Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Киноафиша

Фильмы о запретной любви в СССР: как их воспринимали

Жанр – банальней не придумаешь, но сюжет... Фильм «Наш общий друг» сегодня вспоминают нечасто. Он затерялся между хрестоматийными «Кубанскими казаками» и поздними экранизациями Достоевского на ту же тему. А зря. Потому что именно здесь, в самой гуще колхозного быта начала 1960-х, Иван Пырьев сделал то, на что решались немногие: поставил любовь выше идеологии – и не стал прятать это под лозунгами. На поверхности – вполне благонадёжная история. Передовой кубанский колхоз, парторг Прохор Корниец, правильные разговоры, стенгазеты, комсомольские собрания. Всё знакомо, всё узнаваемо. Но в эту выверенную конструкцию, как подметил один из зрителей, «встроена тема любви – абсолюта, посильнее любого коммунизма». Лиза Горловая (Наталья Фатеева!), телятница и местная красавица, якобы моет по утрам лицо молоком. Пустяковая деталь оборачивается фельетоном в районной газете, травлей и пересудами. А дальше начинается главное: между Лизой и парторгом возникает чувство, которое невозможно объяснить, офо
Оглавление

Фильмы о запретной любви в СССР: как их воспринимали

Жанр – банальней не придумаешь, но сюжет...

Фильм «Наш общий друг» сегодня вспоминают нечасто. Он затерялся между хрестоматийными «Кубанскими казаками» и поздними экранизациями Достоевского на ту же тему. А зря. Потому что именно здесь, в самой гуще колхозного быта начала 1960-х, Иван Пырьев сделал то, на что решались немногие: поставил любовь выше идеологии – и не стал прятать это под лозунгами.

Колхоз как декорация для трагедии

На поверхности – вполне благонадёжная история. Передовой кубанский колхоз, парторг Прохор Корниец, правильные разговоры, стенгазеты, комсомольские собрания. Всё знакомо, всё узнаваемо.

Но в эту выверенную конструкцию, как подметил один из зрителей, «встроена тема любви – абсолюта, посильнее любого коммунизма».

Лиза Горловая (Наталья Фатеева!), телятница и местная красавица, якобы моет по утрам лицо молоком. Пустяковая деталь оборачивается фельетоном в районной газете, травлей и пересудами.

-2

А дальше начинается главное: между Лизой и парторгом возникает чувство, которое невозможно объяснить, оформить протоколом или вынести на обсуждение комитета.

Идеология требует порядка. Любовь – нет.

Лиза и Прохор полюбили друг друга в мире, где их чувства автоматически считались «неправильными» и запретными: он – женатый парторг, лицо власти и морали, она – молодая колхозница, уже оказавшаяся под прицелом общественного осуждения.

Их любовь нельзя было легализовать ни разводом, ни отъездом – система не допускала, чтобы партийный руководитель выбрал личное счастье ценой «морального облика» и спокойствия коллектива.

Парторг, который оказался человеком

-3

Прохор Корниец в исполнении Виктора Авдюшко – фигура парадоксальная. По всем канонам он должен быть «партийной совестью современности». Но вместо большого исторического пафоса он занят «малыми делами»: кого-то выручить, кого-то защитить, кого-то не дать растоптать публично.

И когда дело доходит до собственного счастья, система даё...

Читайте полный текст на сайте: https://www.kinoafisha.info/articles/dazhe-v-sssr-snimali-filmy-pro-zapretnuyu-lyubov--zriteli-hvatalis-za-serdce-i-ohali-tupik-dlya-ideologii-prigovor_id123679_a15787711/