Он никогда не говорил о ней вслух.
Не потому что забыл — наоборот. Потому что настоящее не выносят на шумные разговоры.
После расставания прошло больше года. Город успел сменить сезон, витрины — моду, а он — работу. Только одно оставалось неизменным: в телефоне Дмитрия не было ни одной жалобы, ни одного резкого слова, ни одного «она такая-то». Когда друзья пытались завести разговор, он отмахивался, будто речь шла о чем-то постороннем.
— Да нормально всё, — говорил Дмитрий и переводил тему.
Они с Катей разошлись тихо. Без скандалов, без блокировок, без длинных сообщений на три экрана. Просто в один день стало ясно: дальше им не по пути. Катя ушла первой. Дмитрий закрыл за ней дверь и не побежал следом. Не из гордости — из уважения.
Иногда он видел её издалека. В магазине, в метро, в толпе. Он не подходил, не писал, не напоминал о себе. Считал, что прошлое должно уметь быть тактичным. Но каждый раз, заметив Катю, ловил себя на одной и той же мысли: «Хорошо, что с ней всё в порядке»