Сотрудничество Казахстана и структур Совета Европы в 2025 году вышло на новый уровень. В фокусе внимания европейских экспертов – не только экономика, но и системные изменения в правовом поле: от защиты прав человека до антикоррупционных стандартов. Как эти реформы воспринимаются в Брюсселе и удалось ли государственным институтам доказать свою эффективность на международном уровне? Итоги года в интервью Azattyq Rýhy подводит директор проектов журнала «Diplomatic World» Альберто Туркстра.
– Альберто, весной 2025 года в Страсбурге вы говорили о том, что Казахстан входит в «новую фазу развития». Если смотреть из декабря: этот прогноз оправдался? Кем стал Казахстан для Европы к концу года?
– Главный итог года в том, что Казахстан окончательно закрепился в статусе «Средней державы» (Middle Power). В условиях глобальной турбулентности именно такие страны становятся главными стабилизаторами международной системы. Для Европы вы перестали быть просто «постсоветской территорией» или транзитным коридором. Вы стали самостоятельным игроком, способным наводить мосты. Европейский бизнес видит: Астана проводит курс на диверсификацию и модернизацию, и это вызывает доверие. Мы видим, что модель «Сильный президент – влиятельный Парламент – подотчетное правительство» – это не лозунг, а работающая схема, которая делает политическую систему более устойчивой.
– В своих статьях вы часто делаете акцент на верховенстве права. Одним из главных проектов Токаева было создание Конституционного суда. Спустя время, как вы оцениваете его эффективность?
– Это один из самых успешных кейсов реформ. Цифры говорят сами за себя. К апрелю 2025 года Конституционный суд принял около 9 900 обращений от граждан и вынес более 400 постановлений. Это колоссальный сдвиг в общественном сознании. Люди поняли, что у них есть реальный инструмент защиты своих прав, который работает независимо от исполнительной власти. В Совете Европы (PACE) высоко оценили этот прогресс. Эльвира Азимова, председатель КС, на слушаниях в Страсбурге четко показала, как конституционный контроль обеспечивает стабильность госуправления. Для европейских инвесторов наличие работающего, независимого арбитра – это сигнал «зеленого света». Это значит, что в стране действуют правила, а не телефонное право.
– Президент Токаев объявил принцип «Закон и Порядок» базовым. Видит ли Запад результаты в чувствительных сферах, например, в правах человека?
– Да, и здесь есть конкретный прорыв. Принятие закона о криминализации бытового насилия стало мощным сигналом для Брюсселя. Мы видим, что Казахстан стремится интегрировать европейские стандарты, ориентируясь на нормы Стамбульской конвенции. Введение административной и уголовной ответственности за то, что раньше считалось «семейным делом» – это цивилизационный скачок. Кроме того, сотрудничество с Группой государств против коррупции (GRECO) показывает, что Астана не боится внешнего аудита. Отчеты GRECO подтверждают: борьба с коррупцией в Казахстане системна, и власть понимает, что прозрачность – это основа экономического роста.
– Вы писали о необходимости «деолигархизации» экономики. Удалось ли Казахстану в 2025 году изменить правила игры в бизнесе?
– Это сложный процесс, но вектор выбран верно. Диагноз, который поставила администрация Токаева, был точным: чрезмерное присутствие государства и монополий сдерживало потенциал страны. В 2025 году мы увидели реальные шаги по созданию равных условий. Для Европы это критически важно. Мы заинтересованы не в том, чтобы договариваться с отдельными олигархами, а в том, чтобы работать на открытом рынке. Инвестиции из ЕС, которые превысили 11 млрд долларов, подтверждают: европейский капитал верит в «Новый Казахстан». Особенно это касается Транскаспийского маршрута (Middle Corridor) – здесь интересы Брюсселя и Астаны совпадают на 100%.
– Ваш прогноз на 2026 год: на чем стоит сосредоточиться?
– Казахстану нужно продолжать движение вверх по цепочке добавленной стоимости. Уходить от сырьевой модели к «экономике знаний». Главный ваш ресурс – это люди, человеческий капитал. Реформы, запущенные президентом Токаевым, создали каркас. Теперь задача 2026 года – наполнить этот каркас реальным содержанием: технологиями, инновациями и верховенством закона. Европа в этом процессе будет вашим надежным партнером.