Российские зумеры все чаще включают на вечеринках хиты 80–90-х годов. Песни, на которых выросли их родители, внезапно стали молодежными хитами – от «Зайки моей» Киркорова до народных мотивов Надежды Кадышевой. «Краснодарские известия» поговорили с экспертами, чтобы узнать, почему молодежь стремительно уходит к хитам 90-х.
Хиты 90-х на повторе. Какие песни «заходят» зумерам?
В сети все большую популярность набирают видеоролики с вечеринок, где вместо, казалось бы, привычных у молодежи хитов звучат ремиксы старых песен. Удивительно, но лиричный топ 90-х взрывает танцпол. Молодежь хором подпевает знакомые припевы, несмотря на то, что многие из них родились спустя годы после выхода этих песен. Такая сцена сегодня уже не редкость: по всей России молодежь подхватила моду на ретро-вечеринки, охотно танцуя под музыку юности своих родителей.
Тренд на ностальгию захватил и соцсети. Зимой 2023 года буквально из каждого утюга звучала «Мой мармеладный» – хит начала 2000-х от Кати Лель, внезапно ворвавшийся в музыкальные чарты и ставший вирусным даже за рубежом. Следом настала очередь других – от заводной «Чио-Чио-сан» группы «Кар-мэн» (1991) до народной песни «Течет ручей». Кстати, Надежда Кадышева теперь собирает полные залы, а основная аудитория, которая скупает билеты на ее концерты — школьники и студенты.
В видеороликах из клубов и с концертов мелькают счастливые лица зумеров – они прыгают под «18 мне уже» и «Ай-яй-яй» от «Руки Вверх!».
Диджей Конин: Главная сила старых хитов — в простоте
Краснодарский диджей Илья Конин рассказал «Краснодарским известиям», что популярность старых хитов — не просто модная волна, а реакция на перегруз современной музыки.
По мнению диджея, главное отличие музыки прошлых десятилетий — в ее структуре и содержании. Треки тех лет чаще строились на запоминающейся мелодии, сильном припеве и внятных эмоциях.
Современная музыка часто ориентируется на ритм, вайб и звук, а не на мелодию — поэтому треки прошлого воспринимаются как более «песенные», — подчеркнул диджей.
В своем творчестве к выбору композиций Конин подходит интуитивно, то есть, выбирая старые хиты, определенных алгоритмов успешного сета нет.
Так как я вырос под те песни, я их знаю и могу послушать, попеть и подвигаться под них, и поэтому от этого и отталкиваюсь. Так же во время сета я смотрю на реакцию людей, на отзывчивость в прямом эфире, и так же от этого отталкиваюсь, — пояснил диджей.
По словам Конина, если публика чувствует, что музыка идет от сердца, она примет и неожиданный поворот в программе.
Ты либо умеешь играть, либо не умеешь. Не зависит от заведения и мероприятия, я так же могу придти на электронный/хип-хоп фестиваль раскачать толпу под жесткую музыку, а потом разбавить классикой, и всем понравится, — говорит он.
Ретро-хиты как идеализация прошлого: мнение психолога
Психолог Виктория Радченко рассказала «КИ», что любовь зумеров к песням другой эпохи объясняется сразу несколькими причинами.
Одна из ключевых причин — ностальгия по непережитому. Этот феномен называют ретроспективной ностальгией.
Прошлые эпохи, особенно 80-е, 90-е, начало 2000-х, в массовом сознании предстают как более простые, «настоящие». Музыка становится билетом в этот идеализированный мир, свободный от сложностей современности, — подчеркнула психолог.
Кроме того, у зумеров есть уникальная возможность слушать только лучшее — отобранные временем хиты, без лишнего «музыкального шума».
Не меньшее значение имеет и влияние семьи. Треки, которые звучали дома в детстве, на праздниках или в машине, отпечатываются в памяти как часть личной истории.
Она ассоциируется с чувством безопасности, уюта, общности. Подросток, возможно, даже сопротивлялся этому в 12 лет, но в 17 те же самые треки могут вызывать сильную теплую ностальгию по собственному детству, — рассказала Виктория Радченко.
Осознанный интерес к музыкальным вкусам родителей становится способом наладить связь между поколениями и даже выделиться среди сверстников, увлеченных мейнстримом.
Также, по словам Виктории Радченко, работает механизм идеализации прошлого. Молодые люди склонны воспринимать старую музыку как более «настоящую» — с живыми инструментами, мелодизмом и «душой». Современные треки кажутся слишком выверенными и поверхностными. Аналоговый звук, несовершенности записи, «шумы» — все это воспринимается как аутентичность, которой не хватает цифровому настоящему.
«Настоящее и искреннее»: что говорят артисты
Сами артисты признаются, что феноменальная вторая волна популярности стала для них сюрпризом – и одновременно радостью.
Молодежь я очень люблю, это наше будущее. Они будут строить новое время. Если они так относятся к своему, родному, к звукам родным — это дает огромный заряд, – рассказала Надежда Кадышева в соцсетях.
Похожим образом высказался и Филипп Киркоров – один из главных поп-звезд 90-х. По его мнению, нынешнее молодое поколение соскучилось по «настоящей, искренней» музыке.
Захотелось настоящего, исконно нашего. Захотелось тех 90-х, не шальных, а когда искусство было честным, – отметил ТАСС Киркоров, добавив, что именно соцсети помогли возродить интерес молодежи к этим песням.
Артист подчеркивает: хиты вроде «Течет ручей» Кадышевой или пронзительные баллады Татьяны Булановой находят отклик у молодых россиян, уставших от техно и жаждущих душевности.
Лидер группы «Руки Вверх!» Сергей Жуков, чьи бесшабашные танцевальные треки нынче снова гремят по стране, тоже не скрывает своего энтузиазма.
Не буду скрывать, что меня греет тренд на 90-е, сформировавшийся в последнее время. Простые запоминающиеся мелодии, прямая бочка, романтичный вокал и тексты, которые находят отклик у множества людей, – признается музыкант в интервью порталу «Звук Медиа».
Жуков радуется, что его «ламповая» поп-музыка вновь объединяет залы и поколения – ведь эти песни давно вплетены в культурный код страны.