Сегодня Новый год в Казани — это огни Кремля, катки, салюты и запах мандаринов. Но еще сто с небольшим лет назад праздник выглядел совсем иначе. Заглянем в Казань конца XIX — начала XX века и посмотрим, как здесь встречали зиму, Рождество и Новый год.
Новый год: праздник не для всех
До революции Новый год в Казани не был главным зимним событием. Православные горожане по-настоящему шумно и весело отмечали Рождество — в ночь с 6 на 7 января. А вот 31 декабря чаще всего проходило спокойно: взбивали подушки, стелили чистое белье и ложились спать.
Татары же и вовсе не праздновали ни Рождество, ни Новый год по юлианскому календарю. До принятия ислама у тюркских предков существовали собственные представления о времени и природных циклах: обряды очищения, ожидание весны, возможно — празднование зимнего солнцестояния. Позднее важнейшими стали исламские праздники, а Новый год в привычном виде появился в татарских семьях лишь в советское время.
Петровский указ и городская мода
Официально Новый год в России стали отмечать 1 января с 1700 года — по указу Петра I. Но по-настоящему городской праздник сложился лишь к концу XIX века.
В декабре Казань преображалась: витрины магазинов на Большой Проломной и Воскресенской улицах сияли огнями, предлагали подарки и елочные украшения. На рождественских ярмарках, которые разворачивались там, где сегодня Ленинский садик, торговали игрушками кустарного производства.
Елку в домах начинали наряжать заранее, иногда за неделю до праздника. Украшения делали вручную: из бумаги, орехов, фруктов, фольги. Конфеты и яблоки висели прямо на ветках, а после детского праздника наступал любимый момент — «разграбление елки», когда угощения можно было забрать.
В конце XIX века в Казани появилось настоящее техническое чудо —электрические елки. Свечи постепенно уходили в прошлое, а их место занимали лампы накаливания. Такие елки устанавливали в Купеческом собрании, Новом клубе и Панаевском саду.
Особой роскошью славились частные елки состоятельных горожан.
Балы и благотворительность
Новый год и Рождество не ассоциировались с шампанским. Пили чай — крепкий, ароматный, из пузатого самовара. Доставали дорогой байховый чай из лавок колониальных товаров.
Главный бал года проходил в Дворянском собрании — нынешней Казанской ратуше. Сначала принимали губернатора и аристократию, затем профессоров университета, духовенство, купцов, военных.
Финалом рождественской недели становился благотворительный вечер. С елки продавались игрушки и редкие вещи. Так, с аукциона уходили запонка Пушкина, чернильный прибор Льва Толстого, картина Ивана Шишкина. Все средства шли на помощь нуждающимся.
Лёд, горки и кулачные бои
Для простых горожан праздник был прежде всего активным. Катки, санки, лыжи, «Русская Швейцария» — нынешний парк Горького. На Кабане устраивали бега, а на льду нередко сходились в кулачных боях.
Самым демократичным праздником была народная елка в парке «Черное озеро». Сюда приходили толпами: катались с горок, качались на качелях, брали ледяную крепость, смотрели балаган с Петрушкой.
Работали чайные столы с самоварами и бубликами, продавались горячие пирожки по копейке. Для желающих — трактир с оркестром. Это был настоящий живой праздник без излишней роскоши.
Театр и первые киносеансы
Перед праздниками театры делали скидки на билеты, и публика спешила в ложи. Ставили и сказки, и классику, и популярные романы.
А в начале XX века в Казани появился новый конкурент — синематограф. Перед Новым годом кинотеатры отказывались от мелодрам в пользу комедий.
Советский Новый год
После революции Новый год стал главным зимним праздником для всех. Он заменил Рождество и объединил многонациональную страну. В татарских семьях праздник приобрел свои черты: на столах появились чак-чак, эчпочмаки, губадия, баурсак.
Так Новый год в Казани прошел путь от тихого календарного дня до одного из самых любимых и ожидаемых праздников — с елками, огнями и ощущением нового начала.