1. На ступеньках рейхстага. После окончания боев в Берлине рано утром на ступеньках Рейхстага встретились четыре солдата.
– Американский солдат, раскуривая сигару, сообщил коллегам о своем сне, в котором Дуайта Эйзенхауэра назначили Главнокомандующим всеми Вооруженными силами мира.
– Английский солдат, раскуривая сигару, сказал, что и ему приснился сон, в котором фельдмаршала Монтгомери назначили Главнокомандующим всеми Вооруженными силами мира.
– Французский солдат, прикуривая сигарету, также сообщил, о своем сне, в котором де Латра де Тассиньи назначили Главнокомандующим всеми Вооруженными силами мира.
– Советский солдат в это время изготовил самокрутку из махорки, раскурил её и сказал: «Мне тоже приснился сон, что Ваших генералов назначили. Но наш старшина их не утвердил!»
2. Обращение к тещё
Известный польский пианист и композитор Иосиф Падеревский однажды объяснял ученику, как надо играть одну из сонат Шопена:
– Эта соната навеяна воспоминаниями о любимой, и ее надо играть, как песню любви, обращенную к невесте…
Послушав некоторое время игру своего ученика, Падеревский воскликнул:
– Но Вы играете так, будто обращаетесь к тёще!
3. Не на того напали
Однажды, когда болонский живописец Аннибале Каррачи возвращался с отцом из деревни, на них напали грабители и отняли все вещи. Художник побежал на следующий день в магистратуру и подал жалобу.
– Как же мы их найдем? – удивились чиновники. – вокруг города рыщет немало разных оборванцев.
Но Аннибале протянул им пару листочков с портретами нападавших. Изображены те были настолько точно, что уже на следующее утро разбойников задержали, а вещи вернули художнику.
4. Вредное занятие
Шахматная федерация ФРГ много лет пыталась добиться от министерства финансов признания шахмат «полезным видом спорта, имеющим воспитательное значение». Такое признание позволило бы федерации получить ряд финансовых льгот. Наконец, в 1982 году признание было получено благодаря ссылке на цитату из письма прусского короля Фридриха II о том, что «шахматы воспитывают склонность к самостоятельному мышлению».
Чиновники минфина цитату проверять не стали, и зря. Конец фразы был опущен, а он гласил: «поэтому не следует их поощрять».
5. 300 тысяч зрителей
Как-то раз в Париже решили поставить пьесу из жизни Екатерины II, в которой императрица была представлена слишком легкомысленной особой. Узнав об этом, Николай I через российского посла выразил неудовольствие и потребовал, чтобы пьесу запретили. Французы ответили отказом, ссылаясь на свободу слова в их стране. Николай I попросил передать, что в таком случае он пришлет на премьеру 300 тысяч зрителей в серых солдатских шинелях. Спектакль отменили.
6. Подпись министра
Министр просвещения Иван Давыдович Делянов (тот самый, что издал известный «циркуляр о кухаркиных детях) отличался слабостью и слабоволием. Однажды он заболел. У близкого ему чиновника спросили:
– Как Иван Давыдович?
– Уже лучше, – ответил чиновник. – Значительно поправился. Еще не все бумаги читает, но уже все подписывает
7. Лев и тигры
До революции были популярны «детские анекдоты», то есть смешные рассказы из жизни детей. Предлагаю вашему вниманию один из них:
Учитель просит ученика:
- Назовите, пожалуйста, семь хищных зверей.
- Три льва и четыре тигра, господин учитель.
8. Гибель от опечатки
Знаменитый врач-терапевт Боткин однажды пришёл к больному, который лечился по книгам, выискивая в них подходящие рецепты. Сначала Боткин удивился подобному способу лечения. После нескольких минут размышлений врач сказал больному:
- Я знаю, что послужит причиной вашей смерти. Вы умрёте от опечатки!
9. Погоня за веком
Выдающийся математик Михаил Васильевич Остроградский не был модником. Как-то раз портной сшил ему модный костюм. Остроградский поморщился, разглядывая пиджак и брюки.
- Я сделал всё по моде,- закричал портной. – Вы не должны отставать от века!
- Но как же я угонюсь за веком в таких узких штанах? – резонно заметил Остроградский.
10. Пушкин жив!
В марте 1879 года состоялась премьера оперы Петра Ильича Чайковского
«Евгений Онегин». Спектакль вызвал такой ажиотаж, что в Москве у входов
в Малый театр пришлось расставить полицейских.
На одном из первых показов Чайковский за какой-то надобностью вышел на
улицу, а когда вернулся, его отказались пропускать.
- Вы обязаны меня пропустить! – возмутился Петр Ильич.
- На каком основании? – спросил полицейский.
- Потому что я – автор «Евгения Онегина»!
- Простите, Александр Сергеевич, - растерянно пробормотал страж порядка, -
А я думал, что вас убили на дуэли.