Полине казалось, что счастье — это точка на карте. Например, санаторий «Морская чайка» на тёплом побережье, куда она привезла своих десятилетних близнецов, Матвея и Лизу. Полине тридцать три, двое детей, усталые глаза от работы и бесконечного «мам, а где...». С мужем развелись пять лет назад , дети часто болели , требовали внимания , а он тоже хотел внимания к себе .. Полина не унывала, им втроём было хорошо , дети росли послушными , после регулярного посещения бассейна стали заметно меньше болеть . Это путешествие было для всей семьи желанной мечтой, они готовились к нему весь год. Это было дополнительные подработки для Полины, частичный отказ от мороженого и кино по выходным, конечно отличные оценки в школе. И вот несколько часов полёта в большом красивом самолёте и они на море!
Дни потекли размеренно: процедуры , минеральные воды, прогулки по кипарисовой аллее, вечером когда жара спадала бродили по окрестности курортного городка или сидели в большой беседке парке, там иногда проводили конкурсы или выступали музыканты. Дети, хоть и ворчали на скуку, но большей частью с удовольствием купались ,загорали и с аппетитом ели санаторные котлеты. Полина отдыхала и чувствовала себя как раю. Всё было хорошо. Но вот однажды..
.Лиза ворвалась в номер, бледная, задыхаясь:
—Матвей... Он на море... Он сказал, только ноги помочить, но его унесло...
Мир сжался до размеров песчинки, застрявшей в горле. Полина летела по раскалённой набережной, сердце колотилось где-то в висках. Вдалеке, у скалистого мыса, клубилась небольшая толпа. Она увидела своего сына, сидящего на камнях, кашляющего водой, и высокого мужчину, который что-то ему говорил, держа за плечо.
Это был не герой с плаката. Обычный мужчина, лет сорока, в простых черных плавках, с каплями воды на плечах и следом от очков для плавания на лице. Звали его Артём. Как потом выяснилось, он был здесь один, просто плавал на дальний буй каждый день, инженер-сметчик из такого же душного города, как и она.
Матвей, откашлявшись, пробормотал:
—Я не нырял, просто подводное течение... Он вытащил.
В тот вечер Полина, всё ещё трясясь от адреналина, нашла Артёма в столовой и, с трудом подбирая слова, поблагодарила. Говорили о глупости подростков, о коварстве моря, о родительском страхе, который, кажется, вшит в ДНК. Говорили легко, как старые знакомые.
На следующий день Артём предложил научить Матвея (под своим неусыпным контролем) определять течения. Лиза, оценив ситуацию с высоты своих десяти лет , вдруг фыркнула: «Мама, а этот дядя так внимательно на тебя смотрит». Полина отмахнулась, но щёки покраснели.
Дружба зарождалась естественно, как морской бриз. Они гуляли вчетвером: Полина, Артём и двое вдруг ставших менее ершистыми подростков. Артём показывал лучшие места для панорамных фото, которые так любила Лиза, и мог часами обсуждать с Матвеем устройство подводных дронов. А вечерами, когда дети убегали на дискотеку, они сидели на террасе с видом на темнеющую воду и говорили. Обо всём. О книгах, об утратах, о несбывшихся мечтах, о том, как странно и одиноко бывает в середине пути.
Полина ловила себя на мысли, что смеётся его шуткам, что ждёт этих разговоров, что смотрит на его спокойные, немного уставшие глаза и чувствует — она не одна. Она видела, как Артём общается с её детьми — не как с несмышлёнышами, а как с личностями, с уважением и долей здоровой иронии. И дети отвечали ему тем же.
В последнюю ночь перед отъездом они шли вдоль кромки прибоя, дети остались в номере, посидеть в телефонах. Море дышало ровно и мощно.
—Знаешь, — сказал Артём, глядя на звёзды, а не на неё, — иногда судьба подкидывает странные сюжеты. Я приехал лечить спину, а нашёл... Тебя..
Полина остановилась.
—Я думала, счастье — это точка на карте. Оказалось, это — точка во времени. Вот этот миг.И не всегда это вовремя осознаёшь..
Он повернулся к ней, и в его взгляде не было ничего случайного. Только тихая, зрелая уверенность. Он взял её за руку, и пальцы сплелись сами собой, будто знали дорогу.
—А что, если не прощаться? — спросил он просто. — Что, если это только начало маршрута?
На обратном пути в автобусе Матвей, глядя в окно, сказал:
—Он крутой. Я бы хотел чтобы он был моим папой.
Лиза, прижавшись к Полине прошептала:
—Мам, ты в последнее время такая красивая и счастливая! Я люблю когда ты такая!
Полина смотрела на мелькающие за окном кипарисы и думала, что иногда жизнь, чтобы дать тебе новую любовь, должна сначала напугать до смерти. Но потом — одарить сполна. Не страстью первой встречи, а глубоким, тёплым чувством, которое рождается из благодарности, дружбы и общего молчания у моря, которое больше не разъединяет, а соединяет.