Командир 9-го мехкорпуса Рокоссовский, обнаружив перед собой вновь подошедшие крупные силы противника (помимо 13-й танковой - 25-я моторизованная и 111-я пехотная дивизии вермахта), счел наступление бесполезным.
К тому же 20-й дивизии мехкорпуса пришлось отражать удар по его правому флангу 298-й и 299-й пехотных и 14-й танковой дивизий немцев под Луцком. Поэтому Рокоссовский предпочел во избежание бессмысленных потерь сразу перейти к обороне.
Продолжение статьи "Бои 25-27 июня 1942 года на Юго-Западном направлении. Танковое сражение. Бои у Дубно и у Олыки."
19-й мехкорпус перейти в наступление 27 июня также не мог. Понесшие потери части 40-й и 43-й танковых дивизий медленно отступали к Ровно, имея по фронту и на флангах атакующие подвижные группы 13-й немецкой танковой дивизии. Связи с частями Рокоссовского у 19-го мехкорпуса не было.
213-я моторизованная дивизия в сражении не участвовала, поскольку была передана в группу Лукина и теперь отбивала Острог. Части немецких 11-й и 13-й немецких танковых дивизий при поддержки авиации вели наступление вдоль шоссе Млынов-Ровно и Дубно-Ровно, и к 22:00 ворвались у город и завязали уличные бои.
Немцы заняли Здолбунов и в ночь на 28 июня захватили переправы через реку Горынь. Командующий 19-м мехкорпусом Н.В. Фекленко принял решение об отводе войск на восток по шоссе Ровно-Гоща, разрушая за собой мосты и дороги. Прикрывать отход корпуса должна была 43-я танковая дивизия.
В ходе боев 27-28 июня было потеряно 11 танков Т-26, 2 полковых орудия, 5 грузовых машин и бензоцистерн, убито и ранено 60 человек. По нашим данным противник потерял 14 танков, 7 бронемашин, более 40 мотоциклов, 50 автомашин, убитыми и ранеными - до полка пехоты.
Приказ наступать в направлении Дубно командующий 8-м механизированных корпусом генерал-лейтенант Д.И. Рябышев получил 27-го июня. Части корпуса должны были начать двигаться вперед в 4:00 следующего дня и нанести удар по немецким войскам вместе с наступающим слева 15-м и атакующими с северо-востока 9-м и 19-м мехкорпусами.
Для организации взаимодействия между мехкорпусами и установления связи с ними на КП 8-го прибыл начальник автобронетанковых войск фронта генерал-майор Р.Н. Моргунов и член военного совета фронта Н.Н. Вашугин. Однако 9-й, и 19-й мехкорпуса к этому времени уже понесли значительные потери потери и перейти в наступление не могли.
В свою очередь и 8-й механизированный корпус генерал-лейтенанта Д.И. Рябышева, к 27 июня проделавший длительный марш из района Львова, также не имел возможности сосредоточить все свои силы перед наступлением.
В корпусе буквально на ходу был создан передовой подвижный отряд в составе 24-го танкового полка 12-й танковой дивизии из 25 тяжелых и средних танков, усиленный 21 танком 23-го и 27-го мотострелковых полков - 15 Т-34 и 6 БТ-7. Руководителем отряда был назначен командир 24-го полка подполковник Волков.
Следом за отрядом Волкова 28 июня в наступление двинулась точно также наспех сколоченная ударная группа, насчитывавшая 217 танков и до 9 тысяч человек личного состава. Основу ударной группы составляла 34-я танковая дивизия. Командиром группы по приказу члена военного совета фронта Вашугина был назначен бригадный комиссар Н.К. Попель.
Обе группы имели одно задание: занять Дубно и организовать взаимодействие с 19-м механизированным корпусом. Другие части 8-го мехкорпуса - 7-я механизированная дивизия полковника Герасимова и 12-я танковая дивизия генерал-майора Мишанина еще только направлялись к месту боев.
Наступление передового отряда полковника Волкова началось в два часа дня, отряд Попеля выступил двумя часами позже. Противник почему-то не ожидал удара с этого направления и его передовые заслоны были сбиты без труда. Лишь за Вербой, где у них была артиллерия, немцы попытались оказать сопротивление.
Вышедшие на шоссе Львов-Дубно-Ровно советские танки и мотоциклисты стали догонять немецкие автоколонны - это были тылы 16-й и 11-й танковых дивизий, двигавшиеся на восток. Вскоре вся дорога была усеяна раздавленными машинами, мотоциклами и телами немецких солдат. В боевой истории 16-й танковой дивизии написано:
"Отступление частично перешло в панику. Лишь на короткое время еще раз удалось остановить напор танков и пехоты. Вербу пришлось оставить".
Немного позже, в пять вечера 28 июня от Червоноармейска к Вербе вышел еще один отряд из состава 12-й танковой дивизии (всего около 30 танков). Вечером он присоединился к "группе Попеля", которая тем временем миновав Вербу, в районе Комаровка-Пиратын встретила сильную противотанковую оборону противника и остановилась на дозаправку и разведку.
Утром следующего дня ударная группа 34-й танковой дивизии разгромила немецкие части и противотанковые заслоны и вышла в район Замчиско-Сады Мале, пробившись к Дубно. Советским танкам в ночь с 29-е на 30-е июня даже удалось ворваться в Дубно, однако о полном захвате города не могло быть и речи.
Вытесненная из Дубно немецкой пехотой с противотанковой артиллерией "группа Попеля" отошла в район западнее города, а 30-го июня ей пришлось вновь отступить к Вербе. В любом случае она на два дня "оседлала" коммуникации 11-й и 16-й немецких танковых дивизий и задержала продвижение 44-й, 111-й и 229-й немецких пехотных дивизий.
Однако положение танкистов Попеля было тяжелым - их обложили части 16-й танковой и сразу трех пехотных дивизий (44-й, 75-й и 11-й). В течении трех дней советские танкисты отражали атаки, пытаясь пробить сильную немецкую противотанковую оборону и проложить коридор в юго-западном направлении, к основным силам 8-го мехкорпуса.
В ночь с 30-го июня на 1 июля остатки "группы Попеля" ударили на юго-восток. Неожиданной атакой они выбили противника из села Птичь и переправились через реку Иква. Увы, 140-й дивизии 36-го стрелкового корпуса, находившейся здесь 25-26-го июня, здесь уже не оказалось.
Уничтожив оставшуюся без горючего технику, танкисты в дальнейшем выходили из окружения пешим порядком. Соединившись по пути с остатками 124-й стрелковой дивизии, "группа Попеля" в количестве 1778 человек вышла к своим на линию фронта северо-западнее Коростеня. Общие потери группы составили 5343 человека пропавшими без вести и около тысячи убитыми, среди которых был и командир 34-й танковой дивизии полковник И.В. Васильев...
Атака основной части 8-го мехкорпуса 28 июня оказалась гораздо менее удачной, чем действия его передовых отрядов. Утром авангард 7-й мотострелковой дивизии вышел к Вербе, где наткнулся на танки и мотопехоту противника. Через несколько километров, на реке Дубне, оказался новый заслон из частей 16-й немецкой танковой дивизии, мост был взорван.
Главные силы 7-й мотодивизии и с частью 12-й танковой дивизии были остановлены на рубеже реки Пляшевка, 75-й немецкой пехотной дивизией и мотопехотой 16-й танковой дивизии, поддержанными 88-мм зенитными орудиями и противотанковой батареей.
В средине дня 28 июня немцы доложили о 22 подбитых советских танках.
Вечером 28 июня после мощной артподготовки пехота и танки противника сами атаковали советские позиции, а немецкая авиация в это время бомбила наши тылы. 57-я пехотная дивизия немцев обошла левый фланг обороны частей 8-го мехкорпуса - в том месте, откуда снялась 34-я танковая дивизия, вошедшая в состав "группы Попеля".
В итоге 7-я мотодивизия оказалась в окружении и генерал Рябышев вынужден был дать приказ на отход. К полуночи дивизия, потеряв значительную часть своей техники, вырвалась из окружения и вышла в район восточнее Бродов.
Одновременно немцы нанесли удар левее - по 212-й моторизованной дивизии 15-го мехкорпуса на рубеже Радзивилов-Пляски, которая отступила, оставив для обороны Бродов один батальон. 40 немецких танков прорвались в район командного пункта 12-й танковой дивизии мехкорпуса.
Находившийся на КП западнее Бродов генерал Мишанин отправил им навстречу все, что было у него в резерве - 3 танка КВ и 4 "тридцатьчетверки". Командир корпуса генерал Рябышев спешно отправил им в помощь все, что было под рукой - еще 3 танка КВ.
Эти десять танков контратаковали и полностью уничтожили прорвавшиеся машины противника, не понеся при этом никаких потерь - немецкие танковые пушки не пробивали лобовую броню наших тяжелых и средних танков, а другой артиллерии у немцев здесь не было...
С девяти вечера, согласно приказу командования фронтом, генерал Рябышев начал отвод своих соединений через Броды на Подгорце. К утру 29 июня выход из боя был завершен, корпус был переведен во фронтовой резерв и в дальнейшем перебазирован в Прокуров.
На тот момент в нем еще оставалось 19 тысяч человек (две трети прежнего личного состава) и 297 танков, из них 43 КВ и 18 Т-34 - то есть около трети новых танков, имевшихся к началу войны.
Согласно приказу штаба Юго-Западного фронта от 4:00 28 июня 36-й стрелковый корпус должен был вместе с 8-го механизированным корпусом атаковать и занять Дубно. Однако понесшие серьезные потери дивизии корпуса выполнить этот приказ не могли.
Еще раньше, 26 июня, во время налета немецких бомбардировщиков на КП 15-го механизированного корпуса командующий корпусом генерал И.И. Карпезо был тяжело ранен и получил сильную контузию. Командование корпусом перешло к начальнику штаба корпуса полковнику Г.И. Ермолаеву.
15-му механизированному корпусу приказом штаба фронта ставилась задача продолжить наступление на Берестечко. Утром 28 июня 10-я танковая дивизия корпуса пыталась атаковать немцев и, продвигаясь вдоль шоссе Буск-Берестечко, она вела тяжелый бой возле урочища Воля Адамовска, пытаясь захватить город Лопатин.
Справа ее наступление поддерживала 37-я танковая дивизия корпуса, которой удалось форсировать реку Островка у Станиславчика. Чтобы развить успех командир корпуса полковник Ермолаев принял решение перебросить 10-я танковую дивизию с левого фланга на правый.
Но 37-й танковой дивизии не удалось захватить высоту 202. Она потеряла все переправившиеся танки и была сбита с плацдарма. После этого полковник Ермолаев приказал отвести части 15-го мехкорпуса на восточный берег реки Стырь, где под прикрытием 8-й танковой дивизии занять оборону.
В тот же день, 29 июня, 15-й механизированный корпус получил приказ штаба фронта: с отвести мехкорпус во фронтовой резерв и сосредоточится на Золочевских высотах. Его место должны были занять части 37-го стрелкового корпуса. Но 37- корпус сам начал отступление.
10-я танковая дивизия отходя на восток достигла нового района дислокации утром 30 июня. 37-я танковая дивизия отходила вместе с 141-й дивизией 37-го стрелкового корпуса, которая должна была сменить танкистов. Обе дивизии достигли указанного в приказе района только ночью с 30 июня на 1 июля.
Пользуясь спешным отходом советских войск. 29 июня немцы вошли в Буск. Вечером того же дня они заняли Броды. В полдень 1 июля противник без боя захватил в оставленный советскими войсками Золочев. Рубеж обороны на Золочевских высотах, на который так рассчитывало командование фронта, был прорван.
Для прикрытия отступления советских войск 1-го июля командование 5-й армии силами всех трех дивизий 22-го механизированного корпуса при поддержки остатков 9-го мехкорпуса севернее Луцка и Ровно провело контрудар. Для контрудара было собрано 185 танков (в том числе 16 КВ) - в основном из 41-й дивизии 22-го механизированного корпуса.
Глубже всех 2 июля прорвались соединения 22-го мехкорпуса - 19-я танковая дивизия подошла к Млынову, но была атакована во фланг резервной мотострелковой бригадой СС "Адольф Гитлер" и отступила, частично попав в окружение.
Танковое сражение в районе Луцк-Ровно-Броды закончилось...