Пески пустыни Такла-Макан хранят не только зной и безмолвие. Здесь, под слоями тысячелетних наносов, лежат мумии с каштановыми волосами, в шерстяных плащах и войлочных сапогах. Их лица, прекрасно сохранившиеся в сухом климате, кажутся спящими — будто время не властно над ними. Это не фантастика: в Синьцзяне, на самом западе Китая, действительно покоятся древние люди, чья история переплетена с Алтаем, Казахстаном и загадочными культурами Великой Степи.
Оазисы смерти: что скрывают таримские могильники
Первые захоронения обнаружили ещё в начале XX века, но настоящая сенсация разразилась в 2003-м, когда китайские археологи начали раскопки некрополя Сяохэ. То, что они нашли, перевернуло представления о древних миграциях. В аккуратно сложенных лодкообразных гробах лежали мужчины, женщины и дети с чертами, не характерными для современных жителей региона: высокие носы, светлые волосы, войлочные шапки, украшенные перьями.
Самой поразительной оказалась "Красавица из Сяохэ" — женщина, умершая четыре тысячи лет назад, но чьи ресницы, тёмно-рыжие волосы и даже узорчатая шерстяная накидка сохранились так, словно её похоронили вчера. Рядом с ней лежала крошечная колыбель — свидетельство того, что в загробный путь она отправилась с младенцем.
Но самое удивительное — эти люди не были изолированы. Их ДНК, одежда, ритуалы удивительно похожи на находки из алтайских Пазырыкских курганов и Береля в Казахстане. Они пили из одинаковых сосудов, хоронили коней в одинаковых позах, а их шаманы, вероятно, молились одним и тем же богам.
Люди, похороненные там (особенно мужчины из захоронений в долине Юйху, датируемые ~1000-600 лет до н.э.), имеют ярко выраженные европеоидные черты. Они относятся к т.н. "палеоевропейскому" типу. Их материальная культура (шерстяная одежда, войлочные изделия, техника татуировок) демонстрирует поразительное сходство с культурой пазырыкцев Горного Алтая (V-III вв. до н.э.). Это не значит, что это одни и те же люди, но они относятся к общей культурно-антропологической общности, населявшей степные и горные районы Евразии в I тысячелетии до н.э. Генетические исследования подтверждают родство.
Запретные находки: почему о них мало говорят
Синьцзян — регион непростой. Власти Китая неохотно пускают сюда иностранных исследователей, а раскопки ведутся с оглядкой на политику. Многие отчеты публикуются только на китайском, а термин "некрополь" заменяют на нейтральное "группа древних могил".
Но даже то, что удалось установить, поражает. Например, генетика подтвердила: эти люди — дальние родственники пазырыкцев и скифов. Их гаплогруппа (R1a) типична для степняков Евразии, а не для жителей Восточной Азии. Иными словами, четыре тысячи лет назад по Таримской впадине ходили те же самые светловолосые воины, что и на Алтае. Их объединяет не только генетика. Курганы пазырыкцев на плато Укок, Долина царей в Казахстане, и некрополи в Китае географически образуют кольцо вокруг высочайшей точки региона - горы Белуха. Считавшейся священной у многих народов.
Зачем они строили "кольцо" вокруг Белухи?
Есть гипотеза, что курганы Алтая, Казахстана и Синьцзяна — часть древней "охранной географии".
Белуха, гора на стыке границ, считалась у многих народов центром мира. Возможно, насыпая курганы по её периметру, степняки создавали символический щит, охраняющий сакральное пространство. Ведь если Алтай — пуп Евразии, то Синьцзян — его западные ворота.
Спящие стражи Шёлкового пути
Когда-то, задолго до появления Великого Шёлкового пути, эти земли уже связывали Восток и Запад. Светловолосые люди Сяохэ, воины Пазырыка, кочевники Береля (Казахстан) — все они говорили на забытых языках, но оставили нам один на всех посыл: мир всегда был единым.
Археологические находки (похожий стиль уздечных наборов, скифо-сибирский "звериный стиль" в искусстве, технология изготовления войлока) свидетельствуют об активных контактах между культурами современного Казахстана, Алтая, Синьцзяна и Южной Сибири.
Пазырыкцы и "синьцзянские европеоиды": Они были частью одной большой историко-культурной общности, которую условно называют "скифо-сибирским миром". Их сходство — результат не обязательно прямой миграции с Алтая в Синьцзян или наоборот, а скорее длительных процессов взаимного влияния, общих корней и сходного кочевого образа жизни в сходных природных условиях.
Еще до формирования Великого Шелкового пути существовали трассы обмена товарами (металлами, драгоценными камнями, тканями) между Западом и Востоком.
Сегодня их мумии лежат в музеях Урумчи и запасниках Пекина. Но если прислушаться к шепоту ветра в песках Такла-Макана, можно услышать эхо их шагов. Они всё ещё идут — через века, через границы, напоминая нам, что история не знает замкнутых пространств.
А Белуха, как и тысячи лет назад, молча взирает на это великое странствие.