Найти в Дзене
Садоводство на юге

Сад, в котором растёт тишина

Знакомо ли вам чувство, когда вы стоите посреди сада, огорода, или просто находитесь в квартире, а в ушах будто стоит звон от тишины? Не внешней конечно — вокруг могут жужжать пчелы, где-то шелестит листва или играет музыка, а от внутренней той самой. Такое случается и со мной в самые, казалось бы, наполненные моменты. Вот к примеру я собираю урожай томатов, ведро тяжелеет на глазах казалось бы процесс кипит, но внутри вдруг — пустота. И я понимаю в такие моменты: это оно. Одиночество, которое не имеет ничего общего с количеством людей или растений вокруг. Небо летом В садоводстве, да и не только, я думаю, есть такое понятие — «фоновое напряжение». Растение, которое с виду здорово, но тратит все силы на борьбу со скрытыми процессами: плохой структурой почвы, невидимым глазу грибком в корнях. Так и здесь. Внешне всё благополучно: дом наполнен близкими. Но внутри идёт тихая, неприметная борьба за аутентичность. За то, чтобы быть не только «садоводом-блогером», дающим советы, но и той

Знакомо ли вам чувство, когда вы стоите посреди сада, огорода, или просто находитесь в квартире, а в ушах будто стоит звон от тишины? Не внешней конечно — вокруг могут жужжать пчелы, где-то шелестит листва или играет музыка, а от внутренней той самой. Такое случается и со мной в самые, казалось бы, наполненные моменты. Вот к примеру я собираю урожай томатов, ведро тяжелеет на глазах казалось бы процесс кипит, но внутри вдруг — пустота. И я понимаю в такие моменты: это оно. Одиночество, которое не имеет ничего общего с количеством людей или растений вокруг.

Небо летом
Небо летом

В садоводстве, да и не только, я думаю, есть такое понятие — «фоновое напряжение». Растение, которое с виду здорово, но тратит все силы на борьбу со скрытыми процессами: плохой структурой почвы, невидимым глазу грибком в корнях. Так и здесь. Внешне всё благополучно: дом наполнен близкими. Но внутри идёт тихая, неприметная борьба за аутентичность. За то, чтобы быть не только «садоводом-блогером», дающим советы, но и той женщиной, которая может просто молча сидеть на лавочке, смотреть, как ветер колышет цветы, и думать о чём-то своём, несвязанном с урожаем или фотографией для поста.

Просторы поля
Просторы поля

Это одиночество особенно ярко проявляется в двух, казалось бы, противоположных ситуациях. Первая —это например шумная дачная посиделка с соседями или родственниками. Все общаются, делятся рецептам, разговаривают казалось бы на общие темы. А ты ловишь себя на мысли, «что я тут делаю». Твоя настоящая суть — как тот самый редкий сорт в саду, который все фотографируют, но никто не знает его истинного аромата.

Вторая ситуация — экскурсия по саду. Вы ведёте их по дорожкам, показываете каждый уголок: вот этот пион я вырастила, а эта арка с розами пережила три шквальных ветра. Вы говорите правильные, ожидаемые вещи: делитесь историями успеха, смеётесь над промахами. Гости восхищаются, задают вопросы, а вы чувствуете…не что иное как стеклянную стену. Она между вами и вашим же рассказом. Потому что за этим повествованием «для других» остаётся невысказанным главное: что вы любите этот сад не только за урожай и красоту, а за тишину, которая опускается сюда после захода солнца. За ту внезапную каплю росы на паутинке, которую видели только вы. За чувство, когда стоишь босиком на прогретой земле и на миг ощущаешь себя не хозяйкой, а просто частью этого места. Но об этом не расскажешь — это как показывать гостям не парадную гостиную, а потайную дверцу в подвал, где хранятся засушенные цветы из детства. И вы снова в роли: хозяйки, знатока, создателя этой красоты. А ваше личное, тихое переживание сада остаётся за той самой стеклянной стеной — видимым, но отделённым. Оно молчит, пока вы говорите.

Часть сада
Часть сада

И знаете, что я обнаружила? Что это одиночество — не враг, а напарник. В нём, в этой тишине, вызревают самые важные мысли, отдыхает душа, крепнет собственный голос. После таких моментов я возвращаюсь в свой основной сад к общению с новой силой и искренностью. Потому что я снова наполнена собой. Я больше не боюсь этой тишины, а просто ухаживаю за ней. Потому что именно в ней, как в плодородном чернозёме, и рождается всё самое настоящее — и любовь к этому миру, и те самые живые слова, которые я пишу для вас сейчас.