Малина в ладонях, тёплое солнце на плечах, путешествия в лес, и кот Шейх, который повсюду ходит за тобой, будто собака. Ксюше тогда было десять. Она захотела помочь бабушке — как взрослая. Протянула руки к кастрюле с горячим компотом и сказала: — Бабушка, я сама. Стол чуть накренился. Кастрюля — тоже. Потом был звук, который невозможно забыть, и горячая волна, обрушившаяся на ноги и руки. Ксюша закричала — как кричат, когда боль приходит внезапно, без предупреждения. Лето оборвалось. Вместо запаха скошенной травы — запах больничной палаты. Вместо ягод — перевязки. Вместо игр — дни и ночи, в которых боль — не чувство, а фон, на котором медленно происходит жизнь. Ксюша смотрела в зеркало и видела то, чего не хотела видеть: шрамы — как память о том дне. Словно он никогда не закончится. Сейчас Ксюше четырнадцать. Она выросла — красивая, тихая, внимательная к деталям. Выбирает одежду так, будто строит крепость: длинные рукава, длинные юбки. Чтобы никто не увидел. Чтобы никто не д