В середине XVIII века Екатерина II пережила два удара, которые на всю жизнь изменили её отношение к любым проявлениям независимости. В 1764 году императрица отправила на эшафот подпоручика Василия Мировича — того самого, кто попытался вытащить из Шлиссельбурга низложенного Ивана VI и вернуть его на трон. А спустя одиннадцать лет, в 1775-м, палач снова работал по высочайшему приказу: на площади казнили Емельяна Пугачёва, едва удавшегося “народного царя”, поднявшего самую масштабную крестьянскую войну XVIII века.
После этих событий у Екатерины сформировалась настоящая паранойя сепаратизма. Всё, что хоть чуть-чуть пахло самостоятельностью, воспринималось как будущий мятеж. И под горячую руку попала Запорожская Сечь — древний и буйный центр днепровского казачества, который 14 августа 1775 года был фактически стёрт с карты по одному её манифесту.
Иностранные историки до сих пор романтизируют Сечь, представляя запорожцев верными защитниками границы. Да, казаки честно дрались во всех южных кампаниях, в том числе в русско-турецкой войне 1768 года. Но при этом они никогда не считали себя чьими-то подданными: их верность покупалась золотом, а не клятвами. Достаточно вспомнить Мазепу — любимца Петра I, который в решающий момент перебежал к шведам.
Россия долго терпела такую вольницу только потому, что нуждалась в казаках как в пограничниках. Но после победы в очередной войне с Османской империей необходимость в “вольных стражах” отпала: Крымское ханство стало зависимым от Петербурга, а границы отодвинулись к Дунаю.
Лишившись старого врага, запорожцы нашли нового — сербских переселенцев, которых империя селила на границах Сечи. Эти “чужаки”, получающие землю и льготы, раздражали казаков, и те начали устраивать регулярные набеги. Для Екатерины, едва успевшей подавить пугачёвский пожар, подобная самодеятельность стала новым источником беспокойства.
Разнести Сечь в щепки императрица решила не сразу. Сначала она направила на Днепр корпус генерала Петра Текели. Тот окружил и занял территорию практически без единого выстрела: казацкая “республика” даже не поняла, что уже перестала существовать. После этого Екатерина издала манифест: Запорожская Сечь упразднялась, её земли включались в Новороссийскую губернию, а бывшим казакам выдавали паспорта и разрешали искать заработки где угодно.
Однако тихо смирились далеко не все. Часть запорожцев ушла в плавни, а затем Днепром — прямиком в турецкие владения. Там они основали новое формирование с красноречивым названием — “Неверное войско Запорожское”. И вскоре это войско уже сражалось против вчерашней родины: делало вылазки, устраивало диверсии и помогало османам оборонять Очаков от русских осадных войск.
Так страх императрицы перед мятежами не только уничтожил старую казачью столицу, но и создал её зеркальное отражение — вооружённую силу, которая служила уже совсем другим хозяевам.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.