Лев Матвеевич часто роптал на свою участь, а может, даже не столько на судьбу, сколько на покойных родителей. Именно они воспитали в маленьком Лёве честность и неустанно внушали ему главное правило жизни — не кради. Позже Лев Матвеевич узнал, что это была не просто родительская мудрость, а одна из заповедей Божьих.
Прошли годы. Лев Матвеевич Эйсман стал адвокатом, создал семью, стал отцом. И вот когда зрелый мужчина твёрдо встал на ноги, начались его мытарства.
Особенно тяжело приходилось Льву Матвеевичу, когда жена устраивала свои обычные сцены: «Что же ты за муж такой никудышный? У всех мужья как мужья — всё в дом, всё в дом. И ничего, нормально. А тут выискался на мою голову! Не может он взять чужое. Да не чужое, Лёва, не чужое, а ничьё, государственное!»
Жена дважды уходила из дома, но возвращалась — куда деваться иногородней женщине с двенадцатилетним сыном-оболтусом? Когда сыну было пять, Лев Матвеевич попытался привить ему родительские правила, но супруга категорически воспротивилась: «Не смей сына превращать в ничтожество!»
Жизнь Льва Матвеевича не задалась. В очередной раз, доведённый до отчаяния упрёками жены, он сказал: «Ладно. Будь что будет». На следующий день, работая грузчиком в крупном супермаркете (хотя имел высшее образование и был когда-то успешным адвокатом), он решился на кражу.
По сути, из-за своей честности (нужно было на «кое-что» закрыть глаза) адвоката Эйсмана уволили с работы. Юрист не стал ничего объяснять и доказывать — ему было омерзительно находиться в коллективе, где царили иные ценности.
И так, в конце рабочего дня, пока никто не видел, грузчик украл две бутылки списанного молока и принёс их домой. «Вот, — сказал Лев Матвеевич, ставя бутылки на кухонный стол, — украл». Жена, со слезами на глазах, обрадовалась прогрессу мужа. Но радость быстро сменилась яростью, когда выяснилось, что молоко оказалось просроченным и скисшим.
Тогда у Льва Матвеевича возникла крамольная мысль: «Не кради — Божья заповедь. Но, похоже, умение воровать — это Божий дар»
Художник: Владимир Любаров