Есть звонок в дверь, который сразу “не твой”.
Он звучит слишком коротко. Будто кто-то проверяет не тебя, а механизм.
В понедельник в 21:12 я услышал его впервые.
Дзынь.
Я подошёл к двери, посмотрел в глазок — никого.
Открыл — пустая площадка, лампа горит. Тишина.
Я решил: дети балуются на этажах выше, нажали и убежали.
Закрыл.
Через минуту:
Дзынь.
Снова пусто.
Третий раз был другой. Короткий, но… с паузой, будто палец задержали:
Дзынь… дзынь.
Я посмотрел в глазок.
И увидел странное: на моей площадке никого, но на лестнице ниже — на пролёте между этажами — стоит человек. Спиной ко мне. В тёмной куртке.
Он не шевелился.
Я закрыл глазок ладонью, будто от этого он исчезнет.
Открыл — человек всё ещё стоял. Но теперь он смотрел вверх.
Лица всё равно не видно.
Я отошёл от двери.
Телефон завибрировал: “неизвестный номер”.
Я не беру такие. Но палец сам нажал.
— Алло.
На том конце была тишина. А потом шёпот:
— Не открывай. Он поднимается не шагами.
Я хотел спросить “кто вы?”, но в дверь снова позвонили.
Дзынь.
И сразу — звук, как будто по металлу провели ногтем.
Длинно.
Соседская дверь напротив приоткрылась. Показалась щёлочка лица.
— У вас тоже? — спросил сосед.
Я кивнул.
Сосед шепнул:
— Не разговаривай с ним. Он “учится” через слова.
И закрылся.
Звонок повторился.
Дзынь.
Я снова посмотрел в глазок.
Человек был уже на моём пролёте.
То есть… он поднялся. Но я не слышал ни шагов, ни скрипов. Ничего.
Просто стал ближе.
Я отпрянул.
Телефон в руке шепнул снова:
— Если он услышит твоё имя, он получит доступ.
— К чему? — прошептал я, и сразу пожалел.
На том конце замолчали.
А у двери, очень тихо, раздалось:
— (моё имя)…
Слово прозвучало мягко. Почти ласково. Будто меня зовёт родной человек.
Я не отвечал.
Тогда голос повторил. Чуть громче. Чётче:
— (моё имя), открой.
И я понял, откуда он это взял.
Из моего дыхания.
Из того, как я когда-то говорил своё имя в подъезде: курьеру, соседу, мастеру.
Он собрал его по кусочкам.
Я отступил вглубь квартиры и запер дверь на все замки.
Звонок стих.
Прошло минут пять тишины, и я уже начал думать, что всё, закончилось.
И тут в спальне включился телефон жены.
На экране было “входящий”.
Подписано моим именем.