Чтобы быть красивой нужно хорошенько помучиться. Это я поняла еще в детстве, когда мама ложилась спать с жутко неудобными бигуди в волосах и когда с самого начала весны она нещадно мучила себя диетами, чтобы потом летом влезть в любимый купальник.
Сегодня мне вновь вспомнилась эта фраза, когда меня запихивали в платье с ужасно тугим корсетом. Двигаться в нем было ужасно неудобно, да что там двигаться, даже лишний вдох давался мне с трудом.
На самом деле ничего удивительного. На вечере будут богатые, должно быть интеллигентные люди. Ну, любят они стилизованные вечеринки, ничего не поделаешь. Это вам не посиделки с пивом и друзьями у телевизора. Нужно показать себя на высоте.
До наступления вечера я не должна была ни с кем сталкиваться. Именно из этих соображений Оля отправила меня ждать ее в комнате с золотой лилией на двери.
Но черт возьми, когда я преодолела длинный коридор, меня настигло замешательство, ведь все двери здесь были в золотых лилиях! Я нерешительно потопталась, переводя взгляд то на одну дверь, то на другую. Звук моих каблуков отдавался эхом по стенам коридора.
Когда терпение кончилось, я на удачу дернула ручку ближайшей двери и та с протяжным скрипом больше похожим на надрывный стон открылась. Затхлый запах тут же ударил мне в нос. Повсюду были коробки, наваленные друг на друга. На старом кресле-качалке уныло висела какая-то ткань, возможно, раньше это было рубашкой.
В помещении горела одинокая лампа. Пылинки под ее светом печально кружились в воздухе. Слева стоял шкаф до отказа набитый каким-то хламом. А под ногами шуршали газеты и журналы, которыми был усеян весь пол. А рядом со шкафом, завалившись на него, лежал чей-то одинокий ботинок. Кажется, еще немного, и я смогу собрать целый костюм.
Это место было странным и вызывало лишь отторжение. Скривившись от мерзкого запаха, я уже хотела уйти, но тут на моих глазах одинокий ботинок у шкафа, все это время неподвижный, вдруг дернулся.
По моему телу прошелся холодок. Сердце в тревоге сжалось. Торопливо я заглянула за шкаф. Увиденное заставило меня ахнуть. На полу лежал парень, его глаза были плотно закрыты, а волосы взлохмачены.
Я сразу же опустилась на колени рядом с ним. Дрожащими руками нашла на бледной шее артерию и, затаив дыхание, принялась ждать заветного стука под пальцами. К моему облегчению пульс я нащупала сразу же.
И на удивление вместо слабого биения, которое я ожидала почувствовать, пульс был ровным и отчетливым. Нахмурившись, я перевела взгляд с лица на тело парня. Ни повреждений, ни царапин.
– Эй, ты как? - я потрясла его за плечо.
– А сама как думаешь? Ввалилась сюда и еще разбудила, - хриплым голосом пожаловался он, - Не стыдно?
Его глаза резко распахнулись. Он смотрел на меня неотрывно, видимо, ожидая ответа. Между его бровей появилась глубокая складка.
– Ясно. Я-то думала…
Чудак, предпочитающий пол мягкой кровати, весь скривился при звуке моего голоса и резко перебил меня:
– Говори тише. Голова раскалывается.
– Я думала ты умираешь вообще-то, - сказала я уже тише.
– Да неужели? - на его губах появилась вялая усмешка, - Все в округе знают, что это мое место. Думаешь, я поверю, что ты пришла сюда по незнанию?
Очень жаль, ведь я действительно здесь именно по этой причине. Оля могла бы предупредить, что здесь бродят подобные фрики.
– Ты меня раскусил. Я просто пришла отобрать твою чудесную каморку.
– Строй из себя дуру дальше, - он лишь раздраженно фыркнул, а затем облизнул пересохшие губы.
Я молча подала ему бутылку воды. Парень дрожащими руками открутил крышу и жадно припал к бутылке. Напившись, он удовлетворенно улыбнулся и откинулся обратно на свою импровизированную кровать из газет.
– По доброте душевной дам совет. Лучше вали отсюда. Ты конечно красивая и все такое. Но ты хоть знаешь сколько девушек было у Виктора? Тебе никогда его не захапать.
Я только усмехнулась. Что я вообще здесь делаю и зачем говорю с этим чудаком? Кажется, незнакомец, принял мою кривую усмешку за обиду, потому что далее поспешно добавил:
– Не обижайся. Скажу банальность. Но дело не в тебе, а в нем. Он еще тот сукин сын, ты бы знала..
Бессвязные предложения полупьяного чудика вряд ли представляли хоть какую-то ценность. Я встала и свет, все это время прячущийся за моей фигурой, ударил парню в лицо. Он взвыл и сразу же накинул плед себе на голову. Не прошло и пары минут как из под пледа я услышала мерное посапывание.
Я тихо закрыла за собой дверь и тяжело выдохнула.
– Прости-прости. Нужно было сказать тебе заранее, - из соседней двери показалась Оля. Видимо, услышала шум.
– Кто он?
– Младший брат Виктора, Макс.
Я ошарашенно посмотрела на Олю.
– Этот человек, спящий на газетах? - недоверчиво переспросила я.
– О, Макс умеет удивлять.
На самом деле не то чтобы мне было интересно. Спустя пару пролетов мы наконец-то оказались в главном зале, где уже в самом разгаре проходила вечеринка. Моя задача была проста - пообщаться немного со всеми и завести полезные знакомства для своей сестры.
Повсюду доносились голоса. Легкий смех, переплетаясь с ненавязчивой музыкой, разносился по залу. Дамы были одеты в дорогие платья все как на подбор. Мужчины в смокингах, цена которых явно превышала шестизначную сумму.
Не успела я все как следует рассмотреть, как одна из подруг сестры, Эмма, взяла меня за руку и повела знакомить с остальными писательницами.
Беседа лилась, как и шампанское в бокалы гостей. Стоило одной из нас отпить хотя бы глоток, сразу же из толпы гостей выбегал официант и услужливо наполнял бокалы снова. Такая услужливость может выйти мне боком, если напьюсь и все испорчу, сестра меня убьет. Поэтому я намеренно пила как можно меньше.
– Вы уже читали новую книгу Лизы? Она просто великолепная, - невинно брошенная фраза одной из девушек заставила меня еле заметно напрячься.
– Да, конечно, жалко ее нет с нами сегодня, - все закивали и я словно пустоголовая неваляшка закивала с остальными, расхваливая книгу, даже названия которой я не знала.
А если они захотят обсудить сюжет, что мне делать? Эта беспокойная мысль не давала мне покоя. И не зря.
– А концовка такая запоминающаяся, правда? - словно читая мои мысли спросила Эмма и выжидающе посмотрела на меня.
– Да, очень, - я согласно кивнула.
– А сам эпилог?
Вновь все закивали, и я вслед за ними. Странно, но после пятиминутного обсуждения я так и не поняла: а в чем был сюжет книги? Все повторяли: “Концовка чудесна”, “Начало интригует”. А на деле я знала лишь название книги - “Орхидея”. Если книга настолько хороша, то почему тогда никто не говорил о сценах в книге?
У меня закрались кое-какие подозрения, и мне очень захотелось их проверить. Я бросила очень небрежно как бы между прочим:
– Мне понравилась главная героиня. Она верно поступила, что бросила учебу и пошла торговать орхидеями, чтобы вылечить свою больную мать. Это очень благородно.
Все на мгновение замолчали, и мое сердце забилось быстрее. Неужели я ошиблась? Неужели я была слишком самоуверенной? Но вот спустя долгие минуты девушки вновь активно закивали и восторги с новой силой полились из их ртов.
Ха! Так я и думала, никто не читал эту книгу. Мне пришлось закусить губу, чтобы не засмеяться. Вечер с каждой секундой становился еще более веселым.
Я бы с удовольствием, придумала что-нибудь еще, но времени было не так много, нужно было пообщаться и с другими людьми. Я вежливо откланялась. Но не пройдя и пары шагов меня нагнала Эмма.
Она приблизилась ко мне и тихо шепнула:
– Анна, не оставайся долго одна.