Дисклеймер: в тексте нет ни одной фамилии, не назван ни один радиопозывной, не упоминается какая-либо спецтехника или выдержки из служебных документов. Обжигающей «правды» вы здесь не найдёте.
Приятного чтения!
ЛИЧНЫЙ БЛОК
Вопрос: как вас можно представить?
Ответ: Волчок
Вопрос: В каком возрасте вы поступили на службу? Какое на тот момент у вас было образование? Укажите год и номер вашего призыва?
Ответ: поступил на службу в сентябре 2021 в 22 года, сразу после высшего образования – на контракт. Сразу знал куда хочу идти служить, поэтому за полгода взял отношение. Гражданская специальность: «реклама и связи с общественностью».
Вопрос: ваша воинская специальность? Может вы работали по другим специальностям помимо основной?
Ответ: Разведчик роты глубинной разведки. Пригодились знания украинского и
английского языков при общении с местными и переводами радиоперехватов
Вопрос: как проходила подготовка по вашей специальности? Как вы можете оценить её качество?
Ответ: никак не проходила подготовка. С 22.09.2021 по 24.02.2022 ходил либо с лопатой, либо со срочниками, которые ходили с лопатами
Вопрос: ваша допризывная подготовка? Занятия спортом, разряды? Может стрельбой занимались или спортивным ориентированием?
Ответ: 5 лет кадетского-казачьего класса, золото ГТО, спортсмен, хорошист, есть
знания английского, 4 года Первого Казачьего Университета в Москве, начальная военная подготовка в школе и университете, прыжки с парашютом за свой счет, навыки обращения с автоматом и пистолетами.
ПОДГОТОВКА К СВО
Вопрос: на момент начала СВО, где находилась ваша часть? Когда вы пересекли «ленточку»?
Ответ: 17.01.2022 мы уехали на учения из Подмосковья в Воронеж. Каждые
одну-две недели переезжали ближе к границе. Все это время не было никаких тренировок. К моменту начала подразделение было переброшено в приграничный район Белгородской области.
Вопрос: настроение (ваше и в подразделении), когда вам было объявлено о начале СВО и вашем участии в нём?
Ответ: узнали о штурме за 4 часа, когда нас привезли на границу и нас встретил спецназ. Настроения были непонятные.
Вопрос: какие боевые задачи которое выполняло ваше подразделение в ходе СВО?
Ответ: штурм, сопровождение, эвакуация, охрана, разведка, зачистка, арткорректировка и прочее.
Вопрос: была ли дополнительная подготовка перед задачами?
Ответ: нет.
Вопрос: техническое оснащение вашей роты на момент начала СВО? Как вы оцениваете его уровень, достаточным ли оно было для решения поставленных задач?
Ответ: пара ночных прицелов (у СВДМ и ПКМН), пара тепловизионных (потом у нас благополучно это спёрли). Раций, биноклей, карт, гаджетов – ничего этого не было. Автоматы были дефектные: как минимум, мой – клин каждые 3 выстрела. Хотя, как только я его не обслуживал.
Ротный перед учениями сказал: «Возьмите старые стволы, чтобы не жалко было!» Ну, мы с этими старыми стволами и воевали.
Несмотря на все это, задачи мы выполняли. Искали каждый раз способы связаться и сориентироваться на местности (я, например, карту трофейную добыл) и так далее.
Никто не использовал коллиматоры на войне: они были не пристреляны, мы и не умели, да и батареек не было.
Год назад у себя в телеге я
расписал максимально детально каждый день БД с 23.02 по 30.04.2022; без
дискредитации армии, естественно.
Прочитать можно здесь
БОЕВОЙ БЛОК
Вопрос: до какого числа вы были на СВО, когда получили ранение?
Ответ: я получил ранение 19 апреля 2022 года, а вывезли 30 апреля 2022 года.
Вопрос: на каких направлениях работали? Отличия по работе на различных направлениях?
Ответ: первый месяц – Сумская кампания: штурм Великой Писаревки, Ахтырка, а оттуда на север, к Сумам.
Затем нас вывели, на 3 дня завели на севере от Сум прикрывать вывод другой армии.
Второй месяц – под Изюмом, в направлении Барвенково.
Под Сумами был крайне плавающий фронт, постоянно двигались вперёд-назад.
Еще и мороз был страшно сучий. Под Изюмом уже были более позиционные
битвы, да и полей куда больше с посадками.
Вопрос: на какой должности именно вы работали, какие вам доводилось выполнять задачи?
Ответ: разведчик ядра. Двигался со всеми наравне, особых задач не было. Только с мирняком говорил больше других, радиоперехваты на английском переводил, ну и разок деда разговорил – он нам выдал позиции теробороны.
Вопрос: если можно, пару боевых эпизодов, наиболее запомнившихся?
Ответ: всего у нас было 4 открытых перестрелки.
Самая первая, когда мы попали в засаду всей колонной 24 февраля 2022 у
Ахтырки. Первый бой: ничего не понятно, свист пуль, крики, взрывы!Отстреливаюсь и вижу, как взрослые мужики из нашей колонны бросают оружие и лежат лицом в землю, пытаясь спрятаться. Мне пришлось брать их
сектор на себя.
Последняя перестрелка была под Изюмом. Всё так же – засада. Мы на открытой площадке, а из укрытий только земляной вал, высотой, максимум, полметра. А вот враг в зелёнке на высоте, в 100 – 150 метрах перед нами.
Дождь из пуль льёт с обоих сторон. Передо мной только что ранило инженера, а пули врезаются в землю прямо под моими руками. Мы с командиром ловим гранатомет под ноги и получаем легкие ранения. К счастью, своим ходом вышли все, без погибших и тяжелых.
Вопрос: как проходила постановка боевой задачи со стороны командования? Организация боя командирами? Ваше мнение по поводу этого?
Ответ: комбат – взводному, а взводный – нам. Все остальное – по наитию и прямыми приказами взводного и сержантов. Ну, и нас самих, когда мы видели
нормальное решение и предлагали его.
Вопрос: как было налажено взаимодействие с другими подразделениями в ходе выполнения задач?
Ответ: мы старались по максимуму избегать союзных подразделений, не любили с ними рядом попадаться.
Да и никогда не было возможностей для связи. Только, если рядом были
танки, то можно было через их встроенную связь выйти на их командование, а те нашим передавали.
БЫТОВОЙ БЛОК
Вопрос: форма и снаряжение. Что было на момент захода? Как долго продержалось? Что закупали за свои, а что выдавалось в ходе СВО?
Ответ: у всех уставные комплекты «Ратника». Местами у людей были свои «горки» в мхе. У меня и пары парней были за свой счет. Выдавали крайний минимум. Не хватало многих вещей.
Вопрос: был ли организован отдых в тылу после боевых задач, как это происходило?
Ответ: отдых сами себе организовывали. В «тылу» почти не были.
Вопрос: как было организовано питание и снабжение водой на задачах и в тылу? Как решались вопросы гигиены?
Ответ: почти все время сами себе «мутили» воду. В первый месяц сухпайки
выдавали суточные. Второй месяц готовили с общей кухни на батальон, но это нельзя было есть. Гигиена решалась за свой счет и почти всегда влажными салфетками. Раз в пару недель была баня.
Вопрос: как обстояло дело с боеприпасами?
Ответ: бк было хоть жопой жуй.
Вопрос: с какой медициной заходили? Что-нибудь изменилось в ходе боевой работы?
Ответ: ИПП, Эсмарх и Промедол. Потом, в гуманитарках, шли разные таблетки и мази.
На первый месяц мы и не готовились – мы же не знали, что будет. У меня
одного была более-менее аптечка – от моих казаков – мне дали её на учения. А трофейной медицины не было.
Вопрос: помогали ли вам волонтеры, с амуницией, снаряжением, квадрокоптерами?
Ответ: тогда еще не было волонтеров.
Вопрос: как оцениваете противника, что вам противостоял в ходе боёв?
Ответ: хорошо они нас е#ашили. Зачастую в меньшинстве они наносили серьёзный ущерб нашим подразделениям из-за того, что, я считаю, не было
централизованного ответа от нас.
Но свой мирняк они, конечно, жёстко кошмарили.
Вопрос: трофеев много было? Что самое интересное?
Ответ: у нас мало очень было. Мы крайне редко были на позициях врага. Самое интересное – винтовки UAR-15, плиты, NLAW, калаши.
Вопрос: потери в вашем подразделении, пока вы участвовали? Насколько значительны они были? Характер потерь: 200, 300? Пятисотые были?
Ответ: Достаточно было и двусотых, и трехсотых. Даже одна смерть ощущалась, как потеря всего. Молодые ребята были.
Пятисотые? Я, например. После последнего контакта раненых командира и пулеметчика увезли в Россию, а меня (раненого) оставили в строю. Я написал отказ. Только спустя десять дней вывезли, и уже там я сам пытался найти
медперсонал, чтобы зафиксировать ранения.
Вопрос: как обстояло с выплатами? Были ли доплаты за нахождение на боевых? Выплачивали ли за подбитую технику?
Ответ: первый месяц – 100 000 боевых, второй – 150 000 боевых. За ранение я
получил выплату спустя два с лишним года – 30 сентября 2024 года. Вот, недавно, добился признания.
Доплат не было никаких, несмотря на «прайс-листы».
Вопрос: пока вы были на СВО срочников уже вывели?
Ответ: да, их, спустя две недели, начали выводить. Но спустя два месяца я еще
встречал срочников, которые по собственной инициативе участвовали. У них был ограниченный срок, хорошее отношение, боевые выплаты. Но зарплата срочника – две тысячи, и в любой момент их могли вывезти обратно в Россию.
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ
Вопрос: как была оказана первая помощь? Была ли эвакуация?
Ответ: раны были незначительные и получены они были уже в ходе отхода. Никакой эвакуации. Своим ходом дошли 3 км до машин и на базу.
Вопрос: отношение врачей и другого персонала в госпитале? Достаточно ли было медикаментов?
Ответ: в госпиталях я толком и не был. Меня швыряли постоянно.
Очень часто я слышал: «Я вас туда не отправляла!» или «Вы там не за нас
воюете!». Были случаи, когда слышал возмущения медсестер: «Эти раненые ведут себя так, будто мы им обязаны!».
Вопрос: как проходил процесс увольнения? Не было ли препятствий?
Ответ: было очень много препятствий. Сначала диагностировали ПТСР и уволили с контракта на срочную службу. Затем, как срочник, я не мог служить с ПТСР и меня, «по дурке», уволили с категорией В.
Я не мог даже представить: дослуживать 9 месяцев срочки после боевухи. Я просто физически не мог быть в казарме – меня выворачивало, как только
возможно.
Вопрос: есть ли у вас награды по итогам участия? Ветеранское удостоверение получили?
Ответ: ветеранку получил и всё.
Вопрос: как участие в СВО повлияло на вас морально?
Ответ: жизнь разделилась на «до» и «после». Стало проще жить.
Вопрос: отношение в семье к вашему участию в СВО? Как родные встретили после возвращения?
Ответ: все гордятся мной.
Вопрос: ваша дальнейшая жизнь на гражданке? С работой и семьёй всё нормально сложилось? Не было ли мыслей вернуться? Например, через частников или БАРСов?
Ответ: служу государству дальше, но на гражданке. Всё относительно нормально. Я вижусь с товарищами: боевыми и армейскими. Часто действующие приезжают – мы встречаемся.
Мысли о возврате были и есть, но я понимаю: не для того мои товарищи умирали, чтобы я снова вернулся туда.
_____________________________________________
Телеграмм-канал героя интервью - «Реальный Волчок»