Олеся сидела на кухне и осторожно пила из чашки ромашковый чай. За окном моросил осенний дождь: мелкий, противный, как нельзя кстати подходящий настроению Олеси.
Сегодня она узнала, что беременна. Третий раз. Это было неожиданно. Они с мужем не планировали. Предохранялись же! По-честному! И вот такой сюрприз.
У Олеси с Владимиром было два сына. Максим, будущий первоклассник, уже почти самостоятельный и такой рассудительный. И Славик, которому через пару месяцев исполнится три, настоящий ураган: живой, активный и безумно любознательный. С ним порой было сложно, но Олеся с мужем научились справляться с энергией сына, направляя её в нужное русло.
И вот теперь… еще одна беременность. Гром среди ясного неба.
Когда муж вернулся с работы, Олеся ему все рассказала. Владимир был на удивление спокоен:
- Я не понял, Олесь, а ты чего так разнервничалась? У нас разве есть какие-то варианты? Выбор?
- Ну… как бы…
- Что как бы? Будем рожать, Олеся. Рожать! Мы же девочку хотели. И что с того, что не планировали сейчас? Хотели подождать. Вселенная решила иначе. Значит, сейчас самое время. Я уверен, все будет хорошо.
Владимир говорил так спокойно и рассудительно, что Олеся чувствовала, как становится легче. Сомнения и страхи не уходили, но поддержка была так важна…
Так как срок был небольшой, у Олеси было время подумать, и она думала. О работе, на которую планировала выйти в ближайшее время, о финансах и о том, сможет ли она справиться с тремя детьми. Владимир ей, кончено, помогал, но основная нагрузка лежала на ней.
Родители Олеси жили далеко, а со свекровью как-то не сложилось. Нина Дмитриевна была очень своенравной женщиной, любила командовать и хотела, чтобы все было по её. Первая ссора произошла, когда Олеся с мужем выбирали имя старшему сыну. Нина Дмитриевна кричала, что Максим – ужасное имя, придумывала всякие небылицы про Максимов и настаивала, чтобы первенца назвали Степаном.
- В честь моего деда. Великий был человек.
- А почему вы Владимира не назвали Степаном? – осторожно спросила Олеся. Нина Дмитриевна на этот вопрос обиделась и какое-то время избегала общения с сыном и невесткой.
Потом, правда, сменила гнев на милость, но теплыми и дружескими отношения все равно не стали. Нина Дмитриевна пару раз в неделю звонила сыну, иногда забегала в гости. Вот и в тот день, придя без предупреждения, женщина стала звонить в дверь.
Олеся была дома. Только отвела мальчишек в детский сад, вернулась и прилегла. Чувствовала она себя с первых дней беременности не очень: дикая слабость, тошнота и желание спать, спать и спать…
- Я так и думала, что ты дома, - констатировала Нина Дмитриевна, когда Олеся открыла дверь. – Я вот из поликлиники шла. Решила забежать. Ты когда на работу-то выходишь? Вове тяжело вас всех тащить, ты дома бока отлеживаешь, а он пашет для вашего блага, - завела любимую «песню» женщина. Ей очень не нравилось, что невестка до сих пор не вышла на работу, Славик-то уже ходил в сад. Только то, что он посещал его с проблемами: то насморк, то сыпь какая-то, то кашель… женщину не интересовало.
Олеся собиралась ответить свекрови, но ощутила резкий приступ тошноты и, зажав рот рукой, понеслась в туалет.
Нина Дмитриевна терпеливо ждала пока Олеся выйдет, а потом спросила скрипучим голосом:
- Ты опять беременна? Можешь не отвечать, и так все понятно. Только не говори, что будешь рожать? Ты что, не понимаешь, Владимир один вас всех тянет! А ты тут еще одного на шею вешать собралась!
- Да я… - попыталась вклиниться Олеся, но куда там.
- Хватит плодить нищету! – визжала свекровь, каким-то нечеловеческим голосом.
Олеся почувствовала, что терпение её на пределе. Она всегда старалась сглаживать углы, не провоцировать конфликты, быть вежливой, но тут… терпение лопнуло.
- Нина Дмитриевна, даже если мы с Вовой соберемся завести еще десять детей, это будет только наше с ним решение. Мое и его. Никто другой участвовать в обсуждении не будет. Да и что вы так переживаете? На вас детей никто не скидывает. Живите своей жизнь, а нашу не отравляйте.
Услышав такие слова, Нина Дмитриевна буквально задохнулась от возмущения. Хотела вступить в полемику, но в итоге только фыркнула и, презрительно махнув рукой, ушла, не забыв бабахнуть дверью.
Олеся осталась одна. Она думала, что инцидент исчерпан и теперь-то уж можно отдохнуть, но истерика накатила неожиданно. Слезы сами собой побежали по щекам, дышать стало тяжело. В момент кульминации зазвонил телефон Олеси. Видя на дисплее имя лучшей подруги, Олеся сняла трубку.
- Привет, - стараясь говорить спокойно, прозаикалась Олеся.
- Привет, Олесь. Что случилось? У тебя такой голос… – обеспокоенно спрашивала Василиса.
Олеся вздохнула, секунду поразмышляла, а потом, всхлипывая, рассказала все.
Василиса слушала, иногда вздыхала, ей хотелось успокоить подругу, сказать какие-то правильные и важные слова.
- Олесь, слушай, мне кажется, ты слишком… заморачиваешься. Вова тебя поддерживает, говорит, что справитесь, чего еще тебе надо? Да и в России сейчас столько всего делается для поддержки семей. Я читала недавно пост, что-то типа итогов 2025 года. Там пишут, что единое пособие получили почти 9 миллионов человек! Представляешь? Уж не знаю, почему эта цифра так отложилась у меня в голове, но она прям… внушительная. А еще есть льготная ипотека, вы же хотели расширяться. В этом году больше 430 тысяч семей смогли улучшить жилищные условия, именно благодаря мерам соцподдержки. И инфраструктура развивается – около 400 новых объектов здравоохранения, почти 300 школ построили… Это же все так круто, масштабно.
Олеся слушала, но в душе все еще царил хаос.
- Вась, а тебе не кажется, что как-то инфантильно надеяться на государство в таком вопросе? - протянула Олеся.
- Надеется всегда надо на себя, - согласилась Василиса, - но зная, что от государства тоже есть неплохая поддержка, становится как-то спокойней, но это на мой взгляд. Это же не значит, что мы, родители, должны сидеть сложа руки. Просто это дополнительный бонус, который помогает дышать свободнее.
- Наверное, ты права… - согласилась Олеся.
Слова подруги, хоть и не развеяли всех ее страхов, но стали дополнительным плюсиком в копилку с надписью «за». Олеся взвешивала все «за» и «против», перебирала в голове аргументы Владимира, свои собственные желания и сомнения. В итоге она приняла решение. Третьему ребенку быть.
- Мы справимся, все у нас будет хорошо, – уверял жену Владимир, обнимая. И он оказался прав.
Олеся не вышла на работу в офис, но ей предложили трудиться удаленно, что оказалось идеальным решением. Владимира повысили, теперь ему приходилось чуть больше работать, но зарплата прилично выросла, и финансовая сторона вопроса стала менее болезненной.
Олеся и Владимир были счастливы, правда, со свекровью Олеся больше не общалась. Нина Дмитриевна не приняла решение сына и невестки родить третьего ребенка, поэтому с внучкой – Анечкой, была незнакома.
Но это было только её решение. Никто Нину Дмитриевну не гнал, но и на общении не настаивал.
Олеся же была рада, что решилась. Теперь она осознала, что дети – лучшие мотиваторы. Они заставляют двигаться вперед, искать новые пути, становиться сильнее.
Главное – самой этого хотеть, ну и чтобы надежный человек был рядом. Куда ж без это?
© Баранова А.А., 2025