Найти в Дзене
Что почитать?

5 интересных книг русской прозы: выходим из сумрака

Принято считать, что современная русская литература представляет собой бесконечную хтонь, панельки и свинцовое небо. Навязчивый стереотип прочно засел в головах, но если отодвинуть эту пыльную штору, за ней обнаруживается совершенно другой мир. Сегодняшние авторы создают удивительные вселенные. Современная проза, которая умеет быть уязвимой, говорит с прошлым на равных и превращает фольклор в высокий стиль. Я собрал для вас шесть книг, которые доказывают: наша литература сейчас переживает потрясающий, живой период. Здесь семейные тайны сплетаются с исландской магией, а личные драмы становятся поводом для большой литературы. Начнем с того, как мы помним. Елена Минкина-Тайчер в романе «Синдром разбитого сердца» делает нечто важное: она превращает историю одной петербургской семьи в живой опыт читателя. Для неё Петербург стал полноценным персонажем, дышащим сырым воздухом каналов и хранящий тайны в дворах-колодцах. Получилась масштабная сага, где диагноз «разбитое сердце» становится мет
Оглавление

Принято считать, что современная русская литература представляет собой бесконечную хтонь, панельки и свинцовое небо. Навязчивый стереотип прочно засел в головах, но если отодвинуть эту пыльную штору, за ней обнаруживается совершенно другой мир.

Сегодняшние авторы создают удивительные вселенные. Современная проза, которая умеет быть уязвимой, говорит с прошлым на равных и превращает фольклор в высокий стиль.

Я собрал для вас шесть книг, которые доказывают: наша литература сейчас переживает потрясающий, живой период. Здесь семейные тайны сплетаются с исландской магией, а личные драмы становятся поводом для большой литературы.

Когда город и память — главные герои

Начнем с того, как мы помним. Елена Минкина-Тайчер в романе «Синдром разбитого сердца» делает нечто важное: она превращает историю одной петербургской семьи в живой опыт читателя.

Для неё Петербург стал полноценным персонажем, дышащим сырым воздухом каналов и хранящий тайны в дворах-колодцах. Получилась масштабная сага, где диагноз «разбитое сердце» становится метафорой целого столетия.

Автор виртуозно показывает любовь, которая существует вопреки обстоятельствам, времени и быту. Вышло идеальное чтение для тех, кто ищет в книгах глубокую связь поколений и то самое, почти осязаемое чувство рода.

Тему памяти, но уже совсем в другом регистре, подхватывает Карина Добротворская в книге «Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Серёже».

-2

Здесь мы попадаем в наэлектризованный Петербург 90-х — время видеосалонов, кинокритиков и абсолютной внутренней свободы. По стилю предельно честный текст.

Добротворская выбирает эпистолярный жанр, чтобы зафиксировать любовь, которая меняет форму, но не исчезает. Её письма стали способом пересобрать себя заново, превратить боль утраты в светлую, хоть и пронзительную, ностальгию. Книга завораживает своей искренностью и смелостью говорить о чувствах в полный голос.

Анатомия чувств и страх счастья

Если Добротворская пишет о любви, которая была, то Марина Степнова в «Безбожном переулке» исследует любовь, которой мы боимся.

-3

Степнова — мастер психологической прозы. Она препарирует душу своего героя, доктора Огарёва, с хирургической точностью.

Получился роман о том, как привычка к несчастью становится зоной комфорта, и как страшно бывает впустить в жизнь настоящее, беспричинное счастье.

Степнова пишет густо, плотно, её текст заставляет узнавать в героях собственные потаенные страхи. Мощная проза о взрослении души и о том, как важно вовремя разрешить себе любить.

Мифы, сказки и новая реальность

Самое интересное происходит там, где авторы берутся переосмыслять сказки. И делают это с размахом.

Возьмите «Финиста — ясного сокола» Андрея Рубанова, настоящий эпос. Рубанов берет знакомый с детства сюжет и разворачивает его в грандиозное полотно. Его Марья, стаптывающая железные сапоги, — просто гимн человеческому упорству и воле.

-4

Здесь сказка обретает плоть, кровь и логику большого романа. Автор убедительно показывает: мир меняют не только законы, но и сильные чувства. Это серьезная литература, которая возвращает нам веру в силу намерения.

В том же поле, но с другой интонацией, работает Марина Вишневецкая. Её «Кащей и Ягда, или Небесные яблоки» стали изысканным культурным пазлом.

-5

Вишневецкая создает текст, где славянский миф встречается с библейскими мотивами и историей о Ромео и Джульетте. Книга о первой любви, которая становится инициацией, испытанием и судьбой. Автор использует богатый, насыщенный язык, превращая чтение в погружение в древнюю, но вечно актуальную историю.

А если вам хочется магии, от которой веет холодом и солью, открывайте «Когда запоют мертвецы» Уны Харт. Русская писательница блестяще переносит нас в Исландию XVII века. Магический реализм здесь суровый, бытовой и невероятно убедительный.

-6

История Дисы, которая выбирает путь знаний и становится ведьмой, — это рассказ о поиске свободы и своего голоса. Харт создает атмосферный мир, где магия — часть повседневности, а любовь — всегда риск.

Почему прозу стоит читать?

Эти книги — отличный антидот от серости. Они напоминают, что русская проза умеет быть разной: сказочной, стильной, глубоко личной и невероятно увлекательной. Соберите из них свой личный шорт-лист, и вы увидите, как много цвета и жизни в современной литературе. Приятного чтения!