Трава под спиной колется, солнце печёт через закрытые веки, а где-то рядом кто-то открывает бутылку с шипением - и в этом звуке вся суть лета, которого больше нет. Эти восемь фотографий не про красоту и не про ностальгию - они про то, как мы разучились просто лежать на земле и чувствовать, что живы.
Фото 1: С бутылкой на траве в adidas
Она сидит на старом одеяле, рядом бутылка ситро - стеклянная, тяжёлая, с этикеткой, которая всегда размокала от конденсата. Кеды adidas - настоящие, югославские или западногерманские, доставшиеся через знакомых или по большому блату. Их берегли, стирали зубной щёткой, сушили газетами. Трава под одеялом уже примялась, пахнет землёй и чем-то летним, живым. Она смотрит в сторону, улыбается - не в камеру, а своим мыслям. Может, вспоминает что-то. Может, просто наслаждается тем, что никуда не нужно бежать. Это было время, когда выходной действительно означал отдых - без звонков, без уведомлений, без чувства, что ты что-то упускаешь. Просто трава, бутылка газировки и целый день впереди.
Фото 2: В гамаке с веером
Гамак между берёзами - его привозили с дачи родителей или покупали в спорттоварах, где он лежал рядом с теннисными ракетками и волейбольными сетками. Она лежит в купальнике, обмахивается бумажным веером - из тех, что делали сами или покупали на курортах. Ткань гамака пахнет деревом и застиранностью, слегка влажная от утренней росы. Где-то шумят листья, жужжат комары, но это не раздражает - это часть момента. Она читает или просто дремлет, и в этой дрёме есть что-то настоящее. Не бегство от реальности, а её полное принятие. Гамак качается, время идёт медленно, и это нормально. Никто не торопит, никто не ждёт фотографии в соцсети. Просто лето, просто берёзы, просто она.
Фото 3: С книгой в траве
Она лежит на животе, читает книгу - толстую, в твёрдой обложке, из библиотеки или добытую через букинистический магазин. Купальник в цветочек, волосы растрепались, страницы шелестят от лёгкого ветра. Трава щекочет локти, пахнет подорожником и клевером. Где-то вдалеке кричат дети, стучит мяч об асфальт, но она в своём мире - в том, что описан на страницах. Это было время, когда книга могла поглотить полностью, когда не нужно было проверять телефон каждые пять минут. Она читает и улыбается чему-то - строчке, мысли, моменту. А рядом лежит сумка, может, там бутерброды в газете, термос с чаем. Всё просто, всё своё, всё настоящее.
Фото 4: Подружки с водой на траве
Две девушки на одеяле, одна обливает другую водой из бутылки, обе смеются - искренне, заразительно, так, что хочется смеяться вместе с ними. Купальники в полоску - одинаковые или похожие, может, купили вместе на рынке или сшили сами. Вода холодная, брызги летят, трава вокруг мокрая. Пахнет озоном, мокрой тканью, летом. Рядом плетёная корзина - наверняка там яйца, огурцы, помидоры, хлеб. Пикник был ритуалом, его готовили заранее, складывали в сумки, везли на электричке или автобусе. И это не было обузой - это было частью удовольствия. Вот они сидят, едят, смеются, поливают друг друга водой. И в этом - вся суть дружбы. Не виртуальные лайки, а мокрые волосы и общее одеяло на траве.
Фото 5: С мороженым на скамейке
Она сидит на деревянной скамейке в парке, ест мороженое - пломбир в вафельном стаканчике, который всегда размокал к концу. Юбка в клетку, рядом сумка с длинными ручками. Мороженое тает быстро, нужно успевать, языком подхватывать капли, которые стекают по пальцам. Пахнет ванилью, свежескошенной травой, чьими-то сигаретами. Парк полон людей, но каждый занят своим - кто-то читает, кто-то дремлет, кто-то просто сидит. Она улыбается, потому что мороженое вкусное, потому что день выходной, потому что не нужно никуда спешить. Это была роскошь - сидеть на скамейке с мороженым и смотреть на людей. Не листать ленту, а просто смотреть. И видеть.
Фото 6: Лежит на полосатом полотенце
Она лежит на спине, на большом полосатом полотенце, которое есть в каждой советской семье - махровое, тяжёлое, с красными и синими полосами. Руки раскинуты, глаза закрыты, лицо повёрнуто к солнцу. Купальник светлый, рядом ласты - чёрные резиновые, с потёртостями. Трава сухая, пахнет пылью и жарой. Она загорает или просто отдыхает - неважно. Важно, что она здесь, на этой земле, под этим небом, и больше ничего не требуется. Не нужно доказывать, фильтровать, постить. Просто лежать и дышать. Это была медитация без названия, расслабление без приложений. Просто тело на траве, солнце на коже и тишина внутри.
Фото 7: С книгой в очках лежит на спине
Она читает, лежа на спине, книгу держит над собой - руки устанут, но ничего. Очки большие, тёмные, модные по тем временам. Купальник сидит идеально, волосы аккуратно уложены. Трава под ней шуршит, пахнет пыльцой и нагретой землёй. Книга, скорее всего, интересная - детектив, роман, что-то из того, что передавали из рук в руки, что зачитывали до дыр. Она погружена в сюжет, мир вокруг исчез. Это было возможно тогда - исчезнуть в книге, не отвлекаясь на экраны, звонки, мессенджеры. Просто страницы, слова, тишина. А рядом, может быть, лежит кто-то ещё - подруга, парень. Но каждый в своём мире. И это нормально. Это было время, когда вместе не значило постоянно взаимодействовать.
Фото 8: С бутылкой
Последнее фото - она лежит на боку. Рядом бутылка - может тархун, может лимонад. Кружевная накидка на купальнике, волосы растрепались. Она улыбается, расслаблена, свободна. Это был пикник в его чистом виде - музыка, напиток, трава, солнце. Никаких плейлистов в облаке, никаких блютуз-колонок. Просто кассета, которую кто-то записал, и магнитофон на батарейках. И этого было достаточно. Более чем достаточно. Потому что дело было не в качестве звука, а в ощущении жизни.
Смотришь на эти фотографии и понимаешь: дело не в СССР, не в эпохе, не в политике. Дело в том, что эти женщины умели что-то, что мы потеряли - умели быть здесь и сейчас. Лежать на траве и не думать, что нужно это запостить. Читать книгу и не проверять уведомления. Смеяться с подругой и не записывать сторис. Они жили медленно. Не потому что у них не было выбора, а потому что медленная жизнь - это и есть настоящая жизнь. Всё остальное - просто бег по кругу в попытке догнать то, что, может быть, вообще не существует. А трава, солнце, книга, смех - они существуют. Здесь. Прямо сейчас. Если только мы вспомним, как к ним прикасаться.