Подготовка к новогодним праздникам в Москве близилась к концу. Столица преобразилась и была готова встречать многочисленных туристов и гостей. Сверкающие гирлянды, ёлки, новогодние песни, мандарины, улыбчивые лица продавцов в магазинах и на ёлочных базарах заряжали всех энергией праздника. Вечер спустилась над Москвой. Вечерняя столичная жизнь набирала силу. Рестораны, бары, шумные клубы распахнули для посетителей свои двери.
Глава 125
Уставшая Ангелина ехала домой на такси. Целый день она посвятила себе, любимой. Побывала в СПА, в салоне красоты, посетила визажиста, потом прошлась по бутикам и магазинам, оставив и там кучу денег. Она думала, что уж сегодня-то, побаловав себя всем, чем только можно, она, наконец, почувствует приближающийся праздник. Но ничего подобного не случилось. Она чувствовала себя по-прежнему потерянной, брошенной, одинокой и никому не нужной.
«Софочка через два дня прилетит, а я…, я ничего не знаю. Не знаю как, где, и с кем буду встречать этот Новый год. Не знаю, как пройдут её каникулы. Не знаю, сколько дней ей будет позволено провести со мной. Совершенно ничего я не знаю, - думала она, отвернувшись к окну. – Софочка рассказала Аркаше, чего она хочет, а он…, он сказал, что подумает. Ну, как так можно? Она же ребёнок. Подумает он…, - возмущалась она мысленно. – Мог бы поделиться своими планами на новогодние каникулы с нами. Ждём детей и не знаем, когда их увидим. Может ему позвонить? Спросить? Нет, - отвергла она эту идею. - Опять подумает, что я за ним гоняюсь. А может с Катькой и Инкой договориться, и в аэропорту на него наехать втроём? А что? Пока ждём многое можно обсудить», - размышляла она и строила планы.
Погружённая в свои мысли Ангелина не заметила, как оказалась возле своего дома.
- Приехали, - остановив машину у подъезда её дома, объявил повернувшийся к ней лицом молодой таксист.
- Приехали?! – переспросила Ангелина, выходя из своей задумчивости. – Ах, да, точно приехали, - сказала она и, открыв свою сумочку, достала карту.
Расплатившись, она вышла из машины, унося с собой пакеты с покупками и аромат дорогих духов. Такси уехало. Ангелина поднялась на лифте на свой этаж, открыла дверь ключами и, поставив пакеты в прихожей на пол, сняла соболиную шубку и повесила её в шкаф.
Усевшись на банкетку, она расстегнула молнии на сапогах, сняла их и, надела домашние мягкие тёплые тапки.
- Отдохну немного, потом вас разберу, - сказала она вслух, посмотрев на пакеты, стоящие в прихожей на полу.
Ангелина прошла в большую комнату, уселась в кресло и, взяв пульт, включила телевизор.
- Ой, Аркаша?….- удивлённо произнесла она и, прибавив звук, уставилась в экран, стараясь понять, о чём идёт разговор. - Антон Камалов? «Тёрка»? Но они ж сидят в его кабинете, - мгновенно оценила она обстановку.
« Этот список вместе с другими документами уйдёт в следственный комитет, прокуратуру, в Министерство здравоохранения. Будет расследование, проверки. Вполне возможно, что выяснится, ещё что-либо интересное…, что происходило в том роддоме.
- Ааа…, то есть, дело только-только набирает обороты?
- Разумеется. Я ничего не спущу на тормозах», - говорил Аркадий Борисович Антону Камалову.
«Ну, следственный комитет, прокуратура, понятно, если речь про Илону, - подумала Ангелина, пропустив мимо ушей слово «роддом». - Но при чём здесь Министерство здравоохранения, и о каких проверках он говорит? Что он не хочет спускать на тормозах?» – пыталась анализировать она услышанные слова бывшего супруга.
Ангелина ничего не понимала, так как видела уже конец интервью Хаймана.
- Ты собрался судиться ещё с кем-то? Тебя кто-то обвиняет? В чём? Кто тебя обвиняет, Аркаш? – тревожно шептали её губы. – Аааа, так это не тебя обвиняют…, - наконец, дошло до Ангелины, что речь идёт о Ларисе Васильевне Самойловой и о роддоме, где родился Аркадий. – Ну, так, а ты тут причём? Её обвиняют, вот и пусть разбирается сама, - надула губы Ангелина.
Включилась заставка передачи «Терка», а за ней реклама.
Она убавила звук и, глубоко вздохнув, разразилась тирадой своих умозаключений по поводу услышанного, высказав их вслух.
-Уфф, ну, Аркашка, ну ты и…, - Ангелина неприлично обозвала бывшего супруга. – Нет, ну а как тебя можно ещё назвать? Только так. И я права. Как на Альпы для любимой и единственной доченьки, так у тебя нет ни денег, ни времени. А на эту старуху нашлось и то, и другое, да? Даже вон «Тёрке» интервью дал. Жалко, посмотреть полностью не удалось. Но это не проблема…, посмотрю в Интернете позже. Даже то, что я увидела…, мне этого хватило, чтоб понять, что ты что-то задумал. И это твоё: «это покажет время», звучит как гром средь ясного неба. Что покажет нам время? Что ты решил? К чему нам всем: мне, Катьке с Инкой, детям, готовиться? Что будет с нами? Ты о нас подумал? Ты решил быть с ними? Ты опустишься до их уровня…, уровня быдла? Все всю жизнь карабкаются наверх, а ты опустишься? Нафига тебе это, Хайман? - задавала Ангелина себе вопросы, на которые ответа у неё не было. А эту старуху, Ларису Васильевну Самойлову, она уже ненавидела…
**** ****
Никита сидел в большой комнате с планшетом в руках и увлечённо читал комментарии под роликом передачи- интервью программы «Тёрка». Он так увлёкся, что не заметил, как домой пришла Екатерина.
- Ты уже дома? А почему не встречаешь? – спросила Екатерина, проходя мимо гостиной на кухню с тяжёлым пакетом в руках.
- Извини, увлёкся, - отложил он в сторону планшет и поспешил к ней, чтоб помочь. – Ух, какая тяжесть…, - забрал он из её рук пакет. – Кать, ну, позвонила бы мне, я бы мог половину всего что здесь, - он кивнул на пакет, - привезти, - журил он супругу.
- Не ворчи. Донесла же, не переломилась, - улыбнулась она, заходя вместе с ним на кухню. – А Антошка где? Ещё не пришёл?
- Пришёл. Домашку делает у себя в комнате, - ответил Никита, поставив на стул пакет.
- Кстати, он тебе не говорил?
- Про что?
- Про собрание.
- Нет. Когда будет? – спросила Екатерина.
- В семь тридцать двадцать пятого, - ответил Никита.
- Ой…, - ойкнула Екатерина, - а вообще-то…, вообще-то успею, наверное, и на собрание сходить и в Аэропорт. Марк прилетает вечером. Уточнишь, во сколько, ладно?
- Ладно, уточню. Каким рейсом, знаешь?
- Нет. Не знаю. После ужина позвоню Аркадию, уточню, - говорила Екатерина, выгружая из пакета на стол продукты.
- Ты ему сегодня лучше не звони, - остановился Никита с нарезками сыра и колбасы в руках у холодильника.
- Почему? – вопросительно смотрела в глаза супруга Екатерина. - У него неприятности? Что-то произошло?
- Кать, а ты что, не в курсе? Гелька тебе не позвонила и не сообщила?
- Никит, о чём? О чём мне Гелька должна была сообщить, - заволновалась Екатерина, сразу подумав о старшем сыне.
- Понятно…, значит, ты не смотрела…, - покачал головой Никита.
- Никит?
- Хайман сегодня интервью дал Камалову, - ответил Никита на её немой вопрос. – Я думаю, сейчас, вернее сегодня, Аркадия не стоит беспокоить.
- Хм…, а ты читал коммены, когда я пришла, да? – прищурившись, спросила Екатерина.
- Да. У «Тёрки» снова рейтинг взлетел. Миллионы просмотров, а комментариев…, каких только нет…
- А ты что скажешь? Какой твой комментарий? – спросила Екатерина.
- Аркадий меняется. Будь готова к встрече со свекровью, - хохотнул Никита.
- С кем? Со свекровью? – переспросила Екатерина. - Твоя мама приедет?
- Не моя…, его. Я о Ларисе Васильевне говорю. Я не знаю, как она тебе будет приходиться, но Марик…, Марик её внук, причём кровный. Мне кажется, на каникулах произойдёт их знакомство.