Не отпускает тема русско-японской войны, есть, что называется недосказанность в этом моменте. Выслушав обвинения в том, что я искажаю факты и несправедливо очерняю царскую Россию в лице ее военной элиты, да и элиты в целом я решил поделиться материалом с фактологией о, мягко говоря, очень спорных моментах поведения высших офицеров армии и флота времен войны 1904-1905 года.
Как сражались морские офицеры
Начнем с боя в Желтом море в августе 1904м году. Корабли Тихоокеанской эскадры пошли на прорыв из осажденного Порт-Артура под командованием Вильгельма Витгефта. Прорыв не удался, русская эскадра разделилась. Броненосец «Цесаревич», крейсер «Диана» и четыре миноносца в разное время повернули в море, решив идти во Владивосток. В Порт- Артур вернулись броненосцы «Пересвет», «Ретвизан», «Победа», «Севастополь» и «Полтава», крейсер «Паллада», три миноносца и госпитальное судно «Монголия». Особого внимания заслуживает поведение тех, кто смог уйтив открытое море.
Прорываться во Владивосток или пытаться идти на встрече 2ой Тихоокеанской эскадре почему-то никто не горел желанием. Например, броненосец «Цесаревич» пришел в германскую военно-морскую базу Циндао. Немцы держали весьма благоприятный для России нейтралитет, поддерживая то, что Российская империя сражается с Японией. «Цесаревич» мог стоять в Циндао 24 часа, однако, уверен, его никто бы не погнал и после. Тот же крейсер «Новик» тоже пришел в Циндао, погрузил там 250 тонн германского угля и пошел на прорыв во Владивосток. Но офицеры во главе с капитаном «Цесаревича» предпочли интернироваться в Циндао, то есть отказаться от ведения боевых действий и оставаться в состоянии ограничения свободы под немецкой властью.
Крейсер «Диана» дошел до Сайгона, куда идти было в три раза дольше, чем до Владивостока. По словам офицеров «Дианы», в Сайгоне французские власти хорошо отнеслись к русским, дали уголь, обеспечили ремонт крейсера и даже не заикались об интернировании его. «Диана» прибыла в Сайгон 12 августа и могла стоять там, сколько угодно, и уйти, когда угодно. Однако великий князь Алексей Александрович в Петербурге думал иначе. 22 августа в 11 часов утра в Сайгон прибыла телеграмма: «Генерал-адмирал приказал крейсеру кончать кампанию, спустить флаг и разоружиться по указанию французских властей». Никто не подумал ослушаться такого приказа
Командир крейсера «Аскольд» Рейценштейн утвержадл, что «без докового ремонта крейсер не мог совершить безопасного плавания на океанской зыби». Но вот до Шанхая «Аскольд» дошел благополучно, даже не подумав идти во Владивосток. 30 июля «Аскольд» прибыл в Шанхай, а вскоре туда прибыл миноносец «Грозовой». И опять местные, то есть китайские, власти не предлагали интернироваться русским кораблям, а разрешили закупить 8800 тонн высококачественного кардиффского угля. «Аскольд», как и «Диана», мог уйти не только во Владивосток, но и на Балтику на соединение со 2-й Тихоокеанской эскадрой. Однако капитан крейсера решил иначе. 11 августа «Аскольд» и «Грозовой» спустили флаги.
Миноносцы «Бесшумный», «Бесстрашный» и «Беспощадный» ушли в Циндао и разоружились вместе с «Цесаревичем».
На прорыв во Владивосток отважился лишь капитан 2-го ранга М.Ф. Шульц — командир легкого крейсера «Новик». Крейсер зашел в Циндао, заправился углем и в ночь на 30 июля вышел во Владивосток. Шульц решил обойти Японию и пройти через пролив Лаперуза. Поскольку угля было израсходовано больше, чем планировалось, «Новик» зашел на Корсаковский пост на юге Сахалина. Там он был обнаружен японским легким крейсером «Цусима». Приняв уголь, «Новик» 7 августа пошел на прорыв, но получил три подводные пробоины. «Новик» вернулся к Корсаковскому посту и там был затоплен на мелководье. Команда его съехала на берег. Часть команды осталась для охраны крейсера, а остальные сумели добраться до Владивостока.
Кто принял бой, а кто просто так достался японцам
А что с кораблями, которые не смогли прорваться из Порт-Артура в море? Находим у Александра Широкорада следующие данные: «Броненосец «Севастополь» честно принял бой и стал единственным броненосцем, не ставшим трофеем японцев. После сдачи Порт-Артура высокие морские чины и комендант Стессель утвержадли, что корабли Порт-Артурской эскадры перед капитуляцией взорваны специальными зарядами, доставленными на борт, торпедированы и т.д.
Но вопреки этому вранью 29 июня 1905 г. был поднят «Пересвет», 22 сентября — «Ретвизан», 17 октября — «Победа». 8 июля была поднята «Полтава», а 21 июля (все по новому стилю) японцы переименовали ее в «Танго». Ремонт поднятых броненосцев японцы начали в Порт-Артуре, точнее, в Рёдзюне, так японцы стали называли этот город. Оттуда броненосцы своим ходом отправились в Японию для дальнейшего ремонта и модернизации. «Ретвизан», переименованный в «Хидзен», ремонтировался с января 1906 г. по ноябрь 1908 г. Ремонт и модернизация «Пересвета» («Сагами») и «Победы» («Суво») также затянулись до 1908 г.
Минные крейсера «Гайдамак» и «Всадник» были затоплены в Порт- Артуре 20 и 2 декабря 1904 г., а в 1906 г. введены в строй японского флота под названиями «Сикинами» и «Макикумо». Миноносец «Сильный» в середине 1905 г. стал «Фумидзуки». «Ангара» была поднята 29 апреля (12 мая) 1905 г., и в том же году в качестве вспомогательного крейсера «Анегава» вошла в строй японского флота.
А что во Второй Тихоокеанской эскадре?
А Цусимское сражение? Моряки в нем покрыли себя неувядающей славой. А вот например адмирал Небогатов, который должен был принять командование эскадрой в ходе боя? После передачи ему командования вместо того, чтобы прорываться с боем Небогатов решил сдаться. Он приказал застопорить машины и поднять международный сигнал о сдаче корабля. При этом сами японцы были уверены, что русские будут сражаться, и не поняли поднятого флагманом Небогатова «Николаем I» сигнала. Тогда по приказу Небогатова на «Николае I», а затем и на других кораблях отряда были подняты на стеньгах и гафеле японские военноморские флаги. Вы можете себе такое представить в ходе Великой Отечественной войны? Небогатова, кстати, даже судили, но он отсидел символический срок и был выпущен на свободу.
На броненосец «Николай I» прибыл японские офицеры в количестве 10 человек, такие же партии прибыли также и на «Генерал-адмирал Апраксин», «Адмирал Сенявин» и «Орел».
Но были и те, кто решил не слушать трусливого адмирала. Опять же у А.Широкорада: «На крейсере «Изумруд» поначалу отрепетировали сигнал флагмана и начали поднимать японские флаги. Но, быстро спохватившись, командир крейсера, капитан 2-го ранга В.Н. Ферзен приказал немедленно спустить сигнальные флаги. Затем Ферзен приказал дать полный ход и идти на прорыв. «Изумруд» в течение почти трех часов держал скорость около 24 узлов. Два наиболее быстроходных японских крейсера — «Читосе» и «Касаги» — попытались преследовать «Изумруд», но вскоре отстали. Но во Владивосток Ферзен не пошел, а выбрал путь севернее на 300 миль севернее — в бухту Святого Владимира, опасаясь японских судов у Владивостока.
В итоге в районе бухты «Изумруд» налетел на камни и застрял, накренившись на 40° на правый борт. Из-за опасений командира корабля 19 мая крейсер был взорван. Экипаж пешком двинулся во Владивосток. Моряков «Изумруда» торжественно, с оркестром встретили во Владивостоке как героев. Впоследствии Ферзен получил в награду золотое оружие с надписью «За храбрость» и стал вице-адмиралом – на фоне сдавшихся чинов он выглядел героем, хотя и потерял свой корабль.
В отличие от Ферзена капитаны крейсера «Алмаз» и миноносца «Бравый» не испугались мифической японской эскадры у Владивостока. В бою 14 мая «Алмаз» выпустил из своих 75-мм и 47-мм пушек 350 снарядов и потерял убитыми и ранеными 16 человек. Ночью крейсер взял курс к японскому берегу, затем шел вдоль него на север со скоростью 15—16 узлов, а утром 16 мая прибыл во Владивосток. Тем же путем прошел и миноносец «Бравый».»
Если посмотреть на итог Цусимского сражения, то можно ахнуть. Результатом его стало самым позорным эпизодом российского флота за все время его существования. В результате были уничтожены японцами или своими экипажами: броненосцы «Бородино», «Александр III», «Князь Суворов», «Ослябя», «Наварин», «Сисой Великий» и «Адмирал Ушаков»; броненосные крейсера «Адмирал Нахимов», «Дмитрий Донской», «Владимир Мономах»; бронепалубные крейсера «Светлана» и «Изумруд»; вспомогательный крейсер «Урал»; миноносцы «Буйный», «Блестящий», «Быстрый», «Безупречный» и «Громкий».
Сдались японцам: броненосцы «Орел», «Николай I», «Адмирал Сенявин», «Генерал-адмирал Апраксин»; миноносец «Бедовый». В том же 1905 г. все эти корабли были введены в состав японского флота под названиями «Ивами», «Ики», «Мисима», «Окиносима» и «Сацюки».
Крейсера «Олег», «Аврора» и «Жемчуг» интернированы в Маниле, а миноносец «Бодрый» — в Шанхае.
Во Владивосток прибыли лишь крейсер «Алмаз» и миноносцы «Бравый» и «Грозный».
На 2-й и 3-й Тихоокеанских эскадрах были убиты и утонули: офицеров — 208 человек, кондукторов — 75, нижних чинов — 4761; всего 5044 человека. Более 800 человек были ранены и контужены. Часть из них умерли в японском плену. Остались на интернированных кораблях 2110 человек. Прорвались во Владивосток 870 человек. Были отпущены японцами в Россию 540 человек. Всего личный состав 2-й Тихоокеанской эскадры перед Цусимским сражением составлял 16 170 человек.
Японцы потеряли 88 человек убитыми, 22 раненых умерли на кораблях, 7 умерли в госпиталях. Финансовые убытки России, понесенные в Цусимском сражении, составили астрономические 185 миллионов рублей, из которых 135 миллионов — это стоимость утраченных и взятых в плен боевых кораблей.
Очень хочется привести цитату из книги П.К. Худякова «Путь к Цусиме»: «Наш матрос А. Затертый, попавший в плен с “Орла”, на переходе в порт Майдзуру был взят на броненосец “Асахи”. И вот что он видал перед собою: “Мы были крайне поражены тем, что этот корабль ничуть не пострадал от нашей артиллерии. Он имел такой вид, как буд то его сейчас вывели из ремонта. Даже краска на орудиях не сгорела.Внутри броненосца мы поражались чистотой, опрятностью, практичностью и целесообразностью устройства. У нас на новых броненосцах типа “Бородино” для каких-нибудь тридцати человек офицеров отводилась целая половина корабля; ее загромождали каютами, а они во время боя только увеличивали пожары; а в другую половину корабля у нас были втиснуты не только до 900 человек матросов, но и артиллерия, и подъемники. А у нашего противника на корабле все было использовано главным образом для пушек. Затем нам резко бросилось в глаза отсутствие между офицерами и матросами той розни, какую на каждом шагу встречаешь у нас; там же, наоборот, чувствовались между ними какая-то сплоченность, родственный дух и общие интересы. Тут только впервые мы и узнали по-настоящему, с кем мы имели дело в бою и что такое японцы”».
А потом многие удивляются, почему морячки весной 1917 года пошли срезать золотые погоны офицерам.
Реакция элиты
А что Николай II после позорного поражения? Запись в царском дневнике от 17 мая: «Тяжелые и противоречивые известия продолжали приходить относительно неудачного боя в Цусимском проливе. Имел три доклада. Гуляли вдвоем. Погода была чудная, жаркая. Пили чай и обедали на балконе. Вечером долго принимал Булыгина и Трепова». «Неудачный бой» немного испортил настроение помазаннику Божьему, выглядит это так. Подумаешь, тысячи жертв и миллионные убытки?
Да и другие элитарии не особо расстроились. Начальник военно-морского отдела штаба командующего флотом великий князь Кирилл Владимирович, выживший после взрыва «Петропавловска» еще в авпреле 1904 покинул театр военных действий и после аудиенции у царя немедленно выехал в Кобург, в Германию.
Его брат, Борис Владимирович, 30 июля 1904 г. фронта был отправлен в Петербург для «принесения поздравления» Его Величеству в связи с рождением наследника. Обрадованный царь Николай пожаловал своему кузену золотое оружие с надписью «За храбрость» и чин штаб-ротмистра, после чего великий князь Борис Владимирович убыл за рубеж до 1908 г.
Больше никто из десятков великих князей императорской крови не изъявил никакого желания ехать в Маньчжурию или плыть к Цусиме в составе эскадры Рожественского. Будут правы и те, кто будет говорить что причина чудовищного разгрома в отсутствии нормальных приборов наведения для корабельных орудий, отвратительных зарядах и порохах. Но не стоит забывать, что, рыба гнила с головы, и неудивительно что такая система через 10 с небольшим лет рухнула. Можно долго рассуждать о том насколько велика вина и Николая II в таком положении дел, однако, думаю каждый согласиться что она точно присутствует.