Мы на одном из них приехали с Григорием. Перед Анной в очереди было несколько молодых людей. Они загрузились в минивэн, говоря, что им до «Альпики». Услышав это, Анна спросила, может быть, и их возьмут. Молодые люди сказали: «Конечно!» На что водитель ответил что-то грубое. Один из молодых людей начал его стыдить, что он так обращается к женщине с ребенком. Тогда водитель начал выталкивать из минивэна уже его самого. На улице начались боевые столкновения с применением лыжных палок и матерных ругательств. В результате всё обошлось без травм, не считая душевных.
Это случилось одиннадцатого февраля. А четырнадцатого мы детей с собой не взяли. После катания мы с Анной перешли к мытью. А именно в качестве подарка я выбрал три часа в банном комплексе «Четыре стихии». Одна из этих стихий, несомненно, дорога к этому самому комплексу, точнее, финальный отрезок в 100 метров, ответвляющийся от основной дороги. Он был засыпан снегом, с виду довольно глубоким. Поскольку на самой дороге встать было совершенно негде, я решился на безумную авантюру: доехать на нашей Ауди с просветом 12 сантиметров до самого комплекса. И зарылся по капот уже через 20 метров. Это могло бы стать грустным завершением праздника. Но помогли несколько добрых молодцев, совместными усилиями вытолкавшие меня обратно на дорогу.
Ну а комплекс погрузил нас в зимнюю сказку. Здесь была и горячая купель между сугробов, в которые мы прыгали, а после прыгали назад, чтобы почувствовать в течение минуты очень бодрящее жжение.
И медитация в этой самой купели, когда смотришь на ночной вид подсвечивающихся склонов «Горной Карусели».
И фирменный калиновый чай, которым мы запивали «деликатесы», купленные в магазине у подъемника.
И отдых «у камелька[10]».
И собственно парилка с банщиком, устроившим нам какую-то многоступенчатую процедуру, связанную со стихиями. Он назвал ее ритуалом. Этот ритуал продолжался больше часа, так что в конце уже было без разницы, голые мы или нет.
Анна сказала, что это был лучший ее День Святого Валентина. Дарите любимым подарки, которые они оценят!
[1] Фраза, возникшая во времена ГУЛАГа
[2] Отсылка к поговорке «не мытьем, так катаньем»
[3] Знаменитый американский горнолыжник
[4] От английского body — тело
[5] Трасса среднего уровня сложности
[6] В 2021 году связали зоны катания «Роза Хутор» и «Альпика»
[7] В 2021 году построили второй подъемник
[8] Трасса начального уровня сложности
[9] «Горнопляжники» - лыжники, катающиеся в свое удовольствие, но в основном отдыхающие и пьющие на горе.
[10] «У камелька» — название одной из фортепианных пьес П. Чайковского в цикле «Времена года», камелек – это камин