В последнее время стало принято с гордостью заявлять о своей «внутренней устойчивости». Этот термин рисует образ скалы посреди бушующего моря, неколебимого столпа, который выдерживает любой натиск. Однако за этим образом часто скрывается не сила духа, а иная, более пассивная стратегия – умение замереть, свернуться и терпеливо переждать невзгоду, пока они не минуют сами собой. Стремление к такой устойчивости понятно. В мире нестабильности хочется обрести точку опоры, внутренний неподвижный центр. Это выглядит как признак зрелости и мудрости. Но здесь кроется тонкая подмена: устойчивость начинают путать с неподвижностью, со способностью ничего не менять в себе и своей жизни, пока внешние бури бушуют и стихают. Человек не столько противостоит шторму, сколько надеется, что тот его не заметит, если стоять очень тихо. Можно заметить, что подобная «устойчивость» часто проявляется не в действии, а в его отсутствии. Это не решительный шаг навстречу ветру, а умение крепче вцепиться в почву под