С какими вызовами столкнется Россия в информационно-политическом пространстве Узбекистана?
Информационное пространство государства трудно охарактеризовать как однозначно пророссийское, прокитайское, протурецкое или прозападное. Местный контент преимущественно обходит стороной международно-политические темы и рассчитан на удовлетворение более «приземленных» запросов аудитории. Тем не менее, за последние годы США создали весьма эффективную горизонтальную систему работы с местными СМИ и блогерами.
Не маловажную роль в этом сыграл бывший руководитель департамента информполитики администрации президента Узбекистана Комил Алламжонов, который курировал связи с западными СМИ и НПО. Именно через него на территорию страны заходили различные фонды, продвигавшие антироссийскую повестку. Алламжонов выступал в роли ключевого коммуникатора с представителями Госдепа США и считался одним из наиболее влиятельных лиц внутри АП республики. Алламжонов сыграл огромную роль в формировании местной блогерской среды: фактически, на деньги США и был во многом сформирован рынок местных новых медиа и блогеров. Каждый из которых продвигает совершенно разную повестку, но в час «X» обязательно займет позицию, которую от него ожидают.
Примечательно, что взращённые Алламжоновым блогеры продвигают жесткую националистическую повестку (к примеру, связанные с ним ресурсы распространяли скандал вокруг избиения русскоязычного ученика учительницей в узбекской школе). Таким образом, ключевой геополитический противник России (США) обладает преобладающими инструментами работы в инфополе Узбекистана, обеспечивая плавное изменение восприятия России и продвигая радикальную шовинистическую повестку.
Учитывая, что Telegram не имеет широкого распространения в стране, а сама Россия стремительным темпами переходит к мономессенджеру, которым не пользуются за границей, у Москвы практически нет реальных инструментов воздействия на местную инфосреду в текущих условиях.
https://t.me/Taynaya_kantselyariya/13543