Люди любят «поглазеть на смерть и посудачить». Это связано с непереносимостью мысли о своей собственной кончине. Смерть есть понятие и представление, а также совокупность отношений Мыслящего-«Я». (Однако вопрос о том, мысль их вызывает или, наоборот, они порождают мысли, требует отдельного рассмотрения.)
Люди считают, что их бытиё зависит от внешнего физического мира и сопровождается возникновением множеств взаимосвязей с ним. Смерть же предполагает их разрыв.
Личность-«Я» (мало кто понимает, что это такое) кажется им абстрактной, неуловимой и изменчивой, но вместе с тем достаточно устойчивой, «духовной». А мир как «совокупность вещей» видится конкретным и ощутимым, материальным и постоянным в основе своей (хотя и меняющимся). Поэтому смерть воспринимается как покидание «Я» «вечно» существующей «реальности» и растворение в небытии. Но если та остаётся, а «Я» исчезает, что происходит с отношениями, которые их прежде соединяли?
По логике и практике разума со смертью личности они, являясь принадлежностью окружающей действительности, должны прерваться, что обязательно на ней отразится. И люди пристально вглядываются в мгновения чужого ухода, пытаясь уловить перемены в мире и неосознанно проецируя ситуацию на себя: «А что и как поменяется в нём в момент моей смерти? Ведь обязательно должно что-то произойти, раз меня не будет?»
Этот любопытствующий интерес к чужой, но потенциально к своей смерти – один из источников садизма и жестокости. Причём человек подсознательно испытывает облегчение от того, что умирает всё-таки другой, а не он. Его «Я» пытается отождествить себя с умирающим и вообразить возможные ассоциативные ощущения, как бы переживая вместо чужой свою собственную смерть, но при этом оставаясь в живых.
Здесь проявляется внутренняя тяга человека к смерти, её «отталкивающая притягательность». Она оказывается тем шагом, который Мыслящий-«Я» не в силах совершить, потому что нельзя стать мёртвым (не-«Я»), одновременно оставаясь живым. Так между жизнью и смертью возникает непреодолимый барьер, разделяющий их.
С другой стороны, за свою жизнь каждый из нас «умирает» бессчётное число раз в моменты засыпания и при сменах сновидений, при перескакивании с одной мысли на другую. И наконец, – в каждом следующем дискретном мгновении настоящего, отрицающем и уничтожающем предыдущее.
Можно сказать, что «естественным» состоянием человека является именно смерть. А жизнь есть субъективная «игра» мышления, памяти и воображения, процесс сохранения отдельных фрагментов восприятий и составления из них виртуальных «посмертных» представлений и отношений, которые не существуют в «реальности» (как и сама она).
И если жизнь – мультипликатно-дискретная, линейно-логическая совокупность представлений и отношений мышления, то её прекращение означает всего лишь (?!) исчезновение тех. А истинная смерть есть возвращение в Ничто.
Но тогда и жизнь есть Ничто, которое само из себя, из своей всеобъемлющей Пустоты порождает вдруг по каким-то причинам отдельные Нечто-представления, которые тут же пропадают и вновь возникают (как лопающиеся пузырьки воздуха на поверхности кипящей воды), чтобы через мгновение опять исчезнуть и возродиться в новые Нечто. И это Ничто (жизни, смерти?) – вечно и неизменно (потому что оно Ничто), а все Нечто – не более чем миражи над его несуществующей «поверхностью».
Из сказанного вытекает, что смерть-Ничто есть абсолютная (скрытая) потенция всего. А жизнь – её виртуальная «игра» с собой в краткие мгновения выявлений разных Нечто. Но тогда чего нам бояться? Ведь мы, мыслимые и мыслящие фантомы, рождающиеся для познания себя в иллюзиях существования, не можем умереть, так как мертвы изначально!
Неплохо получилось, не правда ли? Так сказать, отрицание отрицания ради утверждения отрицания. Но это – всего лишь слова, игры разума в термины и понятия.
Как я не раз писал, нет нигде и ничего, кроме сознаний, создающих, воспринимающих и преобразующих идеи. А жизнь – иерархическая структура представлений и отношений, которые они порождают в своём мышлении и в которых неизменно пребывают. Посредством виртуального Мыслимого-бытия Мыслящие-«Я» пытаются узреть и понять самих себя. Но их там нет, есть лишь вечная и неизменная пустота Ничто («То»).
Нашими мыслями, словами и делами мы на самом деле всегда стараемся познать свои отношения с помощью них же, через «лупу» одних отношений рассматривая другие. Однако они – не только объекты и инструменты самопознания, но и системы обратных связей, неотвратимо действующих «кармических» воздаяний и наказаний («счастья или несчастья»). И есть тот истинный «крест» (отношений, налагаемых на отношения, «пересекающих» и перечёркивающих их), который мы вынуждены нести всю жизнь.
Поэтому пусть себе люди «глазеют на смерть, судачат и смеются», относятся как могут и умеют к ней и к жизни, а в конечном счёте – к себе самим. Ведь это – их выборы, судьбы и ответственность.
***
Человек стремится к самоутверждению, связанному с формированием его «Я» как определённой (так ему кажется) основы, базиса личности. Но самоутвердиться перед кем? Он полагает, что перед другими людьми, их суждениями и оценками и в этом желании скрыты истоки его рвений к власти, богатству, «свободе».
Почему это так важно для него? Потому что Мыслящий-«Я» не способен увидеть себя иначе, кроме как в отражённых отношениях к нему других людей. Их субъективные мнения позволяют ему корректировать свою личность.
Нам всем требуются «зеркала» внешних, иных сознаний, в отображаемых бликах и тенях отношений которых мы пытаемся узреть и понять самих себя, пристально всматриваясь в них и одновременно подгоняя собственные отношения под складывающиеся в разуме модели бытия и стандарты реагирований.
Весь мир, а не только другие люди, оказывается огромным «зеркалом рефлексии», отражаясь в котором человек создаёт и «утверждает» себя. Однако Мыслимое порождается им самим, Мыслящим, посредством мышления, и он всегда вглядывается в себя и утверждается перед собой, совершая это единственно своими отношениями.
Наилучшая форма самоутверждения связана с изменениями их за счёт самопознания. Возникающая при этом новая структура отношений существенно отличается от тех моделей (подчас противостоя им), которые предлагает внешняя система «саморефлексии» – сложившееся взгляды других людей.
Человек как бы выпадает из общепринятых норм и правил поведения, становясь «белой вороной», иногда изгоем. Это может приводить к достаточно негативным для его самооценки отношениям и эмоциональным состояниям. А уверенность в избранном Пути обретается при определённых условиях, в частности:
– установлении им оптимальных критериев выбора отношений;
– наличии сил духа и воли для самоконтроля и совершенствования;
– присутствии Учителя, помогающего движению в верном направлении.
У тебя сейчас реализовано третье из них, а первое и второе, так же как успех или неудача в истинном самоутверждении, зависят от тебя. Поэтому дерзай и сражайся, иди вперёд без страха и упрёка, победа стоит того. Лишь Путь самопознания, несмотря на сопутствующие сложности, позволяет незыблемо утвердиться в себе и окружающем мире.