Найти в Дзене
Артем Ходос

Как распределяли врачей в СССР или немного семейной истории

Снова заговорили о распределении врачей после институтов. Сам закон комментировать не хочу, скажу только, что в моем сознании он не вяжется с современными условиями. Но хочу поделиться семейной историей, которая скорее похожа на булгаковскую прозу. В дремучие советские годы.. Еще относительно недавно, когда мой отец, хирург, только что закончил мединститут, он был, как тогда полагалось, распределен. В сельскую больницу. Главным врачом. Сейчас это звучит немного дико. Ты только что закончил институт, тебе 23 года и ты уже главный врач. Эта больница размещалась небольшом деревянном сельском доме в Калужской области. В штате — всего трое врачей: мой отец — хирург и по совместительству главный врач, седобородый дедушка-терапевт, похожий на Айболита, и акушер. Плюс конюх. Он ухаживал за "каретой" скорой помощи и таскавшими ее лошадьми. Фигура речи наяву. Еще при этой больнице был огород, конюх приглядывал и за ним. Как у Булгакова, только это был не 1920-й, а уже ощутимо позже момента, к

Снова заговорили о распределении врачей после институтов. Сам закон комментировать не хочу, скажу только, что в моем сознании он не вяжется с современными условиями.

Но хочу поделиться семейной историей, которая скорее похожа на булгаковскую прозу.

В дремучие советские годы.. Еще относительно недавно, когда мой отец, хирург, только что закончил мединститут, он был, как тогда полагалось, распределен. В сельскую больницу. Главным врачом. Сейчас это звучит немного дико. Ты только что закончил институт, тебе 23 года и ты уже главный врач.

Эта больница размещалась небольшом деревянном сельском доме в Калужской области. В штате — всего трое врачей: мой отец — хирург и по совместительству главный врач, седобородый дедушка-терапевт, похожий на Айболита, и акушер.

Плюс конюх. Он ухаживал за "каретой" скорой помощи и таскавшими ее лошадьми. Фигура речи наяву. Еще при этой больнице был огород, конюх приглядывал и за ним. Как у Булгакова, только это был не 1920-й, а уже ощутимо позже момента, когда Гагарин слетал в космос.

Десяток коек. Небольшая операционная. Печь, которую нужно было топить зимой. И хирургия. Абсолютно разная. От травмы до челюстно-лицевой. Отец рассказывал, что частенько перед тем, как идти на операцию, ему приходилось перечитывать книги, чтобы разобраться что делать. Иногда приходилось делать операции, от которых сегодня любой молодой врач побледнел бы.

Справедливости ради скажу, что полной изоляции от цивилизации не было. В крайних случаях можно было вызвать машину из районной больницы, бригаду специалистов на помощь и даже вертолет сан авиации. Но большую часть решений приходилось принимать там, на месте. За вызванную впустую из города машину и, тем более, вертолет, по голове не гладили. Так что ответственность, которая сегодня кажется почти немыслимой.

Пока писал это, придумал сценарий для сериала:

Молодой мальчик, например, профессорский сын, прокутивший весь институт в московских ночных клубах,по новому закону о распределении попадает в суровую сельскую больницу где-то в Мурманской области...

Получилось бы отлично, как считаете?)

Больше интересного про онкологию, хирургию и про жизнь врачей тут https://t.me/KhodosMD