немного предыстории.
Латынь, ставшая основой медицинской терминологии, в отношении грезоподобных видений фиксировала следующий веер значений.
Это hallucinatio «бред, обман» от hallutinare - сходить с ума, заблуждаться в мыслях. Или - блуждание в разуме. Более ранняя форма - старолатинское alucinatio, «бессмысленная болтовня, несбыточные мечты». Родственный греческий вариант - ἀλύω (alussein), что означает «быть беспокойным, расстроенным». Отсюда латинское illusio (иллюзия), которое переводится как обман, насмешка. И его глагольные формы - illudere (буквально - насмехаться, обманывать) и delude (делюзия) - ввести разум в заблуждение, обмануть способность суждения.
Таким образом, иллюзорные, галлюцинаторные и бредовые переживания особо не разграничивались вплоть до 18-19вв., когда французский психиатр Эскироль нащупал критерий, позволивший условно демаркировать и отстроить иллюзорные образы от галлюцинаторных.
Надо сказать, что в дальнейшем суть этого определения практически не менялась, лишь совершенствовались формулировки.
Он указал на тот факт, что при галлюцинаторных видениях происходит «обман чувств» настолько убедительный, что органы восприятия реагируют при отсутствии всякого внешнего раздражителя.
Известна фраза того времени, которой определяли галлюцинацию как «судорогу» или «эпилепсию» сенсорных центров. Больные имели полную уверенность в объективной реальности воспринимаемого объекта. Ни одна интенсифицированная иллюзия не обеспечит такой эффект.
Тогда же латинизм Эскироля hallutination (он же некоторое время спустя перекочевал в русский язык как всем известная галлюцинация) вошел в научные круги, связанные с медициной, и рассматривался в контексте изучения психопатологий.
70 лет спустя Кандинский, основоположник русской психиатрии, впервые опишет феномен псевдогаллюцинаций, к которыми позже отнесут и психогенные или внушенные, развиваемые при суггестии.
Это такие же яркие, живые и чувственные образы, как и истинные галлюцинации, однако с той разницей, что ложные возникают исключительно в сознании пациента и не воспринимаются им как реально существующие вещи. То есть человек вполне сознает их нереальность, но усилием воли устранить не может.
Стоит отметить, что такой убедительный диагностический анализ галлюцинаторных состояний у Кандинского получился во многом потому, что объектом для наблюдений выступила его собственная психическая жизнь. Не секрет, что он сам страдал психическим расстройством, связанным с помешательством и бредовым психозом. Он использовал популярный в то время метод интроспекции за неимением лучших. Поэтому в предисловии к своему знаменитому клиническому этюду он напишет, что вполне сознает очевидные слабые стороны этого труда и рассчитывает, что «читатель примет во внимание трудность самостоятельных исследований в этой (..) области, которая составляется фактами, имеющими, главным образом, субъективное значение».
В гипнозе галлюцинаторные феномены служат индикатором глубины измененного состояния. На сомнамбулическом уровне такие внушенные «обманы» (по Рыбальскому) продуцируются особенно легко. В этой стадии внушаемый образ интегрируется в текущее восприятие человека и воспринимается им, человеком, как реально поступивший сигнал.
Подключаются соответствующие участки коры головного мозга (зрительная, слуховая, соматосенсорная..). Таламус, который принимает чувственную информацию, идентифицирует и перенаправляет в кору больших полушарий и лимбическая система, отвечающая за эмоциональную настройку. Также на внушенные галлюцинации реагируют отделы автономной нервной системы, что обеспечивает соответствующие телесные реакции - изменение мышечного тонуса, дыхания, кожной чувствительности.
При сноровке галлюцинаторный опыт, индуцированный определенным образом, превращается в инструмент с прекрасным психотерапевтическим потенциалом.
Во-первых, это раскрытие творческих способностей («мобилизация внутренних резервов психики», как отмечал советский гипнолог Райков) и закрепление необходимых навыков.
Нейропластичность, которая возникает в гипнотическом состоянии, обеспечивает формирование нужных нейронных связей под воздействием внушенных иллюзорных образов. Как вариант - сюжет от наших специалистов (мужчина под воздействием внушения превращается в пианиста-виртуоза и учителя китайского языка)
Во-вторых, создание ресурсных состояний (уверенности, длительной мотивации, эмоциональной стабильности..)
В-третьих, собственно, терапевтическая плоскость. Обход критического фактора в гипнозе открывает возможность для воздействия на глубинные механизмы восприятия и поведения.
Галлюцинации на этом уровне могут быть использованы для уменьшения или выключения болевых ощущений, снижения уровня стресса, коррекции психосоматических расстройств.
Плейлист с записями сессий гипноза для наглядности: https://vk.ru/video/playlist/-211473596_6
Друзья, ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ и ВКЛЮЧАЙТЕ уведомления, чтобы не пропустить материалы 🔔🎓
из свежего:
🌀 Прогрессия в будущее, сеанс прорицания на месмеризме
🔐 Блокировка боли для стоматологических вмешательств
👁️ Невербальное погружение в гипноз от Б.Г. Афанасьева - мастера советской школы гипноза