Селекция 1969 года по праву считается одной из лучших в истории советского «Спартака». В тот год команда пригласила опытного вратаря Анзора Кавазашвили, защитников Вадима Иванова и Николая Абрамова. Однако главными находками стали два никому не известных двадцатилетних игрока: защитник «Буревестника» Евгений Ловчев и полузащитник балашихинского «Машиностроителя» Василий Калинов.
Ловчев быстро стал лучшим левым защитником страны и остался в футболе на десятилетия. Судьба Калинова сложилась иначе. За неполных четыре сезона в «Спартаке» он выиграл чемпионат и Кубок СССР, а затем неожиданно сошел с футбольной орбиты и в середине 90-х бесследно исчез.
Василий Калинов родился в конце 1948 года в подмосковной Балашихе. Он начал играть в футбол в период его невероятной популярности. Юный Вася занимался в юношеской команде «Машиностроителя» под руководством легендарного местного тренера Дмитрия Рыжкова. Благодаря таланту и пониманию игры он рано стал играть за взрослую команду.
В 1968 году «Машиностроитель» возглавил бывший спартаковец Владимир Чернышёв, который организовал товарищеский матч со смешанным составом «Спартака». Балашихинцы неожиданно победили 2:1, причем Калинов забил один гол и отдал голевую передачу на второй. После этой игры главный тренер «Спартака» Никита Симонян пригласил талантливого юношу в дублирующий состав.
Дебют Калинова в основе «Спартака» состоялся 19 мая 1969 года. Он быстро закрепился в стартовом составе и стал важным игроком. В чемпионском сезоне 1969 года он провел 23 матча и забил 4 гола, получив золотую медаль и квартиру возле ВДНХ. Тренеры видели в нем огромный потенциал, отмечая его хитрость, храбрость, самобытную технику и фантастическую работоспособность. Основатель клуба Николай Старостин в своей книге вспоминал, как в решающем матче в Киеве Калинов грубо сыграл против Йожефа Сабо, а на угрозу последнего гордо ответил: «Я – из Балашихи!»
В 1971 году Калинов вместе с командой выиграл Кубок СССР, хотя в первом финальном матче не играл. Тренер Симонян оставил его в запасе, учуяв запах алкоголя. Эта проблема стала роковой для карьеры талантливого футболиста. Болельщики из Балашихи, для которых выпить с кумиром было делом принципа, постоянно устраивали ему шумные гулянки после матчей. Молодой организм сначала справлялся, но постепенно алкоголь взял верх. Начались пропуски тренировок, выходы на поле в нетрезвом виде. Капитан команды Галимзян Хусаинов после кубкового триумфа 1971 года выражал надежду, что Калинов вернет свою прежнюю игру, но этого не произошло.
Клуб пытался помочь: его отправляли на принудительное лечение, «зашивали», хлопотали о разрешении на брак с несовершеннолетней девушкой, надеясь, что семья и рождение сына его остепенят. Но Калинов, по характеру бесхитростный балагур и массовик-затейник, не мог справиться. Евгений Ловчев вспоминал, как Калинов, опоздав на сбор, на вопрос Старостина и Симоняна откровенно ответил, что в Балашихе хорошие озера и холодное пиво. Другой бывший спартаковец, Валерий Рейнгольд, передавал историю о том, как Симонян застал Калинова в душевой во время перерыва, где тот прятался и пил портвейн.
Перед сезоном 1973 года Калинова вывели из состава и отправили в клубную команду с мизерной зарплатой. Футболист, получив талоны на бесплатное питание, обменял их на деньги и исчез. «Спартак» хотел его дисквалифицировать, но ЦСКА, узнав об этом, выслал ему повестку. Однако Старостин воспротивился переходу, и Калинова отправили служить в смоленскую «Искру», армейскую команду второй лиги.
После демобилизации он ненадолго вернулся в «Машиностроитель», затем уехал играть за команду колхоза-миллионера в Одесской области, где женился во второй раз. В конце 70-х у него был шанс продолжить карьеру в кишиневском «Нистру», но он остался в Балашихе по просьбе матери. Работать тренером за маленькую зарплату он не захотел и устроился плавильщиком на завод, а потом грузчиком на пищекомбинат.
О нем вспомнили лишь в начале 90-х. Корреспондент областной газеты «Ленинское знамя» Дмитрий Тарасов, увидев на афише о мини-футболе приписку «Будет играть Василий Калинов!», разыскал бывшего чемпиона. Он застал его в ужасном состоянии: засаленная куртка, спортивный костюм, запах перегара. Калинов, которому было чуть за сорок, рассказал, что уже 20 лет никому не нужен. После публикации статьи о нем ненадолго вспомнили: предложили работу на заводе, с ним связался Ловчев, приглашая в команду ветеранов «Спартака». Но, судя по всему, до Сокольников Калинов так и не добрался.
В марте 1996 года Василий Калинов ненадолго зашел к зятю, бывшему партнеру по «Машиностроителю» Александру Савкину, попросил воды и ушел, сказав, что внизу ждут знакомые. Больше его никто не видел. Его сестра рассказывала, что у него не было денег и документов, случались приступы эпилепсии, проблемы с памятью. Родные подали в розыск, обзвонили все больницы и морги, но следов не нашли.
Евгений Ловчев позже вспоминал, как Калинов приезжал к нему в офис с сыном, который признался, что не ел неделю. Ловчев накормил их и сказал, что они могут приезжать за помощью в любой момент. Тогда же Калинов попросил денег на место на стоянке, чтобы устроиться на работу, а потом пропал. Позже сын Ловчева, играя в Балашихе, услышал от болельщиков, что «Ваську убили и тихо похоронили на местном кладбище». Ловчев ездил искать могилу, но не нашел. Он разыскал вторую жену Калинова, которая сказала, что уехала с сыном на Украину, а вернувшись, обнаружила, что мужа нет. Василий Калинов пропал без вести. Его судьба и место упокоения остаются неизвестными.