Перестала прислуживать родне мужа и сбежала ночью
- Мы останемся у вас до конца новогодних каникул! - объявила свекровь прямо с порога, волоча за собой чемодан размером с небольшой холодильник. - Матвеюшка, помоги с вещами! Ох, как я соскучилась по своему мальчику!
Я стояла в прихожей в простенькой футболке и домашних штанах. В руке у меня была половина бутерброда. Я как раз собиралась спокойно поужинать, но не получилось.
- Даша, что ты стоишь как статуя? - свекровь Людмила Петровна уже стягивала шубу, небрежно бросая ее мне в руки. - Повесь аккуратно, это натуральная норка. И вещи занеси, там еще три чемодана. Светочка с Игорем сейчас подъедут с детьми. Я им сказала, что у вас тут места полно.
Светочка-золовка с мужем-выпивохой Игорем и тремя озорными детьми на десять дней в нашу двушку - это перебор! Я посмотрела на Матвея, а он сиял.
- Мам! Какой сюрприз! Давно не виделись! - муж обнимал мамашу так, будто они не виделись три года.
- А где дети будут спать? - спросила я, пытаясь сохранить спокойствие.
Я закипала, но держалась из последних сил.
- Ой, Даша, не придирайся к мелочам! - отмахнулась свекровь. - Дети маленькие, где-нибудь устроятся. На полу постелешь на худой конец. У тебя же есть надувные матрасы?
У меня не было надувных матрасов. У меня вообще ничего не было для приема толпы родственников, которые свалились как снег на голову.
Дверь снова распахнулась.
- Тетя Даша! - взвизгнули три голоса одновременно.
Это были младшие, близнецы Ваня и Петя семи лет, и старшая Маша, ей было десять. Они ворвались в квартиру, как орда варваров. Прошлись грязными сапогами по моему чистому полу, который я только вчера вымыла.
- Мам, у них тут игровая приставка есть? - Маша уже тыкала пальцем в нашу телевизионную тумбу. - Можно поиграть?
- Конечно, можно, солнышко! - ответила за меня свекровь. - Тетя Даша не жадная. Правда, Даша?
Я открыла рот, чтобы сказать, что приставка, вообще-то, Матвея, он играет в нее каждый вечер после работы. Но Светка уже полезла ко мне обниматься, и я промолчала.
- Дашенька! Как я рада! Мы так весело проведем праздники! Ты же наготовишь всего вкусненького? Помнишь тот салат с креветками, что ты делала на прошлый Новый год? Дети до сих пор вспоминают!
Салат с креветками на восемь человек! Я откладывала премии три месяца, чтобы купить себе новый ноутбук. Но, кажется, этой мечте не суждено было сбыться. Мои накопления махали мне ручкой и улетали в закат.
- Даш, что на ужин? - Матвей уже устроился на диване рядом с Игорем, который достал из сумки бутылочку горячительного.
Котлеты с макаронами, — ответила я ровно, но пальцы сжали край бутерброда так, что хлеб расплющился. — На всех не хватит, не рассчитывала.
Свекровь фыркнула. Матвей укоризненно посмотрел на меня.
— Ну, сбегай в магазин, чего уж там, — сказал он, отводя взгляд. — Игорюша, открывай-ка свою бутылочку, обсудим планы на каникулы!
Я медленно прошла на кухню и поставила чайник. Шум в гостиной нарастал: дети спорили из-за пульта, мужчины уже смеялись громко и без причины. Я смотрела на свои три котлеты в сковороде и понимала, что это мой ужин, который у меня сейчас отберут.
Через час квартира превратилась в филиал ада. Дети, не найдя приставки, которую Матвей запер в шкафу, раскидали все подушки и устроили бой на моих дорогих индийских покрывалах. Света с матерью сидели на кухне, обсуждали, как я похудела и «обносилась», при этом уплетая приготовленный мною салат. От запаха спиртного из гостиной тошнило.
— Даша, а плед где твой, пушистый? — крикнула Света. — Маша замерзла, ноги мерзнут.
Мой плед, подарок сестры из Ирландии. Я принесла его. Через десять минут на нем уже красовалось лиловое пятно от пролитого сока.
— Ничего, отстирается, — беспечно бросила золовка.
Я молчала. Молчала, когда Ваня полез в мой комод и достал коробку с украшениями. Молчала, когда Петя нашел в шкафу мой старый ноутбук и начал колотить по клавишам, крича, что игра не запускается. Матвей делал вид, что не замечает. Он был поглощен общением с «родней».
Ночью, когда все улеглись, наконец, на диванах, матрасах и просто на ковре вповалку, я лежала рядом с храпящим Матвеем и смотрела в потолок. Мысль, созревавшая весь вечер, оформилась в четкий, холодный план.
